Чтение онлайн

— Он ушел, — перебил его ландмейстер, прерывая неприятное отступление. — И что же?

— Сейчас в Туле войск почти нет. Только родичи, отъехавшие из Коломенского полка, сидят в крепости Шат. Да небольшой гарнизон в самой Туле.

— Я слышал, там начали тренировать городскую милицию, — заметил Кетлер.

— Я тоже об этом слышал. Но на Москве о том судят весьма скептично. Ну какая милиция против воинов? Да и сколько их там? Вся их польза в том, что в случае осады, они смогут поддержать защитников на стенах. Но об этом никакой речи пока не идет. Некому Тулу осаждать.

— А что Царь?

— Счастлив, насколько я смог понять. Я по прошлому году виделся с ним. Ходил мрачный и напряженный. Сейчас же сияет. Видимо отъезд Андреаса был очень желанным для него событием.

— У них действительно был конфликт?

— Сложно сказать… — задумчиво произнес дипломат. — Я ни разу не видел, чтобы они сорились. При мне Андреас ни разу не выражал неуважение или пренебрежение Иоанну. Да и за глаза такого не говорил.

— Так в чем же дело?

— Не все то, что на виду является тем, чем кажется.

— В каком смысле? — переспросил нахмурившийся Кетлер.

— В руках Андреаса по сути была сосредоточена вся реальная власть в стране. И Царь, несмотря на подчеркнуто вежливое поведение князя, не мог сделать ничего, что ущемляло Андреаса или как-то противоречило его интересам. Иоанн в сложившейся ситуации был… словно дитя малое при регенте.

— И Андреас добровольно отказался от власти?

— Я не знаю. Я не понимаю, что и зачем он делал. И ради чего отправился в этот дурацкий Крестовый поход из-за которого столько шума. Вы можете мне не верить, но его крошечное графство давало целую прорву денег. Какая ему польза от всей этой Антиохии?

— Независимость?

— Он вполне мог купить у Иоанн Азак. Или, если уж так очень хочется, отправиться в Крым. Для него Давлет-хан не противник. Тем более, что из-за серии поражений и резкого ограничения притока рабов[2], казна его пуста. Воевать ему не чем и не кем, так как в родах брожение. Особенно сейчас, когда он выступил против Сулеймана. Андреас на полуострове может и княжество устроить независимое, и даже целое царство. И никто даже не пикнет. А Крым — место во всех отношениях более интересное, чем Антиохия.

— Антиохия, как говорят, очень богата и плодородна.

— И стоит в окружении врагов. Князю это зачем? Как он ее удерживать будет?

Тишина.

Все присутствующие переглянулись с некоторым недоумением.

— А ты уверен в том, что в силах Андреаса занять Крым?

— Могу об заклад в том биться. Я переговорил с уважаемыми людьми в Москве. Прежде всего Шереметьевым, что и самого Андреаса хорошо знает, и воевал с ним, и смотрел на его приготовления, и имел беседы с другими уважаемыми людьми. Так вот, он в этом даже не сомневается. Военный же советник испанского Рея прямо мне сказал, что князь подготавливает под Тулой что-то вроде усиленной терции. О чем он уже написал своему правителю. Вы можете себе представить каких дел может натворить в Крыму даже простая терция?

— В Крыму живут не фламандцы.

— Тем хуже для Крыма. Степные контингенты совсем не держат удар.

— Они станут изнурять его тревожащими наскоками.

— В состав его терции включены конные отряды, которые по словам Шереметьева, уже доказали свою силу. И били ни раз превосходящие силы татар. С опорой на пехоту они окажутся ОЧЕНЬ опасны. У Давлет-хана не будет ни малейшего шанса, если Андреас войдет со своей терцией… хм… легионом в Крым. Но он отправился в Трапезунд, чтобы оттуда выступить на Антиохию. А это грозит тяжелым конфликтом с восточной армией османов под командованием Селима. Ясное дело, что появление крепкой терции, ох, простите, легиона, попьет немало крови османам. Но этих войск попросту слишком мало. Селим сможет бросить против Андреаса в три, в пять, в десять больше людей…

— Странно.

— Очень странно. В Москве мнения расходятся. Кто-то считает, что он там себе голову свернет, возомнив непобедимым. Кто-то, что местным лучше молится. Самые же осторожные и умные пытаются понять, что Андреас задумал на самом деле.

— А что думаешь ты?

— Я думаю, что нам нужно послать к нему хотя бы какой-то отряд. Крестовый поход как-никак. И чует мое сердце — нам с него еще долго будет икаться.

— Ты лучше расскажи, что у Царя с войсками, — криво усмехнувшись, спросил Кетлер.

— А ничего хорошего пока. Он начал переделывать разом все поместные полки, опираясь на те советы, что давал Андреас. Только не на все, а те, которые просты и удобны, как мне шепнули на ушко. Из-за чего в полках массовое недовольство.

— А почему часть советов он пропустил мимо ушей?

— Иоанн не хочет идти против местной служилой аристократии. Да и на местах его приказы исполняются спустя рукава. Особенно в Рязанском и Новгородском полках.

— А в Московском?

— Там много лучше. Но…

— Думаешь, ничего не получится?

— Нужно время. Иоанн осторожен, но своего добивается. Как мне шепнули, он таким образом неугодных выявляет. И потихоньку станет теперь от них избавляться.

— Казнить?

— Да ну, — махнул рукой посол. — Зачем? В землях старого казанского ханства остро не хватает людей. Всяких. Да и по Волге. Посему тех, кто срывать станет службу и приказы царские, туда отправят. Или, если очень буйный, в колонию заморскую московитов. Говорят, там этот их проходимец купил у туземцев остров за стеклянные бусы. Вот и обживаются потихоньку. И уж где-где, а там точно воины нужны. В самой непосредственной близости какое-то большое и агрессивное племя живет. Ирокезы, если мне память не изменяет.

— А если не поедут? Если разом поднимутся против Царя?

— Так он всех сразу не наказывает. И не будет наказывать. Так — полегоньку. Вполне в своем обычае.

— И сколько он так в этом обычае полки свои переделывать будет?

— Бог весть, — пожал плечами посол. — Но мне сказывали, что лет пять, не меньше. Московский года через два, край три в дело сможет ходить. Потом, по слухам, Рязанский. Там старый знакомец Андреаса стоит воеводой. Очень наслышанный о делах в Туле человек. Потом Новгородский. По малым полкам сказать мало что можно. Но вряд ли они быстро изменятся. Не до них Царю, скорее всего они дольше всего будут оставаться в старой службе.