Кто я?
Шрифт:
Тогда я направила всю свою энергию на то, чтобы поднять горные пики из глубин, и закрыть путь ледяному ветру, попутно пробивая новые каналы для подземной реки. Очень медленно для меня, но невероятно быстро по меркам земли проходили изменения. Каменные глыбы вставали над поверхностью миллиметр за миллиметром. Не знаю точно, сколько это заняло времени, но когда все кончилось, я чувствовала себя полностью опустошенной. Но по венам все еще бежали искорки магии, что позволяло мне держаться на ногах.
Нику и Золотую Звезду мы нашли на той же полянке, где и оставили. Она безумно обрадовалась, увидев нас, и бросилась в объятия. Вот только не ко мне, а Михаэля. Вот так всегда женская дружба крепче всего на свете, но если появляется мужчина, она трещит по швам.
— Что это был за грохот, словно земля сейчас разверзнется? Это были вы, да? А почему так долго? Сначала я жутко испугалось, когда вы все не возвращались, а потом я забралась на Золотую Звезду, и она сделала так, чтобы мне не было холодно, и грохот не глушил. Там я и просидела все это время. Мне кажется, я даже задремала, сама не пойму как такое могло случиться. Но я все равно беспокоилась, а вам удалось все исправить?
— А тебе совершенно не интересно как чувствует себя твоя лучшая подруга? — Мне даже стало немножко обидно.
— Конечно, интересно, как ты себя чувствуешь?
— Спасибо, хорошо.
Получив ответ, она тут же забыла обо мне и продолжала засыпать вопросами «господина мага». А ведь, правда, что говорят, от любви глупеют! Вроде умная девчонка была, и что с нею стало? Мельком глянув на меня, Михаэль только развел руками. Я вздохнула и пошла за ними следом. Мне было интересно, что это за фокус провернул там маг, но сил мести языком как Ника у меня сейчас не было.
* * *
Я шествовала через ряды драконов, и они склоняли передо мной головы в знак благодарности. Никогда бы не подумала, что эти существа могут быть столь пестрыми. Одни были классических цветов: красными, синими, зелеными. Другие сочетали в себе невообразимые оттенки и полутона от аквамаринового до полуночно-синего, от шоколадного до охры, от пурпурного до фуксии. И каждый искрился и переливался каждой чешуйкой. Это было великолепное зрелище даже здесь на земле в дневное время, когда их освещало солнце, какое же должна была быть картина, когда все они поднимались над землей в темноте ночи и рассекали крыльями воздух, кружась в волшебном танце с теплыми восходящими потоками.
Я спасла их мир, дала возможность продолжать существовать в покое и вдалеке от других рас, в безопасности растить потомство. И вот теперь, когда эти волшебные существа склоняли передо мной головы, выражая свое почтение, я не чувствовала гордости и не упивалась моментом. Я понимала, что сделала то, что должна была, что это было правильно.
Подойдя к Золотой звезде, я уловила в своих мыслях лишь одно слово «спасибо». Ни тебе высокопарных речей, ни прославления, одно короткое слово, но я отчего-то смутилась, и мне захотелось уткнуться носом в теплую, желтую шею дракона. Но это было бы совсем не по геройски, поэтому я удержалась и проглотила комок, стоящий в горле.
Торжественность момента и рассеялась, когда ко мне подскочила стайка ребятишек. Они носились вокруг меня, тыкались в ладонь теплыми носами, иногда поднимаясь в воздух от восторга. Моя голова готова была взорваться от их восторженных криков. Они не были таким сдержанными как их старшие сородичи и, не стесняясь, выражали эмоции. Понятно, что это все передавалось мне телепатически, но голове моей легче от этого не было. Через пару минут я с трудом соображала, что происходит, в глазах плавали разноцветные круги, а голова ощутимо болела. Я была благодарна Золотой Звезде, кое-как утихомирившей своих отпрысков.
Честно говоря, я и до встречи с ними чувствовала себя неважно, возводить горы это вам не плюшками баловаться. И сейчас у меня было одно желание, прилечь под кустиком и проспать пару суток. К исполнению задуманного я приступила незамедлительно. Последнее, что я помню появившееся перед закрывающимися глазами пронзительно голубое небо и чьи-то сильные руки, предотвратившие мое жесткое приземление.
* * *
Мне снова снился сон. Такой же реальный, как и несколько предыдущих, отчего мне становилось жутко. На этот раз я словно находилась в сознании или присутствовала в комнате. Я могла повернуть голову. Изменяя угол обзора или подойти поближе к чему-нибудь, что бы получше рассмотреть.
Я находилась в большой комнате с каменными стенами, а вид из окна говорил о том, что находится она на довольно большой высоте. «Башня», — почему-то сразу пришло мне в голову. Я хотела было подойти к окну и получше рассмотреть пейзаж, но тут заметила в противоположном конце комнаты женщину в сером балахоне. Это был не то необъятный плащ, не то бесформенная хламида. В тот же момент женщина словно почувствовала мой взгляд и резко подняла голову.
Это была она. Это ее я видела в предыдущем сне в парке рядом с моей матерью. Это она затеяла всю эту игру, и ее правилам я вынуждена подчиняться. Мне стало страшно. А что если это не сон, что если она, почувствовав мое присутствие, сможет сделать то, к чему давно стремится? Я дернулась в желании убежать и тут же проснулась.
*******
Мне казалось, что проспала я совсем не долго, но к моему удивлению, сон принес отдых моему телу и дикое чувство голода моему желудку. Если бы не оно я бы может и поспала еще немного, но организм требовал свое, напоминая о потребностях утробным урчанием. Я огляделась. Стоянку определенно сооружали впопыхах и специально для меня. Приятно, что обо мне еще есть кому позаботиться. Я лежала на импровизированном ложе из мохнатых веток укрытых плащом. Да фантазия скудна у жителей этого мира, нужно бы запатентовать переносную кровать, или надувной матрас, а еще молнию и биотуалет. Надоело по кустикам бегать, сил просто нет.
Пробуждение мое осталось незамеченным. Никто не дежурил у моей постели, и не держал мою остывающую руку. Это хорошо, значит, опасений за жизнь нет. Возле соседних деревьев тоже никого не наблюдалось. Я побродила вокруг — никого. Углубляться в лес я не решилась, долина все же не маленькая, рискую заблудиться, придется ждать. Я уселась на свою постель и, что бы хоть как-то отвлечься от мыслей о еде, принялась рассуждать.
А подумать было о чем. Зачем серой колдунье приспичило выдворять обманом мою семью из этого мира? Зачем сейчас она преследует меня? Чем это я ей так насолила? Даже если я сейчас вернусь домой, не решится ли она на расправу там? Вопросов было много, но ответ на них могла дать только сама колдунья. Вот бы найти ее, прижать к стенке и допросить с пристрастием. Боюсь только, что это она меня к стенке прижмет, или, не рассчитав сил, еще и размажет по ней. Может попросить Михаэля оказать магическую поддержку, он вроде среди магов не в последней десятке, должен справиться.