Чтение онлайн

— Хорошо, это справедливо, — ответила Эди, возвращая улыбку.

Не желая полностью раскрывать сэру Кеннету причину своего интереса к Галену Годмерсхэмскому, Кэдмон собрался вмешаться, когда придет время возвращать долг. Подобные знания, если обращаться с ними неправильно, могут стоить жизни.

— Не знаю, поведал ли вам ваш достойный кавалер, но в Средние века вся Святая земля, или Ближний Восток, как мы его сейчас называем, находилась под властью мусульман. Поскольку это была земля библейских патриархов, родина Пророка, европейцы были решительно настроены сделать Святую землю христианской вотчиной. Последовали столетия кровопролития, известные как Крестовые походы. Как только рыцари-крестоносцы захватили Иерусалим, туда пришла церковь, организовав воинственные религиозные ордены для присмотра за своими новыми владениями.

— Самыми известными рыцарскими орденами были Орден тамплиеров и Орден госпитальеров, или иоаннитов, соперничество между ними было просто легендарным, — добавил Кэдмон, сохраняя свой голос нейтральным. В свое время рыцари-тамплиеры стали яблоком раздора между ним и его наставником.

— Следует также отметить, что те, кто становился в ряды тамплиеров и госпитальеров, были далеко не святыми монахами, — тотчас же подхватил сэр Кеннет. — Это были обученные воины, сражавшиеся, и беспощадно, во имя своего Господа. Можно даже пойти дальше и сравнить эти два рыцарских ордена с наемными войсками быстрого реагирования.

В этом вопросе мнения Кэдмона и сэра Кеннета расходились. Но Кэдмон не собирался отстаивать свою точку зрения. Он был здесь для того, чтобы разузнать про Галена Годмерсхэмского, а не разжигать давнишний спор.

— Как вскоре выяснили крестоносцы, Святая земля была богата сокровищами, и религиозные артефакты стали вывозиться в Европу целыми кораблями, — продолжал сэр Кеннет, скрещивая руки на груди, — оксфордский профессор в своей стихии.

— В Средние века святые реликвии были в большой моде, не так ли?

— Скорее они были одержимой страстью, паломники текли рекой, чтобы взглянуть на кости или истлевшие вещи святых. Сморщенные яйца Святого Василия. Тазовая кость Святого Криспина. И подобных странностей было великое множество.

Кэдмон почувствовал, как плечи сидящей рядом Эди затряслись в беззвучном смехе. Похоже, ее забавлял грубый юмор сэра Кеннета.

— В Средние века христиане были убеждены в том, что святые реликвии обладают божественной силой, способной исцелять больных и умирающих, и в то же время оберегать живых от злобных козней мира демонов.

— Очень похоже на сверхъестественную чепуху. — Высказав свое суждение, Эди сунула в рот крекер.

Прилежно проследив за путем крекера, сэр Кеннет продолжал:

— Хотя без предрассудков не обошлось, средневековое увлечение святыми реликвиями было не просто бездумным поклонением. Поскольку мы с вами живем сейчас в обществе, которое совершенно не думает о прошлом и почти не думает о будущем, нам трудно понять умонастроения средневекового человека.

— Полагаю, нас можно назвать поколением «здесь и сейчас», — заметила Эди, словно не замечая, какое действие производит на оксфордского профессора.

— Совершенно верно. Но поколение, которое отправилось в Святую землю, в кольчуге и с мечом в руке, искренне верило в то, что страна библейских предков принадлежит им по праву. Для этих недалеких рыцарей библейские реликвии были осязаемой связью прошлого, настоящего и непредсказуемого будущего. Отсюда одержимое стремление искать библейские сокровища.

— Самой желанной наградой среди которых был Ковчег Завета, — указал Кэдмон, решив подойти к цели кружным путем. — Великий мыслитель Фома Аквинский провозгласил, что «Ковчег символизирует самого Бога». Другие отцы церкви связывали Ковчег Завета с Богородицей, матерью Христа.

— Ах, да… Faederis Arca.

— Переведи, пожалуйста, — дернула Кэдмона за рукав Эди.

Втайне обрадованный тем, что она обратилась к нему, Кэдмон ответил:

— Это женская форма Ковчега Завета. Понятие «Faederis Arca» использовалось для выражения религиозного представления о том, что в точности так же, как в Ковчеге хранились Десять заповедей, Дева Мария хранила в своем чреве Спасителя человечества.

— Так каким же боком сюда попал Гален Годмерсхэмский? — спросила Эди, показывая себя вдумчивой ученицей.

— Подобно многим младшим сыновьям в своих семьях, не смеющим даже мечтать о наследстве, Гален Годмерсхэмский решил заработать состояние старым способом. А именно, грабя неверных в далекой Святой земле.

— Кровь и насилие… неотъемлемая составляющая английской истории, — угрюмо заметил Кэдмон.

Усмехнувшись, сэр Кеннет хлопнул ладонью по столу, вызвав позвякивание полупустых стаканов.

— Ха, это были те еще деньки, не так ли? И тамплиеры, и госпитальеры активно искали Ковчег Завета. Как рыцарь Ордена госпитальеров, Гален Годмерсхэмский должен был участвовать в охоте. В конечном счете, эти поиски оказались самым бесцельным занятием в истории человечества. Но именно здесь наш рассказ приобретает неожиданный оборот. — Подавшись вперед, словно мужчина, доверительно разговаривающий с женщиной, сэр Кеннет тихо промолвил: — Хотя Гален Годмерсхэмский и не нашел самого гуся, парню посчастливилось наткнуться на большое позолоченное яйцо.

Подражая ему, Эди также подалась вперед.

— Вы имеете в виду золотой сундук, ведь так?

— В 1286 году, — кивнул сэр Кеннет, — патрулируя во главе небольшого отряда рыцарей-госпитальеров местность между Палестиной и Египтом, Гален Годмерсхэмский свернул в Ездрилонскую равнину. И там, в деревушке под названием Мегиддо, он…

— Обнаружил золотой сундук, — вмешалась Эди. — Но я вот что не понимаю. Поскольку никто не видел этот золотой сундук почти семьсот лет, почему вы так уверены, что он вообще существовал?

— Дорогая моя, острота вашего ума сравнима с вашей красотой. Я знаю это, потому что так говорят архивы Кента в период с 1292 по 1344 год.

— Ну, конечно… «Реестр податей», — пробормотал Кэдмон. Увидев, что Эди вопросительно повернулась к нему, он пояснил: — Это средневековый перечень всех земель и владений в Англии.

— И в «Реестре податей» ясно указано, что у Галена Годмерсхэмского имелся в собственности золотой сундук размером полтора на два локтя. Там также указано, что он хранился в личной часовне Галена на территории его поместья. Помимо золотого сундука, Галену принадлежало также великое множество других золотых предметов. «Objets sacre» [29] как они обозначены в официальных документах.