Шрифт:
Пролог
Мало кто даже из самых мудрых и сильных обитателей Неларна знал его имя. Настоящее имя, то, что дали при рождении. Его называли по-разному. Кто-то звал его Темным, кто-то именовал Даром Демонов. Пожалуй, это имя было ближе всего к правде, ибо Дар его шел не от самого мага, а от его хозяина. Но эти имена канули в неизвестность, потерялись в хаосе прошедших лет. В эльфийские летописи он вошел как Тедаар Ш'эдан, что на даране значит «Проклятье Демона»
Он казался еще совсем молодым. Лет двадцать-тридцать, не больше. Многих вводили в заблуждение его спокойные глаза цвета стали, спокойствие которых, казалось, не возможно было нарушить и насмешливая полуулыбка, изредка возникающая на губах. Он казался сильным и гордым львом, но на самом деле в его душе скрывалась ядовитая змея.
Он был магом. Сильным, одним из лучших. Если бы не его Орден, он стал бы Главой Аэкта. У архимагов его уровня всегда есть ученики. Этот негласный закон не нарушал пока никто. Кроме членов его Ордена, которые практически никогда не имели учеников.
Орден Сумерек, Орден Sailistium, Орден Убийц. Самый таинственный и непонятный Орден Аэкта. Даже Орден Ночи не вызывает столько отторжения среди обитателей Неларна, не исключая и магических созданий. Магов, носящие браслеты с дымчатым, словно туча, камнем, не ждал теплый прием ни в одном городе, принадлежи он людям, эльфам, одавам или драконам. По всем землям шла дурная слава этого Ордена, за свое недолгое существование успевшего стяжать законное звание Убийц.
— Кейн.
Маг поднял голову от толстого фолианта, лежавшего перед ним, и посмотрел в специально заговоренную чашу, до краев наполненную водой. Спокойная прозрачная вода помутнела, закружилась в водовороте, успокоилась. На мага взглянули ярко-багровые драконьи глаза.
— Кристалл, — спокойным ледяным голосом сказал тот, кого назвали Кейном. Его настоящим именем. — Желаю тебе долгих лет полета, и пусть будут крепки твои крылья.
— Тебе того же, — откликнулась драконица.
— Все готово?
— Да. Я славно поохотилась. Давно не охотилась на столь шуструю добычу…. Он успел даже что-то сообразить и помчался к Пику как стрела. Я еле успела его схватить. Встречаемся там же?
— Да. Надеюсь, он еще жив? Труп мне не нужен, — все так же спокойно заметил маг, однако Кристалл заметила, как он вращает браслет, усеянный крупными дымчатыми камнями. Все-таки для этого мага добыча драконицы имела огромное значение…
— Не беспокойся. Жив, — коротко хохотнула Кристалл. — Поцарапан, и довольно сильно, но для тебя это значения ведь не имеет? Если магией помочь, то денек-два протянет точно. Кстати, тебе ведь с кровавником нужен был?
— Да. Если это простой, то мне не будет от него никакой пользы. Лишь разрыв кровавника с хозяином даст необходимую Силу.
— Надеюсь, наш договор в силе?
— Да. Ты получишь то, что требуешь. — И Дар Демонов разорвал связь.
Кристалл еще долго смотрела на гладко отполированный кусок обсидиана, заменявший ей Чашу Переговоров, потом хмыкнула и взглянула на свою добычу. Добыча висела на стене, прикованная магическими цепями — гордостью Кристалл. Лишь она могла создать столь крепкие узы, сотканные, казалось, из черного огня. Такие узы могли держать жертву вечность… но в этот раз такого и не требуется.
— Предательница! Отступница!
Голос жертвы заставил драконицу вздрогнуть. Хриплый от боли, жажды и перенесенных страданий, он все-таки жалил той правдой, что содержалась в этих словах. Отступница. Предательница, Принявшая Темное Пламя. С позором изгнанная из Рода драконов. У нее не осталось даже настоящего имени, лишь прозвище, что дал ей этот маг…
Воспоминания причиняли боль. С трудом отогнав их, Кристалл подошла к своей добыче и нанесла короткий, но сильный удар по голове. Жертва даже не успела вскрикнуть, лишившись сознания.
— Я могла бы убить тебя, — произнесла драконица, обращаясь к бесчувственной добыче. — Убить очень жестоко, заставляя тебя умирать от боли множество часов, а то и дней. Ты это заслужил. Никто не имеет права напоминать мне о моем прошлом. Особенно ты, подделка под Повелителей Стихий, не достойная жить. Но я не стану этого делать. Потому что ни одна боль, что причиню тебе я, не сравнится с той, которую подарит тебе маг Ордена Сейлистум…
Кейн неторопливо шагал по пустынным шахтам Серебряной горы. Виверны, в последнее время занявшие эту гору, его не беспокоили. Даже эти полуразумные создания, жалкие пародии на драконов, как считали сами Повелители Стихий, понимали, что связываться с магом опасно.
Серебряная гора… Давно уже здесь нет ни серебра, ни гномов, его добывавших, а название осталось. Хотя сам Кейн назвал бы эту гору Аеf'etti — Пустынной'на даране. Ни один народ не нуждается в этой горе, расположенной на самом юге Алара. Лишь одичавшие виверны свили гнезда на ее вершине.
Маг шел уже долго. Он зашел уже в те глубины, куда не отваживались входить даже гномы, которые проложили здесь большинство шахт. Но не все. Часть тоннелей была гораздо древнее и существовала еще до времен Прихода. За то время, пока маг шел по коридору, он не раз замечал смутные тени, скользившие у стен, несколько раз чувствовал чужой разум, вторгающийся в самую душу Кейна и отступающий, получив достойный отпор. Даже горный дух не желает встретиться с магом уровня Дара Демонов. Существа, имею-щие тело, также не спешили вступать в схватку, но здесь их удерживала рука хозяина. Хозяина, который не хочет, чтобы псы разорвали его слугу.
Несколько лет назад молодой маг Кейн, позорно проигравший на дуэли, сбежал на Эат — один из материков Неларна. О нем ничего не было слышно более двух лет. Все решили, что он погиб. Но он вернулся, вернулся, обладая огромной магической мощью и браслетом мага Сумерек. День своего возвращения он отметил тем, что нашел и убил того, кому проиграл. Его хозяин требовал кровь, и маг дал ее, сколько мог дать тогда. Но теперь он отдаст свой долг с лихвой. Пожалуй, хозяин будет даже должен ему!
Наконец маг вошел в небольшую пещеру, одну из самых глубинных в этой горе. Пожалуй, нужно считать чудом, что ее не затопило или, не обрушился потолок.
У дальней стены маг увидел довольно молодую еще драконицу с чешуей чернее агата. Она лежала, прикрыв рубиновые глаза и, похоже, дремала. Но стоило магу пересечь невидимую черту, как драконица мгновенно встрепенулась и посмотрела на него.
— Здравствую, Кристалл Medarlaan, — холодно поприветствовал драконицу маг. На его лице не дрогнула не одна жилинка, но внутренне он усмехнулся. Он знал, как сильно ненавидит теперь она свое прошлое, свое имя, которого ее лишили. По этому и произнес ее имя на чистом даране, пренебрегая обычным произношением. Мэдарлан. Чернокрылая. Так звали ее много лет назад, когда она была такой же юной драконицей, что и остальные… Но те времена давно прошли, а старая ненависть, смешанная с такой же старой болью, осталась.