Чтение онлайн

– Я знаю, чем тебя шантажирует Имио.

Я открываю рот, чтобы ответить, но не нахожу слов. Я падаю на колени.

– Мой Царь…

Атиарн смеется.

– Как же ты сможешь меня предать, когда я единственный, кто может тебя помиловать?

Время летит быстрее ветра. Кажется, только вчера Слепой Царь Атиарн Ракс открыл мне свой страшный секрет. С того дня случилось многое. Я стал его приближенным, я жил во дворце Нагиба и каждый день видел Царя и разговаривал с ним. Я улетал на средний фронт, проводил там с месяц, а потом возвращался обратно. Я видел, как Атиарн медленно, но верно идет к осуществлению своего замысла с той изобретательностью, которой никто от него не ожидал. Для простых жителей Альрата он все еще оставался странным Царем, который почти не покидает свой дворец, отказывается от роскоши и предается загадочным размышлениям. Но в Нагибе я понимал, что это не так. Маленькие шаги к великому свершению, подготовка к великой революции, незаметная, тайная, не привлекающая внимания.

Самую главную проблему представлял Имио. Именно он распоряжался Царской казной и фактически согласовывал каждое решение, которое принимал Атиарн. Его во всем поддерживала вдовствующая Царица Зиа. Мне было странно, но я ни разу не видел ее во дворце Атиарна, хотя она жила всего в сотне метров от него. Они со Слепым Царем состояли в переписке, и, по словам Атиарна, его мать заканчивала каждое свое письмо пожеланием благоразумия. О делах Альрата она никогда не писала. Но к Зие часто ездила Раах. С ней Царица-вдова была более откровенна, и именно Раах стала главным источником сведений о внешнем мире во дворце Нагиба.

– Странно, чтобы свекровь так относилась к невестке, – как-то заметил я.

– Ты не знаком с Великой Царицей-вдовой, – усмехнулся Атиарн, – она считает, что Раах глубоко несчастна из-за того, что стала моей женой, а моя мать всегда благоволила несчастным. Это помогает ей чувствовать счастливой себя.

Раах присутствовала при этом разговоре, она не ответила ничего, только ее длинные ресницы чуть дрогнули на полуприкрытых веках. В то время она ждала второго ребенка.

Мне же выпало вести двойную игру с Имио, я рассказывал ему только то, что приказывал мне Атиарн, а все разговоры почти дословно передавал Слепому Царю. Имио был доволен тем, что я стал близок к Атиарну. Я был столь желанным для него источником знаний о том, что думает и чувствует Царь. В какой-то момент я понял, почему результат этой битвы предсказуем: как бы Имио ни пытался принимать все решения, как бы Зиа ни старалась представить своего сына безумным калекой, они оба прекрасно понимали – власть по праву рождения принадлежит Атиарну. И то, что он не подпускал их слишком близко, вызывало их беспокойство. Царица-вдова и Стоящий по правую руку предчувствовали, что однажды наступит день, когда над Альратом взойдет новое солнце.

Царица Раах родила дочь, которую назвали Леерой. Рождение дочери в правящей семье – это всегда неудача, но в тот раз все было не так.

– Сейчас был бы самый неподходящий момент для рождения сына, – говорила Раах.

То ли ее мысли предопределили пол ребенка, то ли так счастливо легли кости, но родилась именно дочь.

– Моя счастливая звезда, – сказал про нее Атиарн.

Рождение наследника в такой момент стало бы для него роковым – у Зии и Имио появился бы законный кандидат, который может занять трон.

Леера всегда будет любимицей Атиарна. И окажется самой большой трагедией в жизни Раах.

Празднование рождения принцессы назначено на первое воскресенье месяца дождей.

– Это еще что? – спрашивает меня Имио, когда я показываю ему план торжества.

– Поэтому я и решил показать это вам, господин.

– Пустоши Рата? – тонкие брови Имио взмывают вверх. – И что мы будем там делать под проливным дождем?

Я пожимаю плечами.

– И кого он собирается звать?

Я протягиваю еще один лист бумаги. Имио внимательно читает.

– Пять сотен человек под дождем посреди поля, – он отбрасывает бумагу, она скользит по столу из отполированного красного дерева. – Праздник пройдет великолепно.

