Шрифт:
Часть I
Глава 1. Познание
Разговорный гул, смех, маты. Громкие удары по дереву, беспорядочные передвижения пьяниц. Какой-то несчастный бард, который явно недоволен своим заработком, пытается отыграть поставленную ему программу и быстрее свалить, либо нажраться с остальными, да, может, охомутать окосевшую девицу. Да и всем плевать, он там для фона. Запах сальных свечей, перегара и копченостей сливается в смрад, что выгребная яма у замка. Лишь трактирщик и его помощница выглядят опрятно и жизнеспособно. Хотя в глазах виднеется: «Как же вы все осточертели, алкоголики треклятые. Ну, хоть прибыль идет».
– У меня полная семья, с детства жил в среднем достатке. Сейчас работаю, жена работает, родители иногда приезжают, помогают. Почему же мы живем в таком грязном и некрасивом доме? – жалобно промямлил Марк.
– Подкопи монет, возьми в долг у кого-нибудь. Купите себе дом поближе к замку, – жестикулируя одной рукой в сторону собеседника, произнес Шон. – Можешь поменять работу.
– Не-е, лезть в долги, – уперев голову на левую ладонь, уставился в потолок приятель, – менять работу, откладывать монеты… Все это тяжело и рискованно. Да и с чего откладывать? – расставил он руки в стороны. – А еду на что покупать? А выпивать после тяжелого дня? – хихикнул Марк. – Да проще сдохнуть, Шон.
– Ты чего ворчишь, дед, как тот озлобленный старик у входа в корчму? – указывая пальцем на дверь, посмеялся товарищ.
– Так мне уже третий десяток, – с печалью парировал Марк. – Выпьем за лучшую жизнь! – И, радостно произнеся тост, поднял тару с пойлом.
Их стаканы звонко встретились, вливаясь в общий, грязный шум корчмы.
Утро. Спокойствие дома, приятный аромат еды, умиротворяющая тишина. Но Марк проснулся от упреков Йаниль.
– Снова вчера нажрался с этим сопляком?! – негромко, но достаточно возмущенно вопросила жена. – М-м? – Уперла руки в бока. – По две кружки, говоришь?
– Ну и что! Я же все равно тебя люблю, – отмахнулся Марк, – Тем более так устаю на работе, что нет сил… – Он запнулся.
Подумал про себя: «Нет сил терпеть все это!» Но вслух не сказал.
Закончив с оправданиями, он еле поднялся с постели. Тяжело вздохнул, опустил голову вниз и схватился за нее обеими руками. Йаниль все еще сверлила мужа взглядом. Обратив на двадцатишестилетнюю девушку внимание, сложно было не заметить два больших карих глаза, глядящих исподлобья. Шарма ей придавали стриженные до ушей черные волосы.
– При чем тут любишь, а если бы тебя избили, ограбили, убили? – Не дожидаясь ответа, Йаниль продолжила: – Есть будешь?
Ответом девушке было лишь болезненное и отчаянное согласие.
Молчаливый завтрак прервал, казалось, настолько уже привычный, но все-таки неожиданный звон колоколов. Марк, торопливо вскочив, поцеловал жену в лоб, схватил рубаху с обшарпанного комода, торопливо надел и шагнул в дверь, попутно промолвив:
– Люблю тебя, было вкусно.
Грейден, Королевство под Его Величеством Слаав. Оплот иллюзорной безопасности, празднеств, блуда и разгула. Спокойно тут не бывает. Будто сам город живет за людей. Монстры нередко нападают и забирают ресурсы. После их рейдов пропадают люди. Но горожанам плевать, они слепо убеждены в своей безопасности, пока их собственных задниц не коснутся проблемы.
Окунувшись в утреннюю суету, можно лицезреть обыденность. Вровень выстроенные, точно шеренгой, дома на фоне величавого замка. Такие разные. Где вот-вот крыша обвалится, какой уже скривился от старости, у кого сад неухоженный, кто-то вообще без двери обходится. Но парадокс в том, что в общей картине из серой массы не выделяется ни один. По периметру носятся чьи-то дети, где им вздумается. Со всех сторон слышится смех вперемешку с руганью и цокотом копыт. Кто-то дубит кожу на пороге своей хаты. Вот соседка в неприлично манящей позе ковыряется в огороде. Мимо мчится какая-то делегация – наверное, очень важная встреча с Королем. И чем ближе к замку, тем больше ощущаются зловония выгребной ямы.
Долгие годы однообразия, что не в первый раз наталкивает Марка на тягостные мысли: «Я добываю гравий. Каждый день одно и то же. Снова опаздываю к отбытию. А может, ну его? Бросить все к чертям. Но где тогда брать монеты на еду, выпивку, тряпье? Кажется, занимаюсь не тем, чем должен. А чего же я хочу на самом деле? Может…»
Активные размышления прервал Нигель.
– О! Ты тоже опаздываешь, – проговорил запыхавшийся друг, – еле догнал тебя.
– Здорово, – пожали руки, – да решил не торопиться.
– Ну правильно, начальству можно, – подковырнул Нигель.
Марк в ответ посмеялся и не произнес больше ни слова. Товарищ прервал молчание первым:
– Видел, делегация пронеслась?
– Наблюдал. Что-то знаешь об этом?
– Да откуда я могу знать? Мне бы в карты поиграть да баб каких.
– Может, Монстры снова готовят нападение? Перебили бы уже всех, чтобы не мучились. Так и бабы не нужны будут.
– И что мне, с парнями потом ложиться?
– Ты хоть сегодня можешь с ними блудить. Если нас перебьют, то какая уже будет разница?
– Ну да. Все равно не хочется умирать.
У ворот замка друзей остановила стража из четырех человек. Под ржавой двустворчатой решеткой стоял квартет из крупных, как на подбор, мужчин. Изящные и не громоздкие пурпурные доспехи с позолоченным кантом, на плечах странные печати, будто проставленные кровью, а под ними клочки бумаги с каким-то текстом. У кого одна, у кого три – наверное, за какие-либо заслуги. На груди позолоченная гравировка в виде феникса и немного правее римская цифра три. На поясе повязан шелковый кусок ткани серого цвета, свисает чуть ниже колен. У шлемов удобные подъемные забрала. Сверху шлемов чередуются гребни, пурпурный и белый, через один.
– Стоять, оборванцы! – крикнул самый голосистый. – Кто такие, и куда идете?
– Марк и Нигель, – представился Марк. – Добываем гравий, и мы немного опаздываем.
– Вы опаздываете, ваши проблемы! – агрессивно ответил стражник. – Ожидайте.
– К чему эта проверка? – не унимался Марк.
Ответа не последовало.
Товарищи отступили несколько шагов назад и принялись беседовать ни о чем. Спустя некоторое время их окликнули:
– Эй, босяки. Можете идти.
Проходя мимо, Марк ответил: