Чтение онлайн

— И что, сэр? — ему подали кружку с чаем.

— Обиделись. Научные боссы считают бестактным, когда им задают невыгодные вопросы.

— Точь-в-точь как наше начальство, — весело сообщили из публики.

Рони в ответ дисциплинарно кашлянул и вернул разговор к прежней позиции:

— Но ведь с ростом кристалла увеличивается число его ячеек, а каждая из них, ты сказал, содержит в себе силу, то есть ту же потенциальную энергию.

— Абсолютно правильно! Ты поймал главный момент. Кристалл завоевывает не пустое, а силовое пространство и, застывая с прекращением роста, держит его в себе. То есть, как и живой организм, он работает на максимум внутренней энергии.

— И может вдруг ей воспользоваться?

— Мои лабораторные эксперименты дали утвердительный ответ. Подвижные жидкие кристаллы способны не только менять конфигурацию за счет внутренних сил, но и уплотняться, уменьшаясь в размере. Они способны присоединять к себе куски твердых кристаллов, превращая их в аналогичный себе материал, доводить свою поверхность до твердого состояния и снова превращать ее в гибкую.

— Ты еще сказал: «Кристалл может думать о том, что ему нужно». Но пример привел только о лечении причиненных ему повреждений.

— Да, это заслуживает отдельного разговора. Здесь тьма интересного. По моим подозрениям, кристалл усваивает любую информацию, и недавно подтверждением тому стал один очень забавный случай. — Поль наспех сделал пару глотков. — В окно моей лаборатории влетел майский жук, в начале лета они нередко такое проделывают. Влетел, подлец, и хлопнулся на небольшой жидкий кристалл. И увяз в него лапками так, что когда я его обнаружил, жук отошел в мир иной. Ну, я его и выбросил. Кристалл не был в эксперименте и понадобился мне только на следующее утро. — Он посмотрел на Рони. — Думаю, даже ваш командир не догадывается, что я увидел.

— Жука, сэр, — раздался тихий голос с другой стороны. — Кристалл принял форму жука.

— Правильно, Том. — Как ты догадался? Ты кто по профессии?

— Всего лишь автомобильный электрик. А догадаться было несложно, сэр, если вас внимательно слушать.

Несколько голосов наперебой заявили, что тоже догадались, только не успели сказать.

Поль знаком установил тишину.

— Я уточню, кристалл не был копией жука, он его имитировал. Но не найдя в новой форме ничего для себя полезного, скоро вернулся в прежнее состояние.

— Надо было сообщить историю с жуком на ученом совете.

— Тогда бы дорогие коллеги наверняка объявили меня шарлатаном, жуликом или, в лучшем случае, сумасшедшим.

— Ты не пробовал повторить эксперимент?

— Уже не было времени.

Аудитория разволновалась услышанным, и сразу несколько рук взмыли в воздух.

Поль улыбнулся и указал на ту, что вытянулась выше всех.

— Можно ли, сэр, сделать вывод, что кристалл следует считать примитивным мыслящим существом?

— Стоп, здесь два разных момента. Первый касается слова «мыслящий», второй — слова «примитивный». Под мыслящим мы понимаем всякое существо, которое постоянно находится в процессе обдумывания чего-то. Мы с вами, как и любое животное, всегда пребываем в таком состоянии, хотя оно может быть очень или не очень активным, сосредоточенным на чем-то или блуждающим по разным предметам и темам. Однако в процессе дремоты или сна обдумывание вообще теряет активную фазу, то есть мышление пребывает в потенции. Вот, например, черепаха. Мыслящее существо? Да, но это выражение мы применяем к ней с внутренним предубеждением.

— Глупое создание, — согласился тот, кто задал вопрос.

— Не станем спешить. Хотя я сразу соглашусь, что таракан производит в умственном смысле большее впечатление, чем черепаха. Но у черепахи есть мозг, а у таракана — всего лишь ганглий, пучок нервных клеток, не идущий по своей простоте в сравнение с любым самым маленьким мозгом. Значит, дело в другом: черепаха, во-первых, подавляющую часть своего времени проводит в дремотном состоянии и, во-вторых, по образу жизни не решает никаких сложных задач. Таракан же много функционирует и все время решает две ответственные задачи: как при его крайне быстром обмене веществ не сдохнуть от голода и как остаться целым. Следовательно, черепаха едва использует свою думающую потенцию, и мы с трудом говорим о ней «мыслящая», а таракан использует свой ганглий на максимуме, и нам хочется называть его мыслящим, хотя биологически для этого нет никаких оснований. И таракан в сотню раз примитивнее черепахи.

Рони показал на часы:

— Вернись к кристаллам, Поль. Очень жаль, но у тебя только пять минут.

— О’кей, мне понадобится меньше. Итак, друзья, я не буду называть кристалл ни примитивным, ни мыслящим, потому что, как мы сейчас вывели, это очень условные категории. Подытожу иначе: кристалл потенциально способен хранить и обрабатывать огромную информацию. Не меньшую, чем человеческий мозг.

По лицам было видно, что народ расположен еще поспрашивать и огорчен таким форсированным окончанием. Но командир образумил: «Надо же что-то оставить на прочие вечера».

Люди встали и начали выбирать удобные места на ночлег. Поль скоро тоже подобрал себе хороший, почти плоский кусочек.

Что-то не так. Этот парень неслучайно оставил свой автомат у ног. Командир сказал ему: «Оставайся на посту, через два часа тебя сменят». Значит, надо будет сначала убить часового.

Поль почти сразу заснул, мягкая чернота окутала, поколебалась вокруг и втянула его в себя.

Он лежал чуть в стороне от других и, прикрыв веки, с полчаса наблюдал часового. Дело повернулось паршиво. Парень устроился на верху небольшой ступенчатой площадки, чтобы контролировать оба выхода. Это положение практически не позволяло к нему приблизиться. Оружие спящих лежало теперь отдельно от рюкзаков, и выдумать повод, чтоб подойти к нему, не вызвав внимания часового, не было никакой возможности. Изобразить сердечный приступ, чтобы он подошел сам?.. Бестолку, наверняка разбудит командира. Думать, думать… Кипяток?.. Предложить ему чай или кофе. И тогда можно будет приблизиться. Часовой протянет руку… и получит кипяток в глаза. Автомат лежит у него на коленях. Спящие будут отрезаны от оружия. Скорее, даже никто не успеет встать.

— Ты что, Том?

— Не спится. Я подумал, выпью, пожалуй, еще чая.

Новый звонок от шерифа раздался в начале ночи, его голос был громким и беспокойным:

— Решил позвонить вам, несмотря на позднее время. Странно, док, ФБР не может с ними связаться, не отвечает рация. Последний сеанс состоялся около пяти часов назад.

— Черт, вы знаете, где вход в эти пещеры?

— Да, а что вы хотите сказать?

— Что надо немедленно туда отправляться.

— Док, что может сделать этот мерзавец с сильным хорошо вооруженным отрядом?

— Что угодно, если завладеет оружием. Почему молчит рация?

— В ФБР сказали, это, вероятней всего, еще необнаруженная ими поломка. Когда подойдет время плановой связи, рацию починят, у них есть с собой необходимые запасные элементы. Они не очень вежливо намекнули, чтобы я не совался в чужие дела. Шериф чуть помолчал. Честно говоря, я чувствую себя неспокойно, док.

— Тогда в чем дело? Во всяком случае, вход в пещеры находится на вашей ведомственной территории.