Крещение Руси

Прекрасен город Константина

Достойный он наследник Рима

Мечта любого гражданина

Не хуже и владенья Крыма.

Все то богатство вызывало

Порою зависть у врагов,

Ведь человеку вечно мало,

Из-за чужого льется кровь.

И Русь, как все, пыталась тоже

Побольше отхватить кусок

И путь не раз уж был проложен

Дружиной русской на восток.

И русский щит к вратам Царьграда

Прибил и вещий князь Олег*,

Но, не добыв побед и злата,

В могилу тихо скоро слег.

И Игорь, Рюрика* наследник

К воротам дважды подходил,

Но не был тот поход последним,

Сам Святослав* там тоже был.

Вселился страх в сердца ромеев

От доблести своих врагов

И дружбы семена посеяв,

Мост опустили через ров.

И говорили: «Лучше другом

Пусть станет нам такой народ,

Чем приплывут опять на стругах

И будет так за годом год.

Мы взять их силой вряд ли сможем,

Но дав им веру и культуру

К своим ногам врагов положим

Так обуздав славян натуру».

И был заключен договор

О вечной дружбе и союзе

И исполнялся он с тех пор,

И перестал быть враг обузой

Когда же к Византии в дом

Беда пришла в виде раздора,

Напомнил базилевс о том,

Как договор ему тот дорог.

Шесть тысяч воинов могучих

Оправил русский князь ему,

Не упустив для пользы случай:

За помощь другу своему

Потребовал себе жену.

Среди сокровищ Византии

Был изумительный алмаз

Царевна Анна, дщерь Софии

Красою радовала глаз.

Хоть на Руси не мало жен

Имел прекрасных славный князь,

Все ж понимал рассудком он:

Слаба пред миром его власть.

Он варвар был для всех иных

Правителей других народов

Язычником для веры их

Властителем над всяким сбродом.

Сей брак способен укрепить

Его влиянье в чуждом мире.

Поможет Анна дверь открыть

И гостем званным быть на пире.

И не в предбанник, чтоб войти,

А в дверь парадную ворваться

Другого нет ему пути

И он готов за то сражаться.

Был базилевс вначале в гневе:

Как варвар мог желать такое,

Но отделив зерно от плевел,

Помыслив, снова стал спокоен.

Порфирородные принцессы

Не портили своих кровей

Табу на брачные процессы

Касались многих королей.

Пусть даже были б христиане,

Тем паче варварам запрет,

Но кто за Византию встанет,

Ведь кроме русских боле нет.

И согласились византийцы,

Но заключен был договор:

Владимир должен был креститься,

Прежде жена войдет во двор.

Шесть тысяч наводили жуть

Крушили все перед собой

По трупам проложили путь

Конец ознакомительного фрагмента.