Кто ты?
Шрифт:
– Вы несправедливы к себе, – посерьезнел лорд Питер. – Я, например, совершенно уверен, что вы помните, какая у вас была работа в прозекторской в тот или иной день.
– О Господи, нет! Вряд ли. Если только очень подумать, тогда, наверно, вспомню, но клясться в суде ни за что не буду.
– Ставлю полкроны против шестипенсовика, что вы все вспомните, не пройдет и пяти минут.
– Нет.
– Посмотрим. У вас наверняка есть записи того, что вы делаете? Может быть, даже рисунки?
– Ну, конечно.
– Постарайтесь вспомнить, какой там последний рисунок?
– Ну, это легко, потому что я сделал его сегодня утром. Мышцы ноги.
– Ну вот, – ободряюще улыбнулся лорд Питер. – А кому принадлежала нога?
– Какой-то старухе. Она умерла от пневмонии.
– Теперь мысленно переворачивайте страницы. Что у вас там на вчерашний день?
– Какие-то животные... опять ноги. Я в данный момент занимаюсь двигательными мускулами. Ну, да. Старик Каннингэм занимался с нами сравнительной анатомией. У меня получились недурные рисунки ноги оленя и лапки лягушки. И еще зачаточной лапки змеи.
– Вот видите? А когда была лекция мистера Каннингэма?
– В пятницу.
– В пятницу. Пошли дальше. Что было перед этим?
Мистер Пигготт покачал головой.
– Ваши рисунки ног начинаются с правой стороны тетради или с левой? Вы можете вспомнить первый рисунок?
– Да... да... Я вижу дату наверху. Разрез лапки лягушки на правой стороне.
– Замечательно. А теперь постарайтесь вспомнить, что с левой стороны.
Молодой человек задумался.
– Там что-то круглое... цветное... Ах, да! Это же рука.
– Значит, сначала вы занимались мышцами руки, а потом перешли к ножным мышцам?
– Правильно. У меня несколько рисунков рук.
– Они относятся к четвергу?
– По четвергам я не работаю в прозекторской.
– Значит, к среде?
– Да. Наверняка, к среде. Ну, да. Я пошел в прозекторскую после того, как утром осмотрел столбнячных больных. Рисунки я сделал во второй половине дня в среду. Вспомнил! Я пошел в прозекторскую, потому что хотел их закончить. Пришлось много потрудиться... для меня необычно много. Поэтому я запомнил.
– Ну вот, вы вернулись, чтобы закончить их. А когда вы их начали?
– В предыдущий день.
– В предыдущий день. Следовательно, во вторник? Правильно?
– Я уже потерял счет дням... Среда... Да... Вторник...
– Это были руки женщины или мужчины?
– Мужчины.
– Вот видите! Неделю назад, то есть во вторник, вы занимались в прозекторской руками мужчины. Ваш шестипенсовик!
– Здорово!
– А знаете?.. Вы ведь помните гораздо больше. Вы даже сами не представляете, как много вы помните. Например, какой был тот мужчина?
– Я не видел его целиком. В тот день я немного припозднился, это я помню. Но я заранее попросил выдать мне руку, потому что руки знал хуже всего. Уоттс... это тамошний служитель... обещал оставить для меня одну.
– Вот. Вы пришли поздно и получили свою руку. Начали ею заниматься... Взяли ножницы, надрезали кожу... Она была молодая?
– Нет... Нет! Обычная кожа, как мне показалось. С черными волосами... Ну да...
– Худая, жилистая? Ни грамма лишнего жира?
– Как раз наоборот... Я даже расстроился, потому что хотел получить хорошую мужскую руку, а мне досталась какая-то недоразвитая и очень жирная.
– Этот человек не занимался при жизни физическим трудом, правда?
– Правда.
– Итак, вы разрезали руку, зарисовали ее. Там были костные мозоли?
– Нет.
– Нет, – повторил лорд Питер. – Следовательно, это была рука молодого человека? Эластичная кожа, нормальные суставы?
– Н-нет...
– Нет? Следовательно, старого человека?
– Нет. Пожилого, может быть, ревматика. Там были солевые отложения и деформированные пальцы.
– Значит, вашему трупу лет пятьдесят?
– Около того.
– А другие студенты с ним работали?
– Конечно.
– И шутили по обыкновению?
– Наверно... Ну, конечно!
– Помните что-нибудь? Кто у вас, скажем так, главный шутник?
– Томми Прингл.
– Чем он занимался?
– Не помню.
– А где он стоял?
– Возле шкафа с инструментами... Раковина С.
– А теперь попытайтесь его представить.
Пигготт рассмеялся.
– Вспомнил. Томми Прингл сказал, что Красавчик...
– Почему он назвал его Красавчиком?
– Не знаю. Но он, точно, так назвал его.
– Может быть, он и был красавчиком? Вы видели его голову?
– Нет.
– А кто работал с головой?
– Не знаю... Нет, нет, помню... Старик Фрик забрал голову себе, а Попрыгунчик Биннс злился на него, потому что старый Скряга обещал с ним поделиться.
– Понятно. А что сэр Джулиан делал с головой?
– Он позвал нас и показал кровоизлияние на шее и поврежденные нервы.
– Ну, а что Томми Прингл?
Молодой человек, смущаясь, повторил шутку Томми Прингла.
– Ну, ладно. Это все?
– Нет. Парень, который работал с Томми, сказал, что несчастный случай произошел в результате обжорства.
– Уверен, партнер Томми Прингла занимался пищеварительным трактом.
– Да. И Томми сказал, что если они так хорошо кормят в работных домах, то он тоже хочет там жить.
– Значит, этот человек жил в работном доме?
– Да. Как будто.
– А бедняки из работного дома всегда такие толстые и откормленные?
– Н-нет... Дайте подумать... Нет, Конечно.