Крошка Юки-онна
Шрифт:
– Посмотрите на этих надменных людишек! – говорил он своим дочерям, стоя на вершине скалы и глядя на равнину. А внизу шёл жестокий бой, и один генерал отправлял отряд за отрядом против войска другого. Люди рубились и падали в снег. И снег становился красным, но ни одна армия не могла одержать победу и ни один полководец не хотел отступить. – Сколько жизней они погубили! И готовы погубить ещё больше из-за своей неуёмной алчности и гордыни! И таковы они все – и самые великие, и самые ничтожные! – любому дай власть, и он станет притеснять того, кто слабее! А дай власти больше, они не остановятся и перед убийствами! Нет этому конца!
Разгневанный Юки-акума взмахнул рукавом своего серебряного одеяния, и на поле боя налетела вьюга. Ветер сбивал с ног солдат, рвал знамёна, звенел обледеневшим оружием. Снег бил в глаза, и никто не мог понять, где товарищ, а где враг. Лучники не знали, куда целиться, всадники выпадали из сёдел, словно неумелые дети. А генералы, запутавшись в богатых плащах, под тяжестью брони рухнули в снег.
– Так-то вам! Так-то вам, глупые людишки! – расхохотался Юки-акума. – Знайте теперь, что ваша сила – ничто против моей!
Бой прекратился. Пристыженные генералы скомандовали отступление. Испуганные солдаты собрали оружие и разошлись. И скоро снег снова сделал равнину белоснежной.
– Как вы сильны, отец! – наперебой восхищались прекрасные юки-онна. – Как вы могущественны! Вы показали людишкам их место! Недаром ведь все знают и почитают великого Снежного демона!
Каждая снежная фея старалась получше похвалить отца, и двести лет назад их слова могли бы обрадовать Юки-акума. Но за двести лет Снежному демону прискучило слушать одно и то же, и он только сурово хмурил брови, думая, что у его дочерей совсем нет воображения и они нисколько не понимают его. Как вдруг раздался голос самой младшей из них.
– Отец, вы так милосердны! – воскликнула эта юки-онна. – Вы пожалели этих людей и не позволили им убить друг друга. Более того! Вы спасли их детей и родителей, ведь как бы они прокормились, если бы отцы и сыновья погибли сегодня так бессмысленно…
– Замолчи, дурочка! – прервал её Юки-акума. – Я вовсе не ради глупых, жадных людей остановил бой! По мне, пусть убивают друг друга, сколько угодно, но не здесь. Ненавижу, когда они делают мой снег красным!
Сёстры засмеялись:
– Глупенькая, глупенькая сестрёнка! Вообразили такое о великом Юки-акума, чьё сердце холоднее имени!
Но младшая юки-онна только улыбнулась в ответ.
– Я знаю, – сказала она отцу, – что больше всего на свете вы ненавидите красный снег.
Юки-акума усмехнулся в седые усы и ничего не ответил. Больше всего на свете он любил эту свою глупую дочь.
– Тем не менее, как бы я ни поступал, люди неблагодарны и от них не дождёшься благодарности, – задумчиво произнёс он, погодя. – Они знают только ложь и лицемерие.
– Не все люди таковы, отец! – смело возразила младшая юки-онна.
– Ты веришь в это потому, что ты дурочка, – улыбнулся Юки-акума.
Юки-акума жил на свете тысячу лет. Он был умён и мудр и многое знал о жизни: как и почему сменяют друг друга времена года; как вода с небес ниспадает на землю, утоляя её жажду, а из рек и озёр, из морей и из самой крохотной лужи поднимается в небеса, чтобы излиться вновь. Он знал, что нужно для жизни на земле и под водой птицам, животным, рыбам и даже незаметной букашке, живущей не дольше суток. Всё, что происходит под Солнцем и Луной, на Востоке и на Западе, понимал Снежный демон Юки-акума. Одного он не мог понять: зачем люди убивают друг друга? Разве украшения, золото и дорогие материи, которые они добывают из крови и войн, так уж ценны?
Правители и военачальники приносили в храмы Снежного демона много дорогих подарков, чтобы заручиться его помощью в войнах. Иногда Юки-акума брал их и вертел в руках, пытаясь понять, в чём их ценность. Золото покрывалось льдом. Тонкие ткани намокали, становясь твёрдыми и некрасивыми. Во всём этом не было никакого смысла. И Юки-акума бросал бесполезное богатство и не отвечал на лицемерные мольбы. Уже две сотни лет он жил высоко в горах в окружении своих прекрасных дочерей и лишь изредка спускался к людям, которым нечем было его удивить.
Прекрасные юки-онна, снежные феи с ледяными сердцами, живущие сотни лет, намного чаще бывали среди людей. Им нравились уважение и страх, с которыми люди относились к ним. Нравились дорогие подарки: золотые и серебряные украшения с драгоценными камнями, нефритовые и костяные гребни, изящные ткани, расшитые золотом и серебром, и благовония, которые курили в храмах.
Дочери Юки-акума были тщеславны – все, кроме одной глупой юки-онна. Она любила людей так, словно те были её семьёй. Она не могла выносить их страданий. И видя, как кто-то вновь затевает войну, снежным вихрем летела в заоблачный дворец, падала в ноги своему суровому отцу и молила о помощи. Юки-акума не любил людей, но любил свою младшую дочь. И он правда ненавидел красный снег, поэтому никогда не отказывал. Но однажды и он не смог помочь.
Жестокий генерал перевёл свои войска через ледяные горы и напал на деревню. Этот человек был честолюбив и умён. Там, где не смогли пройти другие, он нашёл путь. Он придумал, как переправить тяжёлые пушки по хрупким льдам. Один из всех, он привёл армию в тихую долину и напал на деревню, грабя и убивая.
Младшая дочь Юки-акума всё видела и быстрее ветра понеслась к отцу.
– Отец и господин мой! – воскликнула она, упав к его ногам. – Умоляю, спасите людей в деревне! Им не выстоять против войска!
Вздохнул Юки-акума. Тяжело вздохнул. Тяжело ему было ответить.
– Я не могу вмешаться среди лета, – сказал он. – Таков закон жизни, что всему на свете отведено своё время. И летом не время для снегов.
Снежный демон был печален. Но он никогда не шёл против времени. И дочь поняла, что не умолит его помочь. Разрыдавшись вьюгой, унеслась она из заоблачного дворца.
Юки-акума осуждающе покачал седой головой. Сразу догадался, что задумала его неразумная дочь. Призвал он своих внучек (а их было семь: шесть взрослых и одна – совсем крошка) и сказал: