Чтение онлайн

– На эту громадину можно погрузить Статую Свободы.

– Это только предположения, - заявил Паркер.
– Теперь давай займемся тобой, Питер. Ты что здесь делал?

– Пришел со стариком.

– Это мне известно. Зачем?

– Я знаком с девицей, с которой Паланс был помолвлен. У них все разладилось. Девица боялась, как бы он ей не стал мстить. Мы со стариком были много лет друзьями, вот я и пошел поговорить с Беном, а он сказал, что говорить мне надо не с ним и что сегодня он встречается со своим сыном. Он пригласил меня пойти с ним. Вот и все дела.

– Ясно. Теперь уходим. И не исчезай, Пит. Позванивай. Почаще.

Было без четверти одиннадцать, когда я позвонил в дверь Лоле. Она отозвалась из-за двери:

– Кто там?

– Пит.

Лола открыла дверь - и я расплылся в улыбке . Девочка, похоже, с каждым часом расцветала все больше и больше. На ней была голубая атласная пижама с откровенным декольте, доходящим до пояса. Она поцеловала меня, закрыла дверь и прильнула ко мне всем телом, обвив руками мою шею. Лола не отпускала меня и, подхватив её на руки, я отнес её в гостиную. Она умело изобразила бездыханное тело: голова её бессильно свесилась, руки болтались, тело обмякло. Я осторожно положил её на широкий мягкий диван и сел рядом. Я снова поцеловал её, повинуясь требованию, горящему в её взоре. Тут она села и спросила:

– Что случилось?

– А что?

– Ты не расположен к поцелуям. Ты где-то далеко. Не со мной.
– Уголок её рта дрогнул.
– Как, уже?

– Нет. Не так же быстро.

– Тогда в чем дело?

– Ты подписала со мной контракт.

– Ну и?
– На её лице возникло недоумение.
– Послушай, если я могу рассчитывать, что ты меня сумеешь защитить от Фрэнка, если мне можно не бескопокиться о сломанном носе или выбитом глазе, тогда я готова выплатить тебе двадцать процентов до последнего цента - чего ты все равно не получишь, потому что, как я уже тебе говорила, он переписал страховой полис.

– А кольцо? А кадиллак?

– Я их не верну. Поверь, я не шутила, когда говорила, что заработала их. Но только не думай, что я какая-то там алчная дрянь. Я не такая. Клянусь, я впервые в жизни не хочу возвращать то, что от меня требуют вернуть. Но только никому не удастся сделать из меня дуру. Никому!

– Никто и не собирается.

– Я ведь не такая плохая, какой могу показаться. Уж поверь мне, - Она отвернулась.

– Верю, - я взял её за подбородок и повернул лицо к себе.
– Тебе можно теперь не думать о Фрэнке - до самой смерти.И кольцо, и кадиллак - они теперь твои.

Между бровей у неё пролегла морщинка.

– Что-то я не понимаю.

– Он мертв.

Ладонь Лолы взлетела к её рту, прижалась к губам. Во взгляде, медленно встретившемя с моим, сквозил ужас.

– Ты... убил его?

– Нет.

Ужас растворился в её глазах и сменился испугом, недоумением и отчаянием. Рука бессильно упала.

– Что случилось?

Я ей все рассказал.

Когда я закончил свой рассказ, кровь отлила от её лица, пальцы дрожали.

– Где ты держишь эликсир жизни?
– спросил я.

– Что?

– Виски. Тебе надо глотнуть.

Она указала на дверь. Я пошел к двери, толкнул её и оказался в кухне. В белом шкафичке над раковиной я обнаружил целую батарею бутылок. Я налил в бокал брэнди, принес в комнату и заставил Лолу выпить залпом. Ее щеки быстро порозовели.

– Но ведь и тебя ... могли убить, - прошептала она.

– Такая возможность предусмотрена в издержках производства. Моего бизнеса. Это нормальный риск моей профессии и учитывается в размере гонорара. Кстати, о гонораре.
– Я сел рядом с ней на диван.
– Этот страховой полис теперь играет куда более важную роль, чем вчера.

– Но я же сказала...

– Я знаю, что ты мне сказала. Но ведь это ты мне сказала. Лучше мне послушать страхового агента. Ты не знаешь, кто он?

Она приложила пальцы к вискам, пытаясь припомнить.

– Фрэнк мне говорил как-то. Сейчас подумаю. Кейт. Или Грант. Не помню. Кейт Грант или Грант Кейт.

– Ну, это несложно выяснить. У тебя есть телефонный справочник?.

Лола встала с дивана и принесла мне книгу. Мы уселись рядом и стали листать справочник. Агента звали Кейт Грант. В справочнике были указаны два номера - офиса и домашний. Для звонка в офис было уже поздновато. Я позвонил ему домой. После нескольких звонков на другом конце провода раздался сонный голос:

– Алло?

– Мистер Грант?

– Да, это я. .

Я постарался изменить голос и заговорил на две октавы ниже. Лола прижала свое ушко к трубке вместе со мной.

– Это мистер Паланс.

– Фрэнк?

– Нет, отец Фрэнка. Бен Паланс.

– Да? Да, мистер Паланс?

– Простите, что потревожил вас так поздно

– Ничего страшного, сэр.

– Дело очень срочное. Речь идет о страховом полисе Фрэнка. Он говорил мне о том, что изменил полис в пользу другого бенефициария. Это произошло накануне его ухода в рейс. Он упоминал имя молодой леди по имени Роуз Джонас.

– Да, сэр, - подтвердил страховой агент.
– Я помню: перерегистрация бенефициария. Он со мной связывался. И отдал мне соотвествующие распоряжения. Роуз Джонас - совершенно верно.

– Благодарю вас, - Я положил трубку.

– Ну вот, видишь?
– воскликнула Лола.

– Вижу, - мрачно заметил я и попрощался.

– Ты куда?

– Работать.

В "Рейвене" было шумнее, чем в зале сената при обсуждении госбюджета. На сцене выступала Роуз Джонас со своей версией "Звездной пыли". Мне доводилось слышать вариации и получше, но аранжировка оказалась очень удачной, а уж зрелища подобного этому я в жизни не видывал,. Она была сложена так, что, без сомнения, в койке могла обеспечить комфорт: пркически обнаженная верхняя часть колыхалась в символическом бюстгальтере, а остальное тело без всяких признаков нижнего белья томилось в узком черном с блестками платье, в котором ей, надо думать, было невозможно сесть. Черные волосы были зачесаны на бок, так что виднелось одно ухо, а с другой стороны они волнами падали на обнаженное плечо. У неё были черные, как угли, широко посаженные глаза с дьявольским блеском, впалые смуглые щеки и страстный рот с ярко-красными губами. Она источала секс в зрительный зал, и каждая впадинка и возвышенность её тела, выставленного на всеобщее обозрение, посылали откровенный призыв. Я мог понять Фрэнка Паланса. Эта девица легко могла заткнуть за пояс любую блондинку.

Найдя Тома Коннорса, я спросил у него:

– Могу я подождать малышку?

– Где?

– В её гримерной.

– Что, запал на нее?

– Очень может быть. Но пока нет. У меня башка другим забита.

– Неприятности?

– Возможно. Ее дружок должен появиться?

– Нет.

– Почему такая уверенность?

– Обычно он сначала звонит.

– Тебе или ей?

– Или мне или ей.

– Ей сегодня звонили?

– Нет.

– Давно она здесь?

– С семи.