Чтение онлайн

– Тогда это должно быть зд'oрово. Мы наверняка отыщем дичь.

– Я не охотился с тех пор, как мы перешли через реку Родан.

– А я – после ухода из Карфагена!

Они улыбнулись друг другу, забыв о разногласиях, – по крайней мере, на время.

Весна давно вступила в свои права, но холод пробирался даже под одеяла, которыми укрывался Ганнон. И все же зима закончилась. Юноша успел привыкнуть к суровой погоде, но радовался, что худшее позади. Выбравшись из палатки, он улыбнулся, глядя на красоту рассвета. Восходящее солнце окрасило небо во все оттенки красного, оранжевого и розового. На жесткой, как камень, земле искрилась роса; тут и там виднелись следы людей, поднявшихся еще затемно. Влажные палатки окутывал пар от дыхания спавших в них солдат. Над загонами для лошадей висели серые тучи. Тонкие струйки дыма поднимались над кострами, где готовили пищу.

Ганнон потопал ногами, довольный, что надел носки перед тем, как зашнуровать сапоги, и толстую тунику под шерстяной плащ. Вспомнив историю Квинта о том, как он охотился на медведя, он, повинуясь импульсу, добавил еще и нагрудный доспех, перехватив его ремнем. Ганнон видел клыки кабанов в доме Квинта. Возможно, риск был невелик, но лучше его избежать. Один удар такими клыками в живот или пах – и жизнь человека закончена. Он выбросил из головы мрачные мысли и вознес короткую молитву богам.

Сегодня им предстояли дружеское общение и охота, ничего больше. Ганнон помахал в воздухе руками и еще немного потопал. Пришло время разыскать Мутта и обойти палатки солдат своей фаланги. Потом он поест каши и встретится с остальными охотниками.

Через пару часов Ганнон почти забыл о том, что он солдат на территории врага. Обитатели этих земель давно сбежали подальше от карфагенян, а ближайшие силы римлян находились к северу и западу. Теперь, когда им не нужно было беспокоиться о врагах, всеми овладело радостное настроение и предвкушение развлечения. Они неспешно скакали по открытой местности – большая группа мужчин, обменивающихся шутками. За ними следовал маленький отряд галлов, вооруженных копьями. Некоторые из них вели на поводках крупных псов. Далее следовали слуги с мулами, нагруженными палатками и провизией на случай, если им придется провести ночь под открытым небом.

Всадники обменивались мехами с вином, делали ставки, рассказывали о своих подвигах на охоте. В центре ехал Магон, стройный мускулистый воин, от которого так и исходила энергия. Естественно, большинство офицеров старались оказаться как можно ближе к брату Ганнибала, но именно Сафон скакал справа от Магона. Место слева сумел занять Куттин. Ганнон обменялся приветствиями с Магоном, однако не пытался заслужить его благосклонность и не ловил каждое слово. Ганнон никогда бы в этом не признался, но он боялся сказать что-нибудь не то. Слишком часто юноша попадал в трудное положение с Ганнибалом, а потому не хотел рисковать еще и с Магоном. Поэтому он остался рядом с Бостаром и Замаром чуть позади основной группы всадников. В их компании он чувствовал себя совершенно спокойно.

– Здесь всё как дома, брат, верно? – радостно спросил Ганнон. – Как в те дни, когда мы вместе охотились неподалеку от Карфагена.

– Точно, – со смехом ответил Бостар.

Ганнон повернулся к Замару, которого не смущал холод, – поверх туники с коротким рукавом он накинул лишь легкий плащ.

– Неужели тебе не холодно? – спросил юноша.

Тот пожал плечами.

– У нас в горах зимой стоит такая же погода. Скоро станет теплее. Из чего не следует, что я не хотел бы почувствовать африканское солнце на своем лице. Но здесь гораздо лучше, чем просиживать задницу в лагере. Охота поможет прочистить мозги, а если на то будет воля богов, сегодня вечером мы наполним животы жареной свининой.

От этой мысли у Ганнона потекли слюнки.

К тому моменту, когда они подъехали к подножию огромного гористого мыса, уходящего в Адриатику, вперед уже были высланы галлы с собаками. Потом они много часов поднимались вверх по склонам – лошадей им пришлось вести в поводу. Ганнон сильно проголодался, но его не покидало прекрасное настроение, и он с удовольствием болтал с Бостаром и Замаром. Надежда добыть свежего мяса становилась все более реальной, и вскоре собаки выгнали кабана средних размеров. Магон спешился и вонзил ему в грудь копье. Двое галлов остались его разделать и приготовить мясо к возвращению охотников.

Остальные продолжали подниматься вверх; они разошлись между деревьями, образовав длинную линию: Магон в центре, рядом с ним Сафон, остальные по обе стороны от них. Ганнон и Бостар ехали позади и слева от Магона; Замар оказался довольно далеко справа. Братья тыкали копьями в густой кустарник, прислушивались к крикам галлов и лаю собак и разговаривали. Казалось, боги ответили на молитвы Ганнона. Когда в начале зимы армия разбила лагерь, он рассчитывал, что у него будет много возможностей поговорить с Бостаром. Однако все получилось иначе. Вот почему юноша с особенным удовольствием беседовал сейчас с братом. Однажды он уже спрашивал у Бостара о Сафоне, но так и не получил ответов. Быть может, наступил подходящий момент?

– Значит, Сафон в хороших отношениях с Магоном?

– Похоже на то, – ответил Бостар, который постарался, чтобы его голос не прозвучал раздраженно, но у него не получилось.

Брат слишком загордился, решил Ганнон, и отношения между Сафоном и Бостаром стали совсем плохими. Он не был уверен, что причина заключалась именно в этом, но не удивился. Враждебность старших братьев по отношению друг к другу не вызывала у него сомнений с тех самых пор, как он вернулся в армию Ганнибала.

– Сафон теперь много времени проводит с ним?

– Он пытается. Магон – занятой человек, но Сафон настойчив. Тут ему следует отдать должное, – добавил Бостар.

– Он всегда хотел быть первым, верно? Самым популярным. Однако всякий раз у него что-то идет не так…

– Шло не так, – уточнил Бостар. – Мы оба произвели на Магона хорошее впечатление в битве при Требии, но только Сафон стал постоянно искать встреч с ним. И с тех пор не останавливался.

– А почему ты не делаешь того же?

Бостар презрительно фыркнул.

– Я так не поступаю, брат. Ты же знаешь.

Справа послышались взволнованные возгласы и громкий лай собак, и братья переглянулись.

– Кажется, у нас появится такой шанс, – с улыбкой сказал Ганнон.

– Так и есть, но мы должны оставаться на своих местах, чтобы добыча не ускользнула.

Юноша скорчил недовольную гримасу, но он понимал, что Бостар прав.

– Мы хотя бы увидим эту проклятую добычу?

– Верь богам, братишка, – посоветовал Бостар, нырнув под низкую ветку.

– Я уже не маленький, – предупредил Ганнон, но в его голосе не было гнева, который наверняка появился бы, если бы то же самое сказал Сафон. Ганнон всегда чувствовал любовь Бостара, а старший брат постоянно хотел доминировать.