Чтение онлайн

Она снова уселась, размышляя. С каких это пор ненавидящие женщин, брутальные серийные убийцы стрип-тизерок послушно следуют детской считалке?

Она пошла в спальню переодеться, продолжая обдумывать эту странность, и вдруг застыла на пороге. Ее одежда валялась везде — на полу шкафа, возле кровати…

Кто это сделал?

Темпл была так занята убийствами в «Голиафе», что совсем забыла о собственных неприятностях. Возможно, те двое громил пришли сюда и перевернули ее спальню? Ах, почему она не успела выучить несколько приемчиков, которыми можно уложить здорового мужика? Может быть, та парочка не только охотится за Максом, но и имеет отношение к убийствам стриптизерш… А она слишком далеко от входной двери, чтобы успеть убежать от преследователей, которые, возможно, уже крадутся у нее за спиной. А телефон на другом конце комнаты!.. Да, но почему они не напали на нее, когда она звонила в библиотеку, сидя в гостиной? Проявляли уважение к публичным учреждениям?

Смешно.

Одежда… Большинство платьев просто соскользнули с плечиков. Она подошла к шкафу, чтобы выяснить степень разрушений, и подняла красное трикотажное платье. «Молния» была расстегнута. Что за придурочный бандит стал бы аккуратно расстегивать зиппер? Она обвела глазами спальню. О, нет!.. Ее зеленое шелковое платье от Ханае Мори, снова измятое, валялось на полу! Она подхватила его и расправила, невольно залюбовавшись ниспадающими изумрудными складками. «Молния» на нем тоже была расстегнута. Эти парни, что — застежкоманы?..

Что-то выпало из складок платья на пол.

Она взглянула: пуховка для пудры. Пушистая такая, из тех, что обитают на подзеркальниках. Розовая. Фу. Она нагнулась и подняла ее. Белый атласный бант по диагонали с обратной стороны, на нем — название фирмы: «Иветта». Пушистая поверхность поблескивала крохотными частицами сверкающей пудры. Легкий запах «Эмерад» оскорбил обоняние Темпл.

Что ж, теперь она знала, что вдохновило актрису в выборе имени для кошки. Но как пуховка Саванны Эшли попала в «Серкл-ритц»? На крыльях голубка?..

Что вы здесь делаете? — горько осведомилась лейтенант Молина в пятницу утром. — Вроде, никого больше не убили.

Изумительные синие глаза Молины — Темпл могла отдать должное фактам, когда это неоспоримо — были обведены фиолетовыми кругами. Ее волосы совсем лишились блеска, и она бессознательно крутила великоватое ей кольцо на пальце правой руки. В одиннадцать утра обе дамы были уже совершенно вымотаны.

— Не знаю, — сказала Темпл, слыша такую же горечь в собственном голосе. — ПОПС совершенно точно не нуждается в дополнительном пиаре, поскольку все эти убийства и так прославили их на весь мир. Подозреваю, что я тут такой же эффективный менеджер, как вы, лейтенант.

— Пиар — это обустройство красивенькой витрины. Расследование убийств — это жизнь.

— Я знаю. И я по-прежнему думаю…

— Мне плевать, что вы думаете.

— Я знаю. Но вам не плевать на то, что мне известно.

— Что вам известно?

Зал для приемов бурлил, поглощенный приготовлениями к вечернему отборочному конкурсу. Полуголые парни и девушки суетились с костюмами, светом, антуражем и музыкальными записями. Команда техников вносила свою лепту в этот процесс. Журналисты сновали вокруг, явно возбужденные животной энергетикой толпы, вульгарным блеском и захватывающей атмосферой секса и смерти.

Никакому полицейскому лейтенанту и никакой пиар-щице не под силу было справиться с этой чертовой мельницей.

— Мне известно, — сказала Темпл, — что Китти Кардозо жила с мужчиной, который ее избивал, но пыталась бороться Я подозреваю, что она регулярно звонила в местную службу поддержки и говорила то же, что сказала мне: она намерена освободиться и жить своей собственной жизнью.

— Мэтт Девайн? — отрывисто спросила Молина. — Она звонила ему?

— Каждый вечер, как часы. До вторника.

— Что случилось во вторник?

— На меня напали. Мэтт отпросился с работы, чтобы остаться со мной в «Серкл-ритц». Китти была убита.

— Девайн оставался с вами все время?

— Да. Полное алиби, лейтенант.

Нервные пальцы Молины оставили в покое кольцо и метнулись ко лбу, отбросив прядь густых волос.

— Я его проверяла.

— Мэтта?

— Никаких сведений об окончании колледжа — его нет ни в одних списках. Водительские права штата отсутствуют. Директор «горячей линии» ничего не смог сообщить о его прошлом. Похоже, вы нарвались на очередного крайне загадочного мужчину.

— Во всем этом кошмаре вы нашли время, чтобы покопаться в жизни Мэтта? В моей жизни? Опять?

— Возможно, у вас жизненная схема такая: сначала загадочный мужчина, потом убийство. Кстати, мы ничего не нашли на ваших бандитов.

— Бандитов-шмандитов! И что? Вы, наверное, думаете, что они мне тоже привиделись? Слушайте. Вам не понравилась моя теория со считалкой. А она работает! Я тоже провела проверку — в библиотеке. Обе первые жертвы родились в правильные дни.

— А убиты в неправильные? Бывают правильные дни для этого, Барр?

— Например, сегодня.

Молина явно напряглась. Темпл была довольно собой. Рост или служебное положение тут ничего не значат, вот! Важен только результат.

Кажется, она начала рассуждать, как упертый лейтенант полиции.

— Итак? — Голос Молины сделался шелковым. — Расскажите мне, что вам удалось выяснить в библиотеке.

Темпл рассказала.

Молина кивнула.

— Совпадает. Причем, идеально. Вы понимаете, что за… извращенный ум нужно иметь, чтобы следовать подобному плану?

— Не более извращенный, чем у любого случайного убийцы, действующего без всякого плана.

— Это не показатель. Тот, кто их убивает, подвергает себя огромному риску. В основном, у серийников невероятно раздутое эго. Они любят играть в игры с полицией. Наш убийца должен быть человеком достаточно близким к конкурсу. Из того, что вы узнали, следует, вдобавок, что он должен иметь доступ к датам рождения конкурсанток.