Чтение онлайн

– Да что же это?! – дед Семен будто услышал смех дьявола. Невидимый дьявол хохотал, как Шаляпин.

– Дай сюда, – Мишка отнял у Абатурова кол, размахнулся и сразу треснул Хомякова по голове.

Игорь Степанович разжал руку и начал медленно пятиться назад.

Мешалкин рухнул на пол, как мешок с костями.

В этот момент дверца приоткрылась, и в проеме появился Петька Углов.

Хомяков рухнул спиной на Углова, и они вместе покатились по крутой лестнице вниз.

Коновалов и Абатуров бросились следом.

Они успели вовремя. В самом низу, под лестницей, лежал без сознания Петька Углов, а рядом на четвереньках стоял Хомяков и пытался придушить Петьку.

Коновалов и Абатуров оттащили Хомякова от Петьки, растянули его за руки и швырнули плашмя об стенку. Хомяков впечатался в церковную стену с такой силой, что на ней задрожали иконы, а пламя в лампадах заколебалось и пустило дым.

Хомяков сполз по стене, неподвижно застыл рядом с Петькой. Абатуров вытер рукавом лоб.

– Политика у сатаны такая, – сказал он, – чтобы нашими же руками нас и передушить.

– Всех не передушишь, – ответил Мишка. – Эх… Петьке-то как достается…

– Ага, – с колокольни спустился Мешалкин. Шея у него распухла, а голос был сиплый. Он мельком взглянул на Углова, обошел тестя кругом и добавил: – Надо бы его, гада, связать, пока не очухался. – Он вытащил из брюк ремень и крепко перетянул им руки Хомякова за спиной. – Когда очнется, пусть докажет, что имеет право быть развязанным. – Мешалкин вспомнил кинофильм «Экзорцист», в котором святые отцы изгоняли из маленькой девочки дьявола. Подробностей он не помнил, но в целом помнил. Смысл был примерно такой: нужно было человека, в которого вселился бес, как следует отдубасить, чтобы бесу стало бы неприятно в нем находиться, и он бы оттуда смотался. К тому же у Мешалкина на тестя был зуб. – Давайте его выпорем, – предложил он.

– Зачем? – спросил Коновалов.

Мешалкин объяснил свою теорию изгнания бесов. Абатуров согласился. Коновалов тоже не возражал.

– Поркой человека не убьешь, – сказал Абатуров, – а уму-разуму научишь. Так и деды наши поступали.

Они сняли с Хомякова штаны и выпороли его коноваловским солдатским ремнем.

Порол Мешалкин. После третьего удара Игорь Степанович пришел в себя и дико заорал от боли.

– Терпи, мил человек, – посоветовал ему дед Семен. – Это для твоей же пользы.

Хомяков вывернул голову и увидел, кто его лупит. Ему стало вдвойне нехорошо от такого унижения. По его щекам потекли слезы.

Машина ехала в полном тумане. Вдруг Леня заметил впереди какие-то вспыхивающие огни. Он прищурился.

– Похоже на мигалку, – сказал он.

Полушкина нагнулась вперед.

– Леня! Это же «Скорая помощь»!

Теперь и Скрепкин разглядел на обочине дороги белый фургон с красной полосой. Он обрадовался, потому что очень хотел помочь сбитой. Он остановил машину, выскочил на дорогу, подбежал к «Скорой помощи» и рванул ручку дверцы на себя.

За рулем сидел доктор с внимательными глазами. Скрепкин отметил, что он очень похож на доктора Айболита, каким его изображали в кино. На докторе была белая шапочка с красным крестом и круглым зеркалом, из кармана халата торчала устаревшая слуховая трубка, на коленях лежал кожаный саквояж с красным крестом, доктор барабанил по нему белыми пальчиками с аккуратно подстриженными ногтями. Леня немного удивился его архаичному виду, но, может быть, в провинции до сих пор так ходят? Финансирования-то никакого нет!.. Неважно! Главное, вот доктор!

– Доктор! У меня в машине раненая.

– Слушаю-с! – голос был чисто айболитский.

– Пойдемте, доктор, я вам по дороге расскажу!

– Ну что-с, не будем терять время! – доктор спрыгнул на землю и засеменил к иномарке.

Полушкина стояла рядом с машиной. Увидев доктора, она открыла рот, и лицо у нее вытянулось.

– Вы больной? – доктор показал на Полушкину белым пальцем.

– Н-нет… Вот больной… Она больной…

– Так-так, – доктор нагнулся к машине, вытащил из кармана слуховую трубку и послушал Ирину. – Так-так… Будем госпитализировать…

Доктор вернулся к «Скорой помощи» и постучал кулачком по кузову.

Дверца кузова открылась, оттуда появились двое безмолвных санитаров с носилками. Они вытащили Ирину из машины, уложили на носилки и исчезли в тумане.

– Так-так, – доктор снял пенсне и протер стеклышко.

– Я могу помочь средствами для лечения, – сказал Леня и полез в карман за бумажником.

– Нет-нет, – остановил его доктор. – В этом пока нет необходимости… Я запомнил ваш номер, и если что-то будет нужно, мы с вами свяжемся… А вот с кровью, которая, по всей вероятности, понадобится для пострадавшей, определенные проблемы есть. У нас очень тяжело в районе с кровью. У вас какая группа?

– Вторая, резус отрицательный.

– Не годится. У потерпевшей положительный. Вот у вас, дамочка, мне кажется, кровь подходящая.

– Откуда вы знаете? – Полушкина испугалась.

– Опыт-с… Так я не ошибся?

– Нет…

– Тогда пройдемте в машину, возьмем у вас немного донорской крови…

– Нет, я не пойду, – Вероника перепугалась.

– Иди-иди, – подтолкнул ее Леня. – Это не больно. Человека спасать надо… Сегодня ты его, а завтра он тебя…

Подушкина посмотрела на Леню умоляющими глазами.

– Давай-давай, а я покурю пока.

Вероника, оглядываясь назад, пошла за доктором. Леня улыбнулся и помахал ей ладошкой.

Оставшись один, он вытащил из пачки сигарету, закурил и посмотрел в темное тамбовское небо.

Наверное, я на правильном пути… Раньше неудачи преследовали меня… Теперь же, когда меня наставили на Путь, мне везет… Как только нам понадобилась медицинская помощь, мы сразу ее получили самым чудесным образом… Разве не чудо, встретить среди ночи рядом с какой-то деревней нормальную «Скорую помощь» с квалифицированным врачом и санитарами… Все верно, я помог человеку, и Господь пришел мне на помощь… Человеколюбие множится…