Чтение онлайн

– Вот черт, – произнес Бергер.

– Вот это, – сказала Блум, указывая на верхний кружок, – остров Блидё.

Бергер не мог отвести взгляда от двойной стрелы.

– Черт возьми. Двунаправленная стрелка? Она ведь так называется?

– Стрелка с реальными наконечниками на обоих концах, растянувшаяся по всему Стокгольмскому лену. Этот символ указывает на обратимый процесс или – если выражаться более метафизически – происходящий в двух противоположных направлениях. Все на свете должно уравновешиваться, выравниваться.

– Это… что-то вроде мести?

– Скорее, выравнивание. Возможно, именно стрелка и является для него отправной точкой. Ему необходимо что-то уравновесить.

– Или, – подхватил Бергер. – обратимый процесс. Например, что-то было жидким, а теперь замерзло, и нужно это нечто снова растопить.

Бергер и Блум переглянулись. Они как будто дотронулись сути, словно кожа к коже соприкоснулись с ускользающим убийцей.

– Ты же понимаешь, что нам придется разделиться? – спросил Бергер.

Блум кивнула, положила на место фломастер и вернулась к своему компьютеру. Бергер отложил свой фломастер и пошел за ней. На мониторе Блум тоже красовалась двойная стрелка, только более аккуратно прочерченная с помощью компьютерной программы.

Показав на нее, Блум сказала:

– У меня тут математически точные координаты. Но это не значит, что они верные. Но наш преступник становится все более смелым и дерзким, не забывай об этом. Скоро Мидсоммар, в шхерах уже собирается народ. А ночи становятся все светлее. Если мы мыслим в правильном направлении, мы обязательно услышим лодочный мотор. Даже если начнется дождь.

Бергер почувствовал напряжение во всем теле.

– Этой ночью у нас есть шанс взять его, – сказал он.

Дождь начался, когда Блум обогнала уже третий грузовик на дороге Руслагсвэген. Крупные капли глухо забарабанили по крыше и капоту.

Когда Молли начинала обгон, дождя еще не было, а когда вынырнула с другой стороны трейлера, лило уже в полную силу. Вскоре дождь уже стоял стеной – такую непогоду осторожные водители предпочитают переждать на обочине. До первого парома оставалось полчаса, первого из двух, которые ей подходили, а до переправы, согласно навигатору, ехать еще было тридцать пять минут. При обычных условиях ей не составило бы ни малейшего труда нагнать эти пять минут – но дождь заставил ее сбросить скорость, а если машины перед ней начнут ползти, результат получится плачевный.

Они попадались, еле ползущие автомобили, но пока по одному, и, несмотря на дождь, их легко было обогнать, как в компьютерной игре. Блум проехала Бергсхамру, добралась до съезда на Фурусунд, прибавила скорость и покатила по непростой 278-й, петляющей через мосты по мелким островкам.

Потом движение остановилось. Блум как раз собиралась обогнать очередную машину, когда дорога завернула, и перед взором Молли предстали десятки задних фар, извилистой цепочкой уходящих в бесконечность. Ни малейшего шанса объехать пробку.

Шло время.

Следующие пятнадцать минут стали испытанием на прочность. Дождь еще усилился, машины стояли, не двигаясь. Блум тешила себя надеждой на то, что все эти ночные автомобилисты едут в одно место, спешат на простой автомобильный паром, который без них не отойдет. Но, возможно, это была лишь иллюзия.

Вполне вероятно, что убийце всё сойдет с рук только из-за гнусного ливня и горстки еще более гнусных любителей покататься по ночам.

Было двадцать три пятьдесят восемь, когда вдали показались другие огни, выше и светлее. Он казался загадочным до тех пор, пока красные огоньки не распределились равномерно под большим белым светом, и среди них – Молли.

Паром отчалил.

Блум выдохнула с такой силой, что стекла запотели. Ей не сиделось на месте, и она вышла из машины. Дождь застучал по непокрытой голове. Молли смотрела на черную бурлящую воду. Она как будто попала в палеопротерозой, и сейчас материя только формируется на необычной планете Теллус где-то на просторах Млечного пути.

Прежде чем цифры на дисплее мобильного телефона расплылись от дождя, Молли успела посмотреть время. Ноль-ноль ноль-одна.

Наступило пятое июня.

Сэм Бергер въехал в дождевую пелену, как в стену. Он уже проехал центр Тюресё и теперь двигался вглубь полуострова Бревик. Сильнейший ливень застал врасплох редких полуночных автомобилистов. В целом идиллический пейзаж выглядел совершенно пустым.

С погодой убийце повезло. Если дождь не прекратится, лодочного мотора никто не услышит. Кроме того, люди будут держаться подальше от пляжей, останутся дома, усыпленные дождем, заглушающим прочие звуки.

Бергер пытался составить представление о береговой линии. Это оказалось не просто. Лишь иногда дорога выходила к воде, да и тогда почти ничего было не разглядеть.

Дорога постепенно сужалась. Короткая июньская ночь приближалась к своей самой темной фазе. Дождь монотонно барабанил по крыше машины. Ничего не видно, ничего не слышно. Весь их проект казался все более безнадежным. Вероятность успеха стремилась к нулю.

Бергер доехал до старого пароходного причала. Рядом располагалась парковка, где убийца мог оставить машину. Если Молли дала Сэму верные координаты, то убийца будет действовать отсюда, с материка. Он переправится на резиновой лодке на ближайший остров, Хэрсё, расположенный в паре сотен метров. Там он, скорее всего, и положит труп на песчаном пляже. Бергер не видел даже очертаний острова – дождь стоял плотной пеленой. Зато у него будет два шанса поймать убийцу – когда тот будет перебираться на лодке на остров и по пути обратно.

Стоит ли оставлять машину на парковке? Он что, хочет, чтобы убийца пробил по базе его регистрационный номер и в один клик выяснил личность учредителя АО «Эллинг Секьюрити»? Но разве у него есть выбор? Спрятать машину где-нибудь у лесной дороги, которая уже начала превращаться в зыбучие пески?

Бергер припарковался у бывшего причала. Посидел в машине. Хоть он и натянул на себя одежду потеплее, желания вылезать из автомобиля не было никакого. Если убийца приедет сюда, он наверняка станет держаться подальше от пароходного причала. Постарается не попадаться никому на глаза. Риск выдать себя через служебный автомобиль невелик.