Кукурбит
Шрифт:
Зарина. А у вас не секта случаем?
Делия. У сект – идеология и обычно вера во что-нибудь, в бога, например. А мы… Ну, ок, секта в каком-то смысле. Но никого не вовлекаем.
Александр. Как все это связано с Йети? Или не связано?
Делия. Связано. Но я не могу…
Тигран. Говорить об этом без разрешения старших.
Делия. Да.
Тигран. Мы хотя бы можем этих старших увидеть? Если нас Бригадир пригласил, значит, мы как бы… не совсем посторонние.
Делия. Может быть, они вокруг нас ходят или с нами в кафе сидят, это же на вид обычные люди, чего на них смотреть. Мама вот на работу ходит каждый день, другие тоже – кто на работу, кто по делам…
Ребята озираются. В кафе, кроме них, уборщица, которая трет шваброй пол, компания пожилых дам, которые пьют кофе с булочками, и белобородый старик в войлочной пастушеской шляпе, лица которого не видно. Он допивает пиво и уходит.
Давид. Эти веселые бабуси, что ли?
Тигран. А ты не суди о человеке по внешности. Я вот выгляжу как баскетболист, а в баскетбол в жизни не играл.
Давид: Может, еще заиграешь…
Уборщица (подобравшись к их столу.) Ну-ка, ребята, дайте пол протереть. И почему это вы по ресторанам шляетесь в учебное время? С уроков сбежали?
Тигран. Вы старшая?
Уборщица. Отодвинь свои ноги, а то пройти нельзя. Ишь какой вымахал. Баскетболист, наверное? Конечно, я старшая, постарше твоей бабушки буду, а все работать приходится, потому что всей пенсии – на один поход в магазин.
Уборщица отходит от них.
Делия. Это не она. Наши старшие не выглядят как эта старушка. И полы не моют, у них стаж на ЦСК по 40 лет – инженерами, химиками-технологами, конструкторами… Когда завод закрыли, они и придумали всю эту историю с лабораторией и рудником.
Тигран. Еще и рудник? А какой? Что замолчала? Проговорилась?
Делия. Не смешно это. Поймите: если кто-то узнает, нам будет трудно начать все с нуля в каком-то другом месте. Я не имею в виду водозабор, пусть забирают. А вот с рудником сложнее.
Александр. Так что за рудник? Где?
Делия. Сорян, я не могу об этом говорить…
Конец ознакомительного фрагмента.