Чтение онлайн

— Знакомьтесь, — подвела она к Ванышевой свою спутницу, — это Зоя!

— Очень приятно, — чуть приподнимаясь и протягивая руку, ответила Гелена.

— Что пьешь? — садясь за стол, спросила Лора. — Мартини? А ты, Зоя, что будешь? Может, давай, по коньячку?

— Я бы лучше сока.

— Мужчины, как всегда, задерживаются, — со снисхождением заметила Лора.

— Их так мало, что они ценят себя на вес золота, — в тон ей добавила Зоя.

— Смотрите! Павел! — воскликнула Гелена, у которой после шестого бокала мартини было приподнятое настроение.

Павел в светлых джинсах и темно-синей майке, улыбаясь, шел к ним.

— Как там тебя твои обожательницы провожали, со слезами и овациями?

— Почти, — рассмеялся он, поцеловав в щеку Лору и Гелену.

— А это Зоя! Помнишь, я тебе о ней рассказывала, — представила Павлу свою подругу Ильховская.

— Я так и догадался. Очень приятно.

Следом за Павлом появился Евгений, который, разговаривая по мобильному, приветствовал всех взмахом руки.

— Скорее бы вылет, — сказал он, отключив телефон. — Иначе заставят-таки остаться. Какой-нибудь аврал случится. Кстати, всем добрый вечер. А вы — Зоя! — обратился он к Свергиной.

— Да, — улыбнулась она, очень внимательно глядя на Чегодаева.

— А я вас узнал, — сказал он ей.

— Мы встречались?

— На даче у родителей Лоры. Давно это было. Вы тогда еще учились в Чикагском университете, если не ошибаюсь.

— Невероятно, но я вас тоже вспомнила. Женя! Женя, который любил рассказывать о своей соседке Геленке. Она была сорвиголова! Стойте, а Геленка, это вы? — посмотрела она на Ванышеву. Та кивнула. — Потрясающе! Оказывается, мы давно знакомы!

— Вот, пожалуйста, моя теория о порядочных людях подтверждается. Как подлецы притягиваются друг к другу, так и порядочные люди должны тянуться к себе подобным, — на подъеме произнесла Лора.

— Если бы так! Подлецы — отдельно, порядочные — отдельно. Так нет, вечно подлюги норовят к хорошему человеку пристроиться и жизнь ему испортить, — со вздохом заметила Зоя.

— Особенно, женщине, — рассмеялся Чегодаев.

— А вот и Арсений! — воскликнула Ильховская.

Арсений был в костюме.

— Только галстук успел снять, — развел он руками. — Еле вырвался. Как всегда перед отъездом тысяча неотложных дел, — говорил он, здороваясь поочередно с каждым.

— Ну что? Все в сборе?! Можно и в самолет. Вспрыснем отлет шампанским, — предложил он.

— Вита еще не приехала, — напомнила Ильховская.

— Это в порядке вещей. Шуркина и опоздание — синонимы, — выпив, не отрываясь, стакан минеральной воды, заметил Арсений.

— Не скажи, — отозвалась Лора. — Витка так умеет опаздывать, что всегда и всюду поспевает вовремя.

— Тише! Кажется, объявляют посадку на наш рейс, — проговорила Зоя.

— Точно! — выпив второй стакан, произнес Арсений и добавил: — Вита прибыла.

Почти все сидевшие в баре обратили внимание на молодую пышноволосую блондинку в ярко-красной блузе и капри, расшитых стразами. У нее было много багажа и выглядела она чрезвычайно озабоченной. Постоянно открывала свою сумочку, вынимала телефон, делала очередной звонок и что-то внушала сопровождавшему ее крепкому парню, который нес в руках крошечную собачку.

Лора подошла к ней.

— Ах! Ты уже здесь! — целуя подругу, воскликнула Вита. — Столько дел, ужас! Я совсем запуталась. Представляешь, вместо косметолога поехала на массаж… В фитнес-клуб уже не успела, хотя надо было кое с кем там встретиться. А Антон — это особая история. Я ужасно волнуюсь. Ужасно! Значит, ты понял, — переключилась она на сопровождавшего ее телохранителя, — если только что, сразу!.. Слышишь, сразу! Если подтвердится, удвою, утрою, все равно будет больше, слышишь?

Тот солидно кивал бритой головой.

— Ты что, собаку с собой берешь? — поморщилась Лора.

— Да нет! Ты же их терпеть не можешь. Увы, моя Лолита останется дома. Бедненькая!..

— Очень хорошо! Хоть отдохнет от тебя. Таскаешь несчастное животное, как сумку. Минуты покоя не даешь. Это не я не люблю собак, а ты!

— Ой-ой, ладно! — Вита торопливо чмокнула собачонку, еще раз суровым тоном повторила охраннику: — Слышишь! — и, взяв Лору под руку, мимоходом поздоровавшись со всеми, повлекла ее на посадку, не переставая на что-то сетовать.

Расслабилась Вита только после взлета и третьего бокала шампанского. Улыбка ее стала мягкой, а сама она была не против пошалить. Поднявшись со своего кресла, с хохотом уселась на колени к Арсению. Тот, все еще не пришедший в себя от дел, поджал губы и возвел глаза вверх.

— Ну тебя… — нарочито обиженно протянула Вита и пересела к Евгению.

Четыре с половиной часа полета пролетели незаметно. Приземлившись, пересели в поджидавший их микроавтобус.

— Еще немного, и мы в шато де ла Баллю! — объявила Лора.

Когда въехали во двор замка, покрытый мелким желтоватым гравием, все в автобусе спали. Шоферу пришлось включить свет и громко объявить о прибытии.

Дверцу открыл метрдотель и помог дамам выйти из машины. Двор, для большего впечатления, был освещен факелами, пламя которых нещадно рвал ветер. Гости, поеживаясь от ночной прохлады, успели разглядеть остроконечные башенки замка и поспешили войти в вестибюль.

— Учтите, кроме нас в замке, никого нет! Так что можно ожидать появления приведений, — сообщила Лора.

— Стакан виски — и приведение исчезнет, — проговорила плохо державшаяся на ногах Гелена.

Метрдотель и его помощник стали размещать гостей по номерам. Сьют предназначался для Ильховской.

— Не забудьте загадать сон! — крикнула всем Вита. — На новом месте всегда пророческие сны.

— Стакан виски и… — Ванышева не договорила. Евгений подхватил ее под руку и повел в номер.

Проснувшись, Гелена не сразу сообразила, где находится. Она лежала на широченной кровати под шелковым балдахином, кокетливо приподнятым по бокам крученой золотой тесьмой. Вспомнив, что она в замке, Гелена улыбнулась и вскочила с роскошной кровати, сгорая от нетерпения поскорее все рассмотреть. Выйдя из номера, она наугад стукнула в соседнюю дверь. Ей никто не ответил. Она стукнула в следующую. Сонным голосом Вита поинтересовалась, кому это не спится в такую рань. Гелена спустилась вниз, вышла во двор и пошла в ту сторону, откуда доносился шум прибоя. Решетка забора ограждала почти отвесный спуск к морю, бирюзовый цвет которого был настолько густ, что, перенеси его на картину, выглядел бы ненатуральным. Волны с шумным стоном ударялись о скалы и в полном бессилии откатывались назад, подобно влюбленной, пытающейся достучаться до сердца каменного любовника. Гелена обошла парк и вышла к теннисному корту.