Чтение онлайн

Постепенно темп нарастает. Проникновения становятся агрессивнее и глубже, но я млею от каждого движения, которое скручивает внутренности в один комок удовольствия. Мужчина толкается вперёд так сильно, что ему приходится удерживать меня на месте, снова и снова загоняя член во влажную и тесную глубину.

Я сбивчиво шепчу его имя, впиваюсь ногтями в его бедро сзади, подталкивая ещё ближе и острее, так что мужчина рычит мне в шею. Прошу ещё и ещё, ловлю быстрый темп движениями навстречу, и Руслан отзывается грубыми рывками.

Комнату наполняют мои стоны, разбавленные шлепками влажных тел. Дождь стучит за окном, а в какой-то момент я слышу громкие раскаты грома. В прошлом мне жестоко и без анестезии обрубили крылья — сейчас же я чувствую, как новые прорезаются изнутри. Они невидимы окружающим, состоят из тоненькой паутинки, но одно знаю точно.

Я снова могу летать.

Руслан ускоряется, хотя казалось, что это уже невозможно. Вырывает из моей груди частые громкие стоны, с которыми я дохожу до пика, кусая губы от болезненно-сладкой пульсации между ног. Мужчина кончает следом, успев выскользнуть, заливая горячими струями мои ягодицы.

Мы оба тяжело дышим, я ловлю его ладонь и прижимаюсь губами к тыльной стороне, пока мужчина гладит бёдра и легко проводит кончиками пальцев по животу. Поворачиваю голову и шепчу одними губами «спасибо», после чего Руслан запечатывает мой рот невероятно нежным поцелуем.

Спасибо, что заново научил меня жить.

Мне кажется, я умерла и попала в рай.

В рай, где после самой шикарной ночи в жизни красивый мужчина с растрепанными волосами и в одних только спортивных штанах приносит сначала кофе в постель, а чуть позже, когда ты думаешь, что лучше уже просто быть не может, ставит на постель маленький деревянный поднос на ножках со свежими фруктами, яичницей и тостами с блестящей каплей масла сверху.

Положа руку на сердце — это самое лучшее пробуждение в моей жизни. С ним не сравнится даже утро из детства, когда после празднования Рождества я обнаружила под ёлкой куклу, которую очень давно хотела, но в наших магазинах её не продавали.

Родителям пришлось заказывать её аж из другой страны, почта подвела немного с датами, так что тридцать первого декабря меня радовали другие игрушки.

Руслан садится рядом, согнув одну ногу в колене, и наблюдает за мной — сонной, растрепанной и жующей. Я краснею под этим пристальным взглядом и даже промахиваюсь мимо рта кусочком порезанного персика, пачкая щеку.

Мужчина тут же стирает сладковатый сок подушечкой большого пальца, которую я ловлю губами, собирая пряный нектар языком.

Между ног всё саднит от нескольких предыдущих раз этой ночью, потому что после первого Руслан отказался меня отпускать. Мы только переместились в постель, где мужчина делал со мной такие вещи, от воспоминаний которых щёки сразу наливаются краской.

Это не было пошло и грязно. Это было невероятно чувственно, местами нежно и до хриплых вибрирующих стонов с мольбой, на которые я срывалась, когда мужчина в очередной раз дразнил меня, не позволяя просто так кончить.

Лёгкая ноющая боль в промежности не мешает нам вновь соединиться в одно целое, когда мужчина накрывает меня своим телом, убирая поднос на пол. Я перестаю что-либо видеть, потому что на мои глаза ложится мягкая шёлковая лента, с помощью которой Руслан обостряет каждое своё прикосновение, а от его пошлого шёпота на ушко я сразу покрываюсь мурашками.

Ладони гуляют по его телу, и мужчина кажется таким горячим, словно вынырнул ко мне из преисподней. Я таю от его мощи и ауры, растекаюсь горячими волнами, оплетая мужское тело всеми конечностями, выгибаясь, когда умелые пальцы творят что-то нереальное между моих ног.

— Держись за спинку, птичка, и не смей разжимать пальцы, — снова шепчет и опускается губами по моему телу, прикусывая сосок, оставляя обжигающее пятнышко под грудью на нежной коже.

Я со всей силы сжимаю металлические вставки на спинке между мягкими частями, когда мужские ладони ложатся на внутреннюю сторону бедра и раздвигают шире мои ноги.

Дальше — за грань. Я пытаюсь сдерживаться, когда язык скользит по влажным складкам. Кусаю губы, стоит языку ударить по пульсирующему клитору. После пальцев внутри уже просто не могу — рваные частые стоны сами вылетают из груди, одна рука зарывается в волосы Руслана.

В ответ я слышу недовольное рычание. Мужчина прекращает все манипуляции и вонзает зубы в бедро. Приходится вернуть руку на прежнее место и призывно толкнуться бёдрами навстречу ласке, которая вновь затягивает меня в тягучее удовольствие, простреливая позвоночник.

Первый раз я кончаю от настойчивых похлопываний языка по клитору и вбивающихся внутрь пальцев. Кричу, потому что Руслан ни на секунду не прекращает, накрывая ртом чувствительную плоть.

Захлёбываюсь его поцелуями с привкусом моей смазки после, когда он пристраивается между моих ног и толкается внутрь, сразу срываясь на резкие глубокие проникновения, приправляя их несдержанными покусываниями моей пестрящей от его отметин шеи.

Второй, когда мужчина помогает мне пальцами на пульсирующей точке, поймав взгляд и пристально смотря в мои глаза своими, в которых плещется такая жадность, будто это не он брал меня ночью несколько раз во всевозможных позах.

Превращает меня в мягкую патоку, распластав по постели, так и не позволив мне касаться его, даже когда я умоляла между поцелуями, разделив с ним одно дыхание на двоих.

Третий обрушивается внезапно. Я не думала, что способна на ещё один оргазм, но Руслану удаётся буквально выбить его, потому что он переворачивает меня на живот и начинает двигать бёдрами в каком-то бешеном темпе, вонзаясь зубами в плечо.

Обжигающие шлепки обрушиваются на ягодицы, от чего я сильнее сжимаюсь внутри и чувствую вновь нарастающий фейерверк, который разлетается на миллион ярких вспышек по всему телу, стоит мужчине опуститься почти полностью на меня, горячо прошептав куда-то в волосы.

— Кончай, девочка.

Мы ещё долго лежим так — Руслан сверху, стараясь хоть немного удержать вес на локтях, и я, полностью удовлетворённая с глуповатой улыбкой на лице. Ёрзаю, когда становится совсем тяжело дышать, и мужчина перекатывается на бок, перетягивая меня на свою грудь.