Кремлевский сыщик
Шрифт:
– Заместитель начальника милиции общественной безопасности управления внутренних дел города Сочи подполковник Терехин. Убедились? А теперь объясните, коллега, что вас сюда привело?
Пока двое старших выясняли личности и предъявляли корочки, в больничный двор въехали еще два автомобиля. Вновь захлопали дверцы. Из синего микроавтобуса с тонированными стеклами высыпали крепкие рослые парни. Их пятеро – в камуфляже, в масках, с укороченными «АКСУ». Из джипа «Ниссан Патрол» выбрались четверо в штатском; у троих, включая Аверина, под расстегнутыми куртками в подмышечной кобуре по стволу. Еще у одного сотрудника, у Родиона, «Глок-17» в поясной кобуре.
Вся эта группа вооруженных людей в форме и в штатском скучилась на пятачке близ пандуса приемного отделения Четвертой горбольницы. Родион перебрался поближе к начальнику и опекающему его сотруднику «физзащиты». Тем временем из реанимобился выбрался медик. Он с изумлением и некоторой долей опаски смотрел на появившихся невесть откуда в больничном дворе мужчин в камуфляже и штатском.
Кто-то заматерился; мужчины в камуфляже и масках переместились поближе к своему старшему. А заодно и попытались перекрыть доступ «варягам» к реанимобилю. Но пока, в эти первые секунды, все присутствующие вели себя все же выдержанно.
Из открытых дверей приемного отделения показались двое в белых халатах. Один из них толкает впереди себя по наклонному закругленному пандусу каталку. Кормовые дверки «Скорой» закрыты; раненого из реанимобиля все еще не извлекли.
– Коллега, вы так и не ответили на мой вопрос! – сухим голосом произнес Терехин.
– На каком основании вы здесь находитесь? И почему вы и ваши люди препятствуете работе медиков, которые должны срочно оказать помощь нашему коллеге, пострадавшему в результате нападения неизвестных на его машину? Объяснитесь же, наконец!
– Работе медиков мы препятствовать не собираемся, – подбавив металла в голос, сказал Краснов. – А действуем в рамках служебных полномочий. – Он подозвал жестом одного из врачей. – Ну что же вы? Выгружайте больного!
– А можно? – врач нервно сглотнул. – Ему нужна операция. У него слепое пулевое в ногу. И еще...
– Ну так поторопитесь! – оборвал его Краснов. – И срочно сюда главврача!
– Минутку. Я не понял... – Терехин вновь вклинился между ним и врачом «Скорой».
– Какие такие «полномочия»? Почему самоуправничаете? На каких основаниях? Мне приказано выставить охрану!
– Охрану полковника Левицкого будет осуществлять моя группа. А вы, Терехин, –
Краснов бросил на собеседника тяжелый взгляд, – если будете мешать нам работать, если не уберете отсюда своих людей, огребете крупные неприятности. Считайте, я вас предупредил!
– Врач, отставить пока «выгрузку» раненого! – зычно скомандовал Терехин. – Возможно, его придется везти в другую больницу!
– Почему? – удивленно спросил медик. – У нас тут, в Четвертой, имеется все необходимое...
– Отставить, я сказал! Речь идет о безопасности нашего коллеги!
– Но... Его нужно прооперировать!
– Следите за его состоянием и ожидайте, когда будет принято решение!
Краснов увидел, как его визави торопливо набирает на сотовом чей-то номер. Он тоже достал мобильник: следовало позвонить начальству, поставить в известность о случившемся. И еще заручиться – пусть и несколько запоздало, уже по факту произошедшего – поддержкой у Москвы.
Сергей решился позвонить в приемную самого главы департамента. Пока в трубке звучали длинные гудки, он, пользуясь вторым мобильником, набрал номер «смежника».
– Приемная! – наконец отозвалась трубка голосом старшего референта.
– Это Краснов. Соедините меня срочно с начальником!
– У него сейчас служебное совещание. К нам в офис приехал первый заместитель министра. У вас что-то срочное, Сергей Михайлович?
– Архисрочное!
– Попробую передать записку. Диктуйте.
– Записывайте... Сообщение от группы Краснова. Чрезвычайное происшествие в Сочи. Около шестнадцати часов по местному времени совершено нападение на одного из сотрудников милиции. Он ранен, его шофер погиб... Мы намерены взять этого человека под охрану. Это важный свидетель по нашему делу. А местные силовики нам препятствуют.
Во второй трубке после череды длинных гудков зазвучали короткие. Краснов вновь включил набор.
– Фамилия и звание человека, на которого совершено покушение? – спросил голос в трубке.
– Полковник Левицкий.
– Записал! Я сейчас же передам записку руководству, Сергей Михайлович!
Краснов сунул мобильник в карман. В другой положил тот сотовый, по которому он только что пытался дозвониться «смежнику», чтобы узнать точно, когда же на место подъедут коллеги из УФСБ.
Терехин отошел к своему джипу; он все еще с кем-то переговаривался по мобильному телефону. Сергей оттеснил плечом того «штатского», что приехал в больничный городок в компании с Терехиным на «Гелендвагене».
– Выгружайте раненого! – громко скомандовал он, адресуясь к застывшим у «Скорой» медикам. – Делайте же свою работу, не стойте!
Медики извлекли Левицкого из чрева реанимобиля и аккуратно уложили на передвижную каталку. Врач из бригады «Скорой помощи» держал в руке штангу с капельницей.
Левицкий, на голове которого красовалась повязка из белоснежных бинтов, приподняв голову, слабым голосом позвал:
– Краснов? Краснов... вы здесь? Подойдите!
Сергей переместился поближе к каталке, которую двое медбратьев в сопровождении врачей «Скорой» и двух их старших коллег, вышедших им навстречу из дверей приемного покоя, покатили по пандусу к дверям больничного корпуса.
– Я здесь!
Их глаза на короткое время встретились. Лицо Левицкого было бледным, под стать повязке. Но сам он, похоже, был в ясном сознании.
– Краснов, не отдавайте им меня! – выкрикнул раненый. – Прошу защиты! Я вам сильно пригожусь... А еще лучше... вывезите меня в Москву!
– Медики говорят, что вам нужна срочная операция... – Сергей, увидев протянутую к нему руку, на которой были видны следы запекшейся крови, коротко пожал ее. – Не волнуйтесь, все под контролем.
Левицкий облизнул рассеченную нижнюю губу.