Чтение онлайн

— Привет, Ави. Это снова Дэйв. Разыгрывать дурачков не получилось, и мы просто послали их подальше. Главный озверел. Попросил меня выйти. Мы довольно недружелюбно побеседовали в «Макдоналдсе» через улицу. Он сказал, что я идиот. Что когда они придут и все перевернут в поисках Гроба, наши акционеры понесут значительные убытки. Что это, вероятно, станет причиной иска миноритарных акционеров ко мне, и он сам с удовольствием составит исковое заявление. Я пока не объяснил ему, что в «Ордо» всего пять акционеров, и все мы работаем здесь. Менеджер «Макдоналдса» попросил нас выйти, потому что мы мешаем детям есть «Happy Meals». Я притворился напуганным и сказал, что пойду и посмотрю, насколько сложно вынести Гроб. Вместо этого я звоню тебе. Хэл, Рик и Керри перекачивают нашу систему на удаленный компьютер, чтобы, когда копы устроят нам тарарам, ничего не пропало. Пожалуйста, перезвони. Пока.

— Черт, — говорит Рэнди. — Я чувствую себя полным говном, что у Дэйва из-за нас такие неприятности.

— Для него это отличная реклама, — успокаивает Ави. — Наверняка Дэйв уже пригласил съемочные группы пяти разных телекомпаний, они все сидят в «Макдоналдсе» и до одури накачиваются кофе.

— Ну… и что, по-твоему, мы должны сделать?

— Я, без вариантов, еду туда, — говорит Ави.

— Ты знаешь, мы можем просто расколоться. Рассказать Дантисту про договоренность. Насчет десяти процентов.

— Рэнди, выброси это из головы. Дантисту насрать на подлодку. Дантисту насрать на подлодку.

— Дантисту насрать на подлодку, — повторяет Рэнди.

— Поэтому сейчас я поставлю кассету на место, — говорит Ави, вынимая ее из магнитофона, — и поеду на большой скорости.

— А я сделаю то, что велит мне совесть, — говорит Рэнди.

— Больше сигарет, — напоминает Ави.

— Я не буду делать это отсюда, — говорит Рэнди. — Я сделаю это из султаната Кинакута.

Гото Денго показал Ина лейтенанту Мори и охранникам, ясно объяснив, что не надо закалывать этого китайца и проворачивать штык в его внутренностях, кроме как по очень серьезной причине, скажем, при подавлении бунта. Качества, столь ценные для Гото Денго, делают Ина наиболее вероятным зачинщиком массового побега.

Как только отбывает генерал со своим адъютантом, Гото Денго разыскивает Ина — тот руководит проходкой диагональной штольни к озеру Ямамото. Ин из тех, кто вдохновляет личным примером; сейчас он работает в забое, до которого надо несколько сот метров ползти на четвереньках. Гото Денго приходится подойти к туннелю со стороны Голгофы и отправить в штольню рабочего. Тот надевает ржавую каску для защиты от падающих с кровли камней и пропадает в темноте.

Ин появляется, черный от каменной пыли, осевшей на потном липе, в красных ссадинах от камней. Несколько минут он методично отхаркивает пыль из легких. Периодически сворачивает язык трубочкой, выстреливает мокротой в стену и внимательно изучает, как она стекает по камню. Гото Денго вежливо ждет. Система китайских медицинских верований наделяет мокроту чрезвычайно большим значением, и работа под землей дает заключенным обильную пищу для разговоров.

— Вентиляция плохая? — спрашивает Гото Денго. В языке шанхайских борделей нет таких специальных терминов, как «вентиляция»; их он узнал от Ина.

Ин кривится.

— Хочу закончить туннель. Не хочу новые вентиляционные шахты. Трата времени.

Чтобы рабочие не задыхались в забое, надо через определенные интервалы проходить вертикальные стволы, соединяющие выработку с поверхностью. Они отняли не меньше труда, чем сама штольня, и рабочие надеялись, что без новых удастся обойтись.

— Далеко еще? — спрашивает Гото Денго, когда у Ина заканчивается новый пароксизм кашля.

Ин задумчиво глядит вверх. План Голгофы запечатлен у него в мозгу лучше, чем у ее проектировщика.

— Пятьдесят метров.

Проектировщик поневоле улыбается.

— И все? Превосходно.

— Теперь мы продвигаемся быстро, — с гордостью говорит Ин, и в свете фонаря на мгновение вспыхивают его зубы. Тут он вспоминает, что всего лишь заключенный в лагере смерти, и прячет улыбку. — Напрямик было бы еще быстрее.

Ин имеет в виду, что диагональ к озеру Ямамото:

на плане проложена так. Но Гото Денго, не меняя чертежей, приказал, чтобы на самом деле ее проходили так:

Перегиб заметно удлинил туннель. Более того, порода скапливается в пологой западной части, и ее приходится выгребать вручную. О перегибе знают лишь сам Гото Денго, Ин и рабочие Ина. Истинное его назначение известно лишь Гото Денго.

— Не надо напрямик. Продолжайте, как я сказал.

— Да.

— Кроме того, потребуется новая вентиляционная шахта.

— Еще одна! Нет… — протестует Ин.

Вентиляционные шахты, показанные на плане, с их жуткими изломами, отняли неимоверное количество сил.

Однако Гото Денго несколько раз приказывал Ину и его команде начинать новые вентиляционные шахты, потом менял решение, и работа оставалась незаконченной.

— Новые вентиляционные шахты будем проходить сверху, — говорит Гото Денго.

— Нет! — Ин в полном недоумении. Безумие пробивать вертикальный ствол сверху вниз и вытаскивать породу наверх. Если делать наоборот, она сама ссыплется вниз, и ее несложно откатить.

— Получите еще помощников. Филиппинских рабочих.

Ин ошеломлен. Он еще больше, чем Гото Денго, отрезан от мира и должен догадываться о ходе войны по мучительно косвенным намекам. Заключенные складывают обрывки сведений в причудливые теории, настолько далекие от истины, что Гото Денго посмеялся бы, если бы сам не был в таком же положении. И он, и капитан Нода узнали, что Макартур высадился на Лейте, а японский флот разгромлен, только от генерала.

Одно Ин и другие рабочие угадали правильно: в Бандоке используют заключенных-китайцев, чтобы обеспечить секретность. Если кто-то из них сбежит, то окажется на острове, вдали от родины, среди людей, не говорящих на его языке и не питающих к нему особой приязни. То, что пригонят филиппинцев, наводит на размышления. Всю ночь китайцы будут перешептываться и строить догадки.