Чтение онлайн

Зимняя зловещая ночь, властвовавшая над «Чёрным дельфином», ликовала, что Арцеулов отважился на риск. В шуме наполненного мертвенным холодом ночного ветра слышались аплодисменты и восторженный маниакальный шепот. Шепот зимней ночи просил Арсения оступиться, поскользнуться, сдаться и упасть в бездонные объятия притаившейся внизу смерти.

Не слушая ветер, аккуратно переставляя ноги, Сеня двигался дальше.

Внизу раздались крики. Опустив взгляд вниз Арсений увидел мельтешащие внизу узкие треугольники света от фонарей, и смутно различимые человеческие фигуры. Затарахтели автоматные очереди, засверкали вспышки выстрелов. В перерывах между выстрелами ночь разрывали яростные крики отборного мата с обоих сторон. Сеня видел, что охранников во дворе прижали к стене, но помочь им он ничем не мог.

Не обращая внимания на звуки внизу, Сеня ринулся дальше. Двигаться необходимо было с величайшей осторожностью. Сеня отлично чувствовал, насколько скользким был промерзший, заледенелый карниз под его подошвами. Один не аккуратный шаг, и он рухнет вниз, на радость торжествующей ночной тьме.

Вверху над Сеней раздался какой-то грохот, лязгнул металл, прозвучал чей-то визг, хохот и переполненный страхом пронзительный крик. Кричавший поперхнулся. Раздались звуки ударов. И через секунду окно, выше этажом, выплеснулось в ночь сотнями сверкающих осколков. Вместе с ними, отчаянно барахтаясь и стараясь ухватиться за воздух, вылетел какой-то человек.

Его долгий беспомощный крик огласил территорию тюрьмы, и оборвался внизу.

Ошарашенный Арцеулов замер, в ступоре, глядя вниз. Его левая нога поехала вперёд. Сеня глухо выругался. Страх подхватил его, обволок, сжал и потянул вниз к гибели. Арцеулов чудом удержался, успев схватиться за внешнюю решетку на ближайшем окне.

На несколько мгновений он повис на одной руке, над бездонным мраком. Страх близкой гибели пробрался в его мозг, заставил тело оцепенеть. Давно Арцеулов не был так близок к смерти, как сейчас. Давно он так явно не ощущал её дыхание на своей коже, и её шепот в дуновениях ночного ветра.

Морщась, сжав зубы, Сеня ухватился за решетку второй рукой. Сознание прострелила пугающе ошеломляющая мысль, что решетка может не выдержать его вес. Он заскреб ногами, пытаясь встать на карниз. Это получилось не сразу. Когда он сумел вновь упереть ноги в промерзшую поверхность карниза, то на пару-тройку секунд прижался лицом и грудью к обжигающе холодной решетке окна.

Кипящий в венах адреналин не давал его телу замерзнуть. Сеню слегка знобило, с его губ срывалось частое, тяжелое, чуть сиплое дыхание. Он заглянул в окно. Увидел вспышки выстрелов.

— Ещё чуть-чуть, — Сеня примерно представлял где относительно него сейчас засели те заключенные, что не давали им пройти.

Он пробрался к следующему окну. Полковник Староградский не солгал, окна служебных помещений все были без решеток.

Сеня добрался до того окна, из которого, наконец увидел зеков в их оранжевых робах. Вооруженные дубинками, щитами и автоматами, они сидели боком к нему, за опрокинутым, поперек прохода, шкафом. Сеня поднес к окну ствол автомата, и нажал на спусковой крючок. «Сайга» ткнула прикладом в плечо, выстрел дробовика вышиб окно внутрь кабинета, заключенные запоздало обернулись. Но Арцеулов быстро и методично расстрелял их несколькими быстрыми выстрелами.

Выбив остальные осколки в оконной раме, Сеня с вожделением влез внутрь, встал ногами на пол, выпрямился и облегченно вздохнул.

Перешагнув через тела заключенных, он подошел к порогу помещения, осторожно выглянул в коридор.

— Не стреляйте! Эй! Товарищ полковник!..

— Капитан, ты?

— Я, — вздохнув, крикнул Сеня.

Они выбрались из укрытия, подошли к нему.

— Ты цел?

Сеня молча кивнул.

Пройдя ещё несколько десятков метров, они встретились с большим и хорошо организованным отрядом охраны, который благополучно задержал нескольких заключенных. Их всех закрыли в отдельных помещениях, где были обычные тяжелые металлические двери, без электропривода и возможности удаленного управления.

Теперь рядом с Сеней было двадцать четыре вооруженных охранника, а против неорганизованной толпы вырвавшихся на свободу заключенных это довольно серьёзная сила.

Оставив пятерых человек сторожить вновь задержанных, Сеня и остальные сотрудники тюремной охраны направились дальше. Попавшиеся им на пути маленькие группки заключенных, при виде полицейских сами падали на колени, и складывали руки за голову. Страх был не чужд даже чудовищам.

Сеня торопился, его гнала вперёд тревога за Гольшанского, если конечно за такого, как Сильвестр Гольшанский можно было переживать.

На пути следования большого отряда возникла очередная вооруженная группировка заключенных. Они было бросились на охрану, но как только двоих из них пристрелили, остальные немедленно побросали свое оружие.

Здание тюрьмы «Чёрный дельфин» относительно быстро было возвращено под полный контроль охраны. Все-таки местные сотрудники ФСИН не зря ели свой хлеб и отлично знали свое дело.

Минут через двадцать, когда большинство заключенных вернули в камеры, появился свет и возобновилась подача электричества. Но Сеню это не обрадовало, как остальных.

Во-первых, не все заключенные оказались на месте, а во-вторых среди тех, кого загнали обратно в камеры не было и Сильвестра Гольшанского.

По общему каналу связи сообщили, что небольшой группе заключенных удалось прорваться.

Полковник Староградский выдал несколько грязных ругательств.

С территории «Чёрного дельфина» немедленно выехала группа полицейских внедорожников. В ночь поднялись два вертолета.

Автомобили направились в сторону леса, грозно грохочущие вертолёты полетели на верхушками деревьев, ощупывая темноту внизу широкими рукавами желто-белого света.

Сеня был в одном из вертолётов. Он переоделся из оранжевого тюремного комбинезона в такую же темную, камуфляжную униформу, как и другие офицеры охраны.

Арцеулов сидел возле открытой дверцы вертолёта, и вглядывался вниз, бескрайнюю чернильно-черную мглу.

Напористый ветер бросался в лицо и чуть подергивал темную униформу на теле Сени.

Лучи прожектора выхватили бегущих по лесу заключенных. Сеня оживленно всматривался в них через бинокль. Но среди них не оказалось ни Сильвестра, ни Артёма Солонкина.