Чтение онлайн

— Очень интересно, за что это еще?! — Я реально удивился, поскольку не ожидал от генерала такой грязной игры. Это совсем не в его стиле. Неужели он настолько отчаянно во мне нуждается?

— Пока не придумали, — пожал Галиуллин плечами, — или я просто не в курсе.

Потом он посмотрел на меня с каким-то затаенным подозрением.

— Серёг, а ты скажи, есть за что… ну, упечь тебя?

Я прямо и твердо встретил его взгляд, отчего глаза Дамира на долю секунды вильнули в сторону.

— А ты точно хочешь об этом знать?

— Да-да, я помню, неприятный инцидент, и все такое… — он тяжко вздохнул и помассировал виски. — Ну хоть в общих чертах можешь рассказать, что у тебя происходит? Это твое похищение, а теперь долгие бега… я уже не знаю, что и думать!

— Если коротко, то на меня охотится Золотая Десятка. — Ответил я максимально честно. — Ну, или охотилась, а теперь хочет… да хрен их разбери, чего именно!

Галиуллин выпучил глаза, будто стал свидетелем библейских чудес, причем всех и разом.

— И ты мне говоришь об этом только сейчас? — Дамир зашипел разъяренным котом, и я даже не успел заметить, как у него в зубах оказалась зажженная сигарета. Сделав долгую затяжку чуть ли не в треть ее длины, и выпустив густое облако едкого табачного дыма, он снова осуждающе покачал головой. — Серый, Серый, ну что ты за человек?

— А что не так? Я думал, ты в курсе!

— Да откуда?! — Дамир так резко махнул рукой, что сигаретный уголек с окурка улетел в ближайшую лужу и там, грустно пшикнув, погас. Чертыхнувшись, майор снова полез за зажигалкой.

— Как это откуда? О моем похищении вы в своем Управлении все в курсе были уже в тот же день. По крайней мере, ты мне так ответил по телефону, если меня память не подводит. По непонятной причине, правда, никто не пытался ему помешать, но это ладно, не к тебе претензия. Значит, я делаю вывод, что за мной следили. Кроме этого, генерал мне прямым текстом предлагал защиту от Штыря, так что я полагал, что и ты в курсе этих событий.

— Я впервые слышу об этом… — Галиуллин выглядел вроде бы как обычно, но внутри него плескался целый океан смущения. — Все новости о тебе я узнавал только через Сухова, а сообщал он мне, как я теперь вижу, далеко не все, а только то, что считал нужным.

— Ага, будто старый черт хоть когда-то поступал иначе… — пробубнил я себе под нос. — Ну, вот и ты, наконец, проинформирован, почему и от кого я в бегах.

— А какова причина-то, Серёг? Как ты связан с криминалом и почему тебя преследуют?

Я с усилием потер и без того красные глаза, пытаясь заодно и для самого себя сформулировать ответ на этот вопрос.

— Понятия не имею, — пришлось признать мне в конце концов, пожимая плечами. — Сперва я считал, что это Штырёв мстит за своих шестёрок, но когда его не стало, в лучшую сторону ничего не изменилось, даже напротив…

— Так Штырёв это твоих рук дело?! — Дамир зажал ладонью рот, словно сам испугался тех слов, что у него вырвались. А потом взгляд его из шокированного превратился в скептический. — Да не… это не мог быть ты.

— Согласен, не мог, его ведь Дерзюк застрелил. Но ты скажи, когда Штырёва грохнули?

— Да уж пару недель как…

— А когда об этом вы узнали?

— Да в тот же вечер. Ты что, такое событие! Оно ураганом по всему МВД пронеслось, даже те, кто к уголовному розыску отношения не имеет, и то знали. Но почему ты об этом спрашиваешь? Я так понял, ты осведомлен не хуже моего.

— Потому что этот ваш генерал предлагал мне помочь со Штырём, хотя прекрасно знал, что тот уже пораскинул мозгами к этому моменту и опасности для меня не представляет. Так что, как ты понимаешь, с моей стороны бездействие твоего начальства во время моего похищения и эта откровенная деза о мифической подлянке уже мертвого авторитета, выглядят очень странно. Это тебе в копилочку причин, по которым я стараюсь избегать внимания не только криминального, но и правоохранительного. Попал меж двух огней, что называется.

— Да… хреново как-то, ничего не скажешь. Мне, кстати, Сухов теперь тоже не особо доверяет. — Невпопад ответил Галиуллин, отстраненно рассматривая докуренную почти до самого фильтра сигарету и тут же вытаскивая новую. — Я так понимаю, что из-за наших с тобой тесных отношений я у него в опале.

— Да я уже догадался… то, что мы как малолетние токсикоманы по кустам прячемся, мне уже о многом говорит. Да и лояльных сотрудников под колпак не сажают.

— Вот-вот… — покивал майор, — начальство беспокоится, что я буду тебе сливать информацию. Так что я нынче в Управлении что-то вроде персоны нон грата. Мне ни о чем не сообщают, никаких распоряжений не доводят, ни в чем не задействуют. Так, сижу сбоку припека, штаны только протираю, безнадежно пытаясь найти зацепки по Свиридову…

М-да, не очень хорошая ситуация вырисовалась. Но что я могу поделать? Только если приползти на коленях к Сухову с мольбами меня понять и простить, попутно читая текст присяги.

— Знаешь, Дамир, а так даже лучше. По крайней мере, ты не будешь разрываться между служебным долгом и нравственным. Меньше знаешь — крепче спишь. Есть мысли по поводу того, что от меня хочет Сухов?

— Ты, Серый, наверное, плохо меня слушал. — Он чуть нахмурился, услышав мои умозаключения про долг, но поскольку я сразу же переключился на другую тему, не стал заострять внимание на моей фразе. — Я тебе только что сказал, что нахожусь чуть ли не в информационном вакууме. Только слухи в курилке собираю, как сплетница.

— Но догадки у тебя хоть какие-нибудь есть? — Настаивал я на своем.

— Есть… я думаю, что он хочет тебя привлечь по делу Свиридова. Больше просто не из-за чего. Этот глухарь как дамоклов меч над головой целого Управления нависает, и чем больше времени проходит, тем ситуация хуже.

— Все-таки глухарь… — пробормотал я задумчиво, пытаясь припомнить наш последний разговор с генералом. — А мне он говорил, что я ошибаюсь в своих выводах, и у вас расследование все идет своим чередом…