Я молчу. Имио вообще нужно отвечать только, когда он спрашивает.

– А кроме поля там что-нибудь еще будет?

– Похоже, что нет.

Имио откидывается в кресле.

– Скажем так… эксцентрично. Слишком эксцентрично даже для Атиарна. Ты пытался его переубедить?

– К сожалению, это невозможно.

– А что Раах?

– Она всегда и во всем его поддерживает.

– Ну естественно, – фыркает Имио.

У Имио и Раах весьма натянутые отношения.

– Не понимаю я это… – Имио качает головой. – Не могу понять.

Я тоже не понимаю Раах. Старый Бог сказал мне: посмотри на нее поближе, пойми, кто она такая, возможно, ты просто любишь мираж, который сам себе придумал. Я провел много времени рядом с ней. Понимаю ли я ее? Нет. Мы часто разговариваем, но стал ли я ее другом? Нет. Раах кажется мне даже более странной, чем Атиарн. Она невероятно красива, она обаятельна, часто смеется, шутит, как будто бы даже заигрывает, но иногда из-за всего этого появляется совершенно другой человек. Иногда ее лицо меняется, губы сжимаются, взгляд становится жестким и колючим. Она никогда не бывает такой, когда рядом Атиарн. Мне иногда кажется, что существуют две Раах: с Атиарном и без него.

– Ладно, Ваарг, и когда нам полагается получить приглашение на это головокружительное торжество? – вопрос Имио вырывает меня из размышлений.

– Полагаю, что в ближайшие несколько дней, господин.

– М да…

Имио делает усталый жест рукой, разрешая мне идти.

На улице уже темно, сейчас дни короткие, а ночи длинные. Начинается зима, во время которой в этой части Альрата идут ливни. Атиарн неслучайно выбрал именно это время. Для того, чтобы совершить задуманное, ему нужно оказаться в условиях, в которых только он чувствует себя комфортно – в темноте.

В назначенный день посреди пустошей Рата горит яркими огнями взлетно-посадочная полоса, чуть в отдалении расставлены пустые шатры. Прибывающие в недоумении, их встречают слуги из дворца Атиарна. Идет дождь, дует ветер, пытающийся сорвать брезентовые крыши. Пробираясь по грязи и мокрой траве, высший свет Альрата пачкает подолы платьев из дорогих тканей и безнадежно портит дорогую инсонельмскую обувь.

– Безумие какое-то! – восклицает одна из дам.

И она выражает общее мнение. Вообще, слово «безумие» звучит здесь слишком часто. Шепотом, вполголоса, потому что они все равно боятся произносить это громко, все эти люди говорят об очевидном – Слепой Царь окончательно сошел с ума. Видел бы покойный Эун Неарх, кому он оставил свой мир! Впрочем, поговаривают, что Бог Эун прерывает все разговоры, когда ему пытаются жаловаться на Атиарна.

Для каждого гостя четко определен шатер, в который его проводят. Старых чиновников двора Эуна Неарха – в один, жрецов храмов, и, конечно же, храма Аним – во второй. Третий, самый маленький по размеру – только для избранных, в основном тех, кто в последние годы вхож к Атиарну. Именно сюда провожают сначала Имио, а потом прибывших Зию и сестру Царя Арииль. Царевна кривится, Зия же хранит молчание, она уже давно перестала брить голову, но все еще носит траурный белый цвет по ушедшему мужу. Выглядит слишком лицемерно, учитывая, что с некоторых пор она живет в одном дворце с Имио. Я низко кланяюсь каждому из них. Имио кивает мне, Зиа делает вид, что даже не замечает, хотя прекрасно знает, кто я такой, Арииль смотрит на меня с интересом. Мы с ней незнакомы, она почти не поддерживает отношений с Атиарном, и единственный раз, когда я ее видел, был на похоронах Эуна Неарха. Как и в тот раз она кажется мне милой, но… какой-то простоватой, недалекой, неинтересной. Уже после того, как они проходят мимо, она оборачивается и бросает на меня игривый взгляд. Заманчивое приглашение, конечно, но, увы, Царевна, ваш взгляд для меня ничего не значит.