Чтение онлайн

Между тем иберийские и галльские войска двинулись навстречу римлянам, стараясь произвести впечатление друг на друга и на Ганнибала. Столкновение противников. Боги… На что это будет похоже? Ганнон сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, сказав себе, что должен сохранять хладнокровие. «Наше время придет. Мы покроем себя славой. Ганнибал будет нами гордиться. Карфаген будет нами гордиться. И я отомщу за то, что случилось со мной в Виктумуле, – если не Пере, то всякому римлянину, который окажется на расстоянии удара меча».

После часовой схватки примерно двадцати тысяч велитов с легкой карфагенской пехотой первых отвели назад. Легкая пехота просочилась в узкие проходы между манипулами, подбадривая гастатов и хвастаясь количеством поверженных врагов. К счастью, собственных потерь у них было совсем немного. Легионеров охватило нервное возбуждение. Они возносили молитвы, заключали сделки с богами, сплевывали, некоторые солдаты успели помочиться. Улыбок и шуток стало заметно меньше. Положение становилось серьезным.

Приказ выступать последовал, как только вернулись последние велиты. Внезапно раздался победный клич, и легионеры застучали древками копий по щитам. Шум стоял неописуемый, и так продолжалось некоторое время. Кораксу и остальным офицерам пришлось использовать сигналы руками, чтобы приказать легионерам сомкнуть ряды и начать движение вперед. Однако до врага оставалось преодолеть еще значительное расстояние, и довольно скоро шум стих.

Солдаты должны были экономить силы в разгар полуденной жары. Им пришлось простоять под палящим солнцем в течение двух часов, и это утомляло совсем как пребывание в перегретой бане. Температура воздуха поднялась так сильно, что подошвы сандалий Квинта стали горячими на ощупь. Все видимые части туники потемнели от пота, который ручьями бежал по лбу и щекам. Руки были заняты щитом и копьем, поэтому ему ничего не оставалось, как смаргивать соленый пот.

– Сколько мы уже прошли, командир? – спросил Урс.

Коракс даже не повернул головы в его сторону.

– По моим подсчетам, шестьсот шагов. Еще двести, и мы доберемся до гуггов. Вы со мной, парни?

– ДА, КОМАНДИР! – вырвался крик из охрипших глоток.

– Вперед! – Коракс направил копье в сторону врага.

Трамп. Трамп. Трамп.

От шагов наступающих восьмидесяти тысяч солдат содрогнулась земля.

Через головы марширующих перед ним солдат Квинт пытался увидеть, что происходит впереди. Порывы ветра поднимали клубы пыли между армиями, но теперь он уже смог разглядеть ряды карфагенян.

– Странно, – пробормотал Квинт.

– Что? – спросил Урс, пытаясь увидеть вражеские шеренги.

– Центральная часть их построения выдвинута вперед, как натянутый лук.

– Это просто отсутствие дисциплины. Проклятым глупцам галлам не терпится поскорее вступить в бой! – равнодушно ответил Урс.

Север насмешливо фыркнул.

– Скоро они об этом пожалеют, – заметил он.

«Наверное, они правы, – подумал Квинт. – Галлы никогда не отличались дисциплиной».

Они прошли еще двадцать шагов. Легионеры берегли силы и потому молчали. Тридцать шагов. Сорок. Наконец, шестьдесят. Восемьдесят. Трубы галлов продолжали свою какофонию – с тех самых пор, как римляне начали наступление.

Парр-парр-парр. Зззеррп. Парр-парр-парр. Зззеррп. Бууууууу.

«У дудящих в свои трубы галлов, должно быть, огромные легкие», – устало подумал Квинт, которому отчаянно хотелось, чтобы карниксы смолкли. Его внимание привлекли дюжины отдельных воинов, выскочивших вперед; они расхаживали перед своим войском с обнаженным торсом, размахивали оружием и осыпали римлян оскорблениями. Некоторые даже разделись донага. Квинт почувствовал страх.

Проклятые безумцы.

Он покачал головой. Солдат без доспехов будет совсем просто убить. Броски дротиков прикончат большинство из них. «Ну, а что касается остальных, – подумал он, – гастатам из первых рядов будет достаточно сомкнуть щиты и колоть своими мечами, а не рубить».

– Спокойно, – прошептал он. – Спокойно.

Челюсть Урса побелела от напряжения, но он рассмеялся, услышав слова Квинта.

– Мы это сделаем, клянусь членом Юпитера. Нас слишком много, и крысы из сточных канав не устоят.

Квинт растянул губы в улыбке и вознес молитву небесам: «Помогите нам дожить до неизбежной победы». Повернув голову, он отыскал идущего сзади Мацерио. Светловолосый легионер выглядел таким же испуганным, как и всегда.

Это хорошо. Надеюсь, мерзавец обделается, когда начнется сражение.

– Сто шагов, парни, – закричал Коракс. – Сделайте глоток, если хотите. Посмотрите на своих товарищей справа и слева. Помните о людях, за которых вы сражаетесь.

Квинт взглянул сначала на Севера, потом на Урса. «Что бы ни случилось, я присмотрю за вами», – говорил его взгляд. Сердце юноши наполнилось надеждой, ибо он знал: они поступят так же. Квинт и мечтать не мог о лучших товарищах по оружию.

– На шестидесяти шагах начинайте кричать, – воскликнул Коракс. – Понятно?

– Да, командир, – ответили гастаты.

– ГРОМЧЕ! – рявкнул Коракс. – Наш враг не собирается играть с нами в игры.

– ДА, КОМАНДИР! – В голосах солдат прозвучало больше энтузиазма.

– Хорошо. Семьдесят пять шагов.

Губы Квинта шевелились, отсчитывая шаги. Даже не глядя по сторонам, он знал, что каждый легионер его манипулы делает то же самое. «Марс, присмотри за мной. Даруй нам победу. Защити моих товарищей».

Бум! Бум! Бум!

Другие легионеры вновь застучали по щитам.

– Шестьдесят шагов, парни.

Квинт ударил древком копья о железный обод щита.

Бум!

Все сто пятьдесят легионеров манипулы тут же застучали по своим щитам. Как и двадцать тысяч других гастатов.

БУМ! БУМ! БУМ!

В ушах у Квинта зазвенело, но это был вдохновляющий шум.

Коракс продолжал вести их неспешным шагом. Теперь они уже различали лица отдельных вражеских воинов: галлов с длинными усами и заплетенными в косички волосами, в длинных конических шлемах, как у римлян; крупных мужчин с обнаженной грудью, в разноцветных туниках. На некоторых Квинт заметил нагрудные металлические пластины. Они были вооружены большими щитами с металлическими шишками, длинными копьями и прямыми мечами. Квинт легко выделил среди них вождей с золотыми ожерельями на шеях, в кольчугах и с разукрашенными щитами.