Чтение онлайн

– Храни нас господь от дьявольских козней…

– Н-да… – сказал Самуэль, посмотрев на непроницаемые лица пурпурных стражников и на старшину, ожидавшего подачу трапа, нетерпеливо постукивая пальцами по клинку богато изукрашенного меча, подвешенного у пояса. – Что-то будет, хозяин… Хозяин?

Но Берт молчал, рассеянно глядя на мутные волны, лениво толкающие судно жирными боками. «Пусть небо опрокинется на землю и твердь, развернувшись, поглотит красное солнце – мне все равно», – казалось, говорил его обращенный внутрь взгляд.

Спустили трап, и старшина стражи в сопровождении двух воинов взбежал на палубу. Рабы и охранники расступились, моряки, рассевшиеся по снастям, будто птицы, приготовились слушать.

– Руим приветствует своих гостей! – торжественно начал старшина, и купец, стоящий напротив него, вздохнул с облегчением.

– Гость нашего города – наш друг, – продолжил старшина и поглядел сначала на купца, потом на капитана: – Так ведь?

– Истинно так, – ответил капитан, а Ушаам даже поклонился:

– Так, так…

– Многие годы славный герцог, а потом и дочь его, принявшая в свои руки власть, дарили вас, торговый люд, добрым отношением. Руим позволял вам вести дела так, что прибыль неизменно текла в ваши кошельки… – старшина говорил быстро. Видимо, подобные речи он держал уже много раз, и все основные выражения давно успел выучить наизусть. Берт, поначалу вслушиваясь в слова стражника, очень скоро потерял нить повествования.

Очнулся он оттого, что Самуэль дергал его за рукав.

– Война! – шептал Самуэль, – война, хозяин, и впрямь война!..

– Теперь мы переживаем скверные времена! – заученно трубно гремел старшина. – И долг всякого друга нашего города: помочь! Помочь нам сокрушить врага и вновь обрести прежние спокойные времена! Каждый, кто может носить оружие, пусть вступает в ополчение Руима!

– Это приказ Императора? – дрожащим голосом осведомился Ушаам.

– Это приказ герцогини, – отчеканил стражник.

– Простите, господин, – залепетал купец. – Но у меня… торговые дела… И потом, я не воин, я коммерсант. У меня семья… И…

– Все вы свободные люди, – широко развел руками старшина. – Герцогиня уважает право свободных людей. Руим не собирается требовать, чтобы вы встали под его знамена, угрожая оружием! Герцогиня лишь напоминает о долге друга перед другом, попавшим в беду. Герцогиня просит своих друзей о защите!

Никакой просительной интонации в голосе стражника не было и в помине. Договорив, он заложил руки за спину и отступил на шаг в сторону. Может быть, чтобы не мешать слушателям полнее осмыслить сказанное им, а может быть, чтобы открыть панораму выстроенных в порту колонн.

На краснобородого Ушаама жалко было смотреть. Взгляд купца блуждал по лицам моряков – те отворачивались, сжимаясь в кольцо вокруг своего капитана, тоже растерянного и побледневшего. Рабы теснились к трюму. Воины-охранники как бы невзначай отступали подальше к бортам, перешептываясь между собой.

Берт покрутил головой. Колонны стражников стояли не двигаясь. Чуть поодаль, на невысоких стенах припортового форта, торчали освещенные светом костров огненные катапульты.

– А там… – проследив за его взглядом, пискнул Самуэль, – вон, там, через два корабля… на воде черное пятно и головешки плавают… И гарью тянет. Гарь я всегда почувствую…

Берт минуту помедлил, осознавая действительность.

– Понятно, – сказал он. – Тот, кто не друг Руиму, становится его врагом. А врагов жалеть не принято…

– Я, господин… – облизнув пересохшие губы, проговорил, наконец, Ушаам. – Я хотел бы, господин, поговорить с вами один на один. Один на один… хотел бы с вами поговорить…

Старшина с готовностью кивнул и первым сбежал по трапу вниз. Ушаам, дергая себя за бороду, переваливаясь с ноги на ногу, последовал за ним.

– Выкрутится, жирная скотина, – довольно громко проговорил капитан. – Откупится.

Он махнул своим матросам:

– Эй! Ну-ка сюда идите, ко мне… Выворачивайте кошельки, скинемся, что у кого есть… Что же это такое с герцогиней случилось? Война… С кем воевать? Что она, с ума, что ли, сошла?..

Обратно Ушаам взбежал по трапу запыхавшийся, но вполне счастливый. По лицу его струился пот, с крашеной бороды падали крупные красные капли.

– А ну поворачивайся! – заорал он на рабов. – Тюки в порт! Господин старшина городской стражи милостиво разрешил нам переночевать в трюме, а наутро отправиться восвояси… Уважаемый! – кинулся он к подошедшему капитану. – На пару слов, уважаемый!

Капитан согласно качнул седой шевелюрой и без лишних слов вытащил из-за пояса увесистый кошель…

Прошло два часа. Тьма повисла над непроницаемо-безмолвным Руимом. Потрескивали багровыми искрами затухающие костры. Свалив последний тюк в кучу, Берт обессиленно присел рядом. