Чтение онлайн

* 

Вот это разумная мысль. За нее стоит поцеловаться.

Еще через пару минут все ее страхи улетучились окончательно.

– А вообще, здорово ты его! Ну и рожа у него была, обхохочешься…

От «Волны» до моей новой квартиры было метров триста. С проспекта доносились голоса, звон трамваев. Но здесь, в узеньком проулке, обрамленном высокими тополями и кустами сирени, было тихо, темно и безлюдно. Мы то и дело останавливались, чтобы поцеловаться. Алина распаляла мое воображение все сильнее.

Наконец мы пришли.

Опускаю описание дома и квартиры, ибо вы, мой драгоценный друг, однажды были у меня в гостях и должны помнить подробности.

Замечу только, что, хотя в тот вечер я вошел в доставшуюся мне квартиру тоже впервые, как и Алина, у меня было ощущение, что я все в ней знаю: то есть я знал, где находятся выключатели, куда выходят окна, чем наполнен холодильник и так далее.

Пока я собирал легкую закуску, Алина успела заглянуть во все углы. С интервалом в три секунды до меня доносились ее восхищенные возгласы:

* 

Ой, какой у тебя хрусталь! Вот это ковер! А это

что? Видик! А кассеты есть? Это родителей квартира?

* 

Моя собственная.

* 

Врешь!

* 

Ну, зачем мне врать?

* 

А жена у тебя есть?

* 

Нет.

* 

А любовница?

– А ты, кажется, из любопытных, – урезонил ее я.

Она нежданно смутилась:

* 

Извини. Я просто хотела узнать, кто же у тебя

убирает. Везде так чисто.

* 

Старуха приходит. С клюкой.

* 

А вот сейчас точно врешь! Небось, меняешь любов

ниц как перчатки…

Не дождавшись ответа, она снова учинила визг: на сей раз по поводу шкуры бурого медведя, что возлежала в спальне перед широкой кроватью. Из оскаленной пасти торчали мощные клыки.

* 

Миленький, а это у тебя откуда?

* 

Подстрелил однажды в Забайкалье, – на ходу со

чинил я, входя в комнату.

Я собирался пригласить Алину на кухню – выпить еще немного и, наконец, заняться любовью.

Но когда я увидел, как она, склонившись, оглаживает эти клыки, мне безумно захотелось овладеть ею немедленно, прямо на этой шкуре.

* 

Ой, какой ты у меня храбренький! – пропела

она. – А я, когда увидела тебя там, в «Волнушке», не

знала, что и подумать. Делаешь шикарный заказ, а одет

хуже задрипанного инженера.

* 

Был когда-то такой принц – Гарун-аль-Рашид. Он

любил переодеться в простое платье и побродить среди

своих подданных. – Я присел рядом и принялся рассте

гивать ее пуговицы.

* 

Так ты – принц? Ты и вправду принц? – Она

умело занялась моей одеждой.

* 

Самый натуральный…

Наконец-то я справился с ее пуговками и начал освобождать ее от костюмчика.

– Ой, какой ты горячий… – прошептала она. – Люби меня сильно-сильно, обещаешь? Ты мне так понравился сегодня…

Она продолжала еще что-то шептать, но я уже не различал смысла слов. Ее облик более не воспринимался мною как вульгарный. Скорее, вульгарно вел себя я, набросившись на нее как изголодавшийся, переполненный похотью и спермой самец.

Это была одна из самых чудесных ночей в моей жизни. Может быть, самая чудесная…

Разбудил меня неясный шорох:

Я разлепил веки.

За окном занимался бледный рассвет. Накрапывал мелкий дождик.

Нагая Алина стояла возле кресла, куда вчера сама же зашвырнула мою одежду, и воровато шарила по моим карманам.

– Алина!

Она вздрогнула и как-то жалко, заискивающе улыбнулась:

– Я… я просто хотела посмотреть… то есть это упало, а я хотела поднять…

Мое романтическое настроение как ветром сдуло. Все очарование минувшей ночи рассеялось бесповоротно.

Я нехотя поднялся и подошел к ней, имея огромное желание влепить ей оплеуху. Она виновато сжалась, даже ее яблочные груди сморщились. Я достал несколько кредиток и налепил ей на плечи, как погоны.

* 

Держи! Пять минут на сборы, и чтобы духу твоего

здесь не было!

* 

Но, миленький… – залепетала она. – Ничего же

не случилось… Ты был такой ласковый…

* 

Одевайся, не то вылетишь на лестницу в чем мать

родила.

Я отрешенно наблюдал, как она влезает сначала в свои невесомые трусики, затем в смявшийся костюм. Ее прелести более меня не волновали. Просто я не хотел, чтобы она умыкнула что-нибудь из квартиры.

Затем я подумал, что стоит заглянуть в ее сумочку. И точно: там покоились две золоченые ложки из моего парадного столового набора.

Она принялась опять что-то лепетать в свое оправдание, но я взял ее за руку, выволок в прихожую и подтолкнул к двери:

*