Крылья
Шрифт:
– Сволочь…
Медведь готов был наброситься на врага, пока тот возился с замком, но дверь внезапно распахнулась, Халат вывалился на площадку и на четвереньках кинулся к лестнице.
Дорогие туфли остались в квартире.
– Ничего я тебе не обещал! И абсолютно ни под чем не подписывался! – прокричал Халат, встав на ноги лестничным пролетом ниже.
– Скотина! Я убью тебя! Слышишь, я тебя достану! – Пинком Медведь вышвырнул новые туфли в подъезд. Ничего, напоминающего о Халате, не должно оставаться внутри.
Быстрым шагом он вернулся на кухню. Распахнул окно. Вот-вот этот мерзавец выйдет из подъезда… Что же?.. Выкинуть журнал! Нет, направленно он не полетит, и потом… На глаза Медведю попался персик. Его кроваво-красный бок. Не убьет, но физиономию попачкает… Медведь взвесил в руке объемистый плод и вернулся к окну.
Вон он… Гад задрал одну ногу на скамейку, завязывая шнурки на своих пижонистых туфлях. Еще и полирует их…
Медведь не находил печатных слов, чтобы назвать предателя. И хорошо. Непечатные подходили к нему и к ситуации как нельзя лучше.
Прицел… Халат как раз начал разгибать спину. Но то ли рука Медведя дрогнула, то ли мерзавцу повезло, но сочный фрукт приземлился прямехонько перед ним на скамейку, лишь слегка забрызгав разлетевшейся вокруг мякотью туфлю и правую штанину.
Халат мгновенно поднял голову.
– Ублюдок! – на всю улицу проорал Медведь. Ему было все равно, что все слышат. Какая разница, привлекает он внимание к себе или нет? Какая теперь разница?..
Халат сложил руки рупором и прокричал в ответ:
– Я ни под чем не подписывался! И информацией могу распоряжаться так, как захочу! Неудачник! Я бы на твоем месте не проворонил такой шанс!
– Это не шанс! Она живая, урод! Ей больно!
– Зато Янаконец вырвусь! Мне не улыбается заурядная работа в заурядной больнице и заурядная жизнь до конца моих дней!
– Ах ты!..
Но прежде, чем Медведь нашел новый снаряд, Халат уже бежал к углу дома, где припарковал свою машину. Его было не достать. Никак и ничем.
Медведь был бессилен.
Внезапно вся ярость отхлынула от него единой волной – и как мокрая кожа мерзнет на ветру, так и Медведь ощутил противный холодок – страх.
Ему снова было, чего бояться.
И сейчас – больше, чем когда-либо.
27
Когда Медведь вошел в спальню, Ангел уже не плакала. Слезы не катились по ее щекам, но внутри было отчаянно мерзко… Липко и противно.
Ангел слышала, как Халат и Медведь кричали друг на друга. Как всегда при звуке крика она вся сжалась, словно кричали на нее, словно это она виновата… Отчасти так сейчас оно и было. Все было из-за нее… Но Медведь не злился на нее, он хотел защитить…
Он любил ее – и ему было так же страшно, как и ей. Наверное.
– Ну как ты, родная?
Медведь мягко приобнял ее сзади за плечи. Когда тяжело, в глаза лучше не смотреть. Даже если никто ни в чем не виноват. Так легче.
– Не волнуйся, милая моя, мы справимся. Все не так страшно.
Но Ангел чувствует его пальцы на своих плечах, ощущает, как они слишком сильно давят на ее кожу, буквально впиваются в нее… Ей больно, но она молчит. Ничего не в порядке. Он напуган. Как она может успокоиться, когда он сам настолько выбит из колеи?
– Этот предатель за все мне ответит… Он заплатит нам с тобой, вот увидишь.
Медведь поцеловал ее в щеку.
– Не страшно, мы справимся… Я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю. Тебя не найдут. Я все сделаю… Не бойся… Ты ведь не боишься, Ангел мой?
Он смотрит ей в глаза. Она кивает.
– Нет, не боюсь. Я верю тебе.
– Это хорошо, - теперь Медведь развернул ее лицом к себе и обнял, поглаживая по волосам. – Это хорошо… Верь мне… Мне можно верить… Не то, что этому…
Ангел солгала. Она боялась. Особенно теперь, когда Медведь обнял ее по-настоящему. Она чувствовала, как его страх через объятие переползает в ее тело. Хотела бы она его весь забрать себе… Но страх крепко сидит в Медведе и ни за что не покинет его насовсем, как бы Ангел ни старалась вытянуть его…
Она крепче прижалась к Любимому. Внезапно ей показалось, что она теряет его. Их счастье снова стало шатким. Она не может, никак не может сейчас все это потерять… После того, что уже случилось…
– Э-эй, солнышко, не грусти. Все будет хорошо. Я обещаю.
Он решил, что ей страшно. Что она расстроена произошедшим и ищет поддержки.
Он прав наполовину. Ей действительно страшно.
Она безумно боится его потерять.
Ни разу за все это время в голове Ангела даже не шевельнулась мысль о предательстве Халата. Это было неважно.
Важна была только их связь. Но ниточка словно натягивалась все сильнее и сильнее, как бы крепко Ангел ни старалась прижаться к Медведю.
Ей было очень страшно.
Все стало слишком хрупким. Слишком быстро.
28
Ангел уже спала, а Медведь все сидел на кухне и пил кофе. Какая разница? Уснуть сегодня все равно не получится…
Перед ним лежал раскрытый журнал. Вновь и вновь перечитывал Медведь злополучную статью. Вновь и вновь всматривался в лицо Ангела. Она улыбается. Ее фото с раскрытым Крылом напечатано на весь разворот… Конечно. Ведь это сенсация, как ни крути… Центральная статья номера… Главное открытие года… Чтоб его…