Чтение онлайн

На следующее утро он обнаружил ведущееся за ним наблюдение.

В Нью-Йорк они летели вдвоем. Важа Дадашвили и Нестор Каландадзе. В Москве они получили паспорта с американскими визами, деньги и строгие наставления от Гурама Хотивари. Последний был серьезно встревожен самой возможностью появления в Америке эмиссаров из Москвы. Он пробился в лидеры совсем недавно и еще не чувствовал себя так уверенно, как другие авторитеты. Поэтому был более осторожен и более внимателен к возможным проискам своих конкурентов и своих союзников. После трудного мира, достигнутого во многом благодаря решительным действиям Рафаэля Багирова, он по-прежнему ждал неприятностей. Два его предшественника были убиты, и он не хотел повторять их судьбу. Поэтому, получив сообщение от Генерала, он срочно переговорил с Багировым и Саркисяном. Но оба его союзника категорически отвергли саму возможность переговоров за спиной Гурама. Можно было поверить и успокоиться. А можно было проверить. И Хотивари решил все-таки послать своих людей в Америку, предварительно рассказав об этом только своим союзникам. Расчет был циничный и верный. Если его людей встретят и уберут, значит, кто-то из его «друзей» решил о чем-то договориться за его спиной. И фактически объявить войну группе Гурама Хотивари. А к такой неприятности нужно быть готовым заранее, иначе ему просто не удержаться на своем месте.

Важа Дадашвили был старым, проверенным бойцом и одним из самых близких людей Хотивари. С ним они начинали еще двенадцать лет назад в Тбилиси. А вот второй, Нестор Каландадзе, был бывшим сотрудником КГБ, которого он узнал всего несколько лет назад. Нестора тогда выкинули с работы, к власти в Грузии пришел Звиад Гамсахурдиа, и очень много бывших сотрудников КГБ оказалось без работы. Мало того, Каландадзе обвинили в причастности к апрельским событиям восемьдесят девятого в столице Грузии, когда пролилась кровь несчастных людей. И дороги назад, в Грузию, для Каландадзе уже не было. Два года назад его нашли люди Хотивари и взяли на работу руководителем частной охраны в одну из компаний, контролируемых их группой. Нестор проявил себя с самой лучшей стороны. Он был честен, а это забытое качество ценилось как никогда. Кроме того, он обладал нужным аналитическим мышлением и умел находить нестандартные решения. Лучшей кандидатуры для поездки в Америку у Хотивари не было.

Вдвоем с Важей они прекрасно дополняли друг друга, и Хотивари надеялся, что им удастся выяснить, кто именно решил выйти на связь с Генералом в Америке, предлагая непонятное сотрудничество уже отошедшему от дел вору в законе. А если это была чья-то игра, то в чьих интересах она велась и для чего. На эти вопросы посланцы тоже должны были найти ответы. Лучшим, идеальным вариантом был, конечно, захват этого неизвестного и его допрос. Важа умел допрашивать так, что развязывал языки самым стойким, самым упорным. Он обладал врожденной способностью к допросам и отличался какой-то невероятной, изощренной жестокостью.

В самолете они почти не разговаривали. Важа все время спал, на него плохо действовал утомительный перелет через Атлантику, а Нестор, наоборот, смотрел фильмы и читал газеты, устроившись в конце самолета, где разрешали курить. Лишь перед самым прибытием он сел к иллюминатору и внимательно смотрел на величественную панораму раскинувшегося внизу огромного города. Внизу мелькали какие-то многочисленные точки, и Важа, усевшийся рядом с ним, тоже выгнул голову, пытаясь разглядеть что-нибудь внизу. Они оба летели впервые в Америку, но у Нестора было большое преимущество. Он почти бегло говорил по-английски, сказывалась его прошлая работа.

Пограничный контроль иммиграционных служб они прошли довольно быстро и вскоре уже сидели в такси, направляясь к Манхэттену. Через «Интурист» им были заказаны номера в отеле «Милфорд». Хотивари платил за два номера не из щедрости. Просто верно рассчитал, что в случае опасности один сумеет подстраховать другого или хотя бы вовремя уйти, чтобы рассказать обо всем в Москве. В отель они устроились довольно быстро, здесь не было таких утомительных заполнений анкет и регистрационных листков, как в гостиницах Москвы или Тбилиси.

Достаточно было показать копию факса, предъявить паспорт, заплатить деньги и получить ключи от двух одноместных номеров.

— Сколько времени тебе нужно для отдыха? — спросил Нестор у Важи. Он не любил своего спутника, так наглядно подтверждающего всю мерзость и неприятность его новой работы.

— Этого я сейчас не знаю, — разозлился Важа, — но после такого перелета нам нужно отдохнуть.

Он еще больше не любил прилетевшего с ним бывшего кагэбэшника. Он вообще не любил всех «мусоров» и всех «легавых». Вынужденный лететь в Америку с бывшим сотрудником КГБ, он не скрывал своего презрения, постоянно подчеркивая свою внешнюю независимость от поставленного еще в Москве старшим Нестора Каландадзе.

— Хорошо, — согласился Нестор, — но тогда завтра утром мы уедем в Балтимор. Здесь недалеко должна быть автобусная станция.

— Вот и выясни, где она находится, — разговор шел в лифте по-грузински, и стоявшая рядом с ними негритянка с удивлением смотрела на двух экспансивных иностранцев. Они вышли из лифта.

— Тогда я пойду вечером в город, — предложил Нестор.

— Оставь мне половину денег, — напомнил Важа.

Ни слова не говоря, Нестор достал пачку стодолларовых купюр и отсчитал половину, отдавая их своему спутнику. Тот взял деньги, удовлетворенно хрюкнув. И заспешил к своему номеру.

«Животное, — с ненавистью подумал Каландадзе, — настоящая скотина. Подумать только, с какими подонками я вынужден сотрудничать ради денег».

За поездку в Америку ему обещали десять тысяч долларов. И это, не считая проездных и командировочных, столь щедро выделяемых Гурамом Хотивари. Только сознание своей полной ненужности и невозможности заработать подобную сумму честным путем вынудило Нестора Каландадзе дать согласие на эту поездку.

Он зашел в свой номер, разделся, принял душ и уже затем, несколько отдохнувший и посвежевший, отправился на поиски автобусного вокзала, который находился почти рядом, буквально на расстоянии нескольких сот метров от их гостиницы. Но уже по дороге на вокзал Нестор заметил неладное. Профессиональному сотруднику КГБ, даже бывшему, невозможно не обратить внимание на слишком пристальное наблюдение со стороны постороннего лица, идущего буквально след в след. Нестор сделал контрольный круг и убедился, что незнакомец не собирается отставать. Он добросовестно обошел почти весь Автобусный порт, спрашивая о нескольких рейсах совсем в другие направления, чтобы сбить с толку своего преследователя. Незнакомец имел характерную внешность кавказского типа, и это больше всего не нравилось Каландадзе.

Теперь нужно было установить, что нужно его преследователю. Он нашел боковой туалет, расположенный в глубине здания, и быстро направился туда. К его сожалению, кроме него, там оказалось сразу несколько человек, и он быстро вышел из туалета, почти столкнувшись со своим преследователем лицом к лицу. Другой туалет был расположен в самом дальнем конце второго уровня порта, и он поспешил туда. Здесь ему повезло больше. Почти сразу из кабинки вышел какой-то пожилой темнокожий и, даже не вымыв руки, стремительно вышел из туалета, очевидно, опаздывая на свой рейс.

Он остался ждать, спрятавшись в ближней от дверей кабинке. Через минуту послышались осторожные шаги. Он узнал своего преследователя по ботинкам, на которые сразу обратил внимание. Они были какого-то буро-желтого цвета и выделялись своей яркой окраской.

«Дилетант, — с неприязнью подумал Каландадзе, — разве можно с такими ботинками еще кого-то выслеживать».

Во время его прежней работы в Комитете государственной безопасности они знали, что обувь — это первое, на что должен обращать внимание профессионал. В процессе наблюдения можно изменить внешность, быстро переодеться, сменить походку. Но, как правило, очень трудно поменять обувь, подобрав нужную по размеру, и наблюдателям приходится обращать на это внимание в первую очередь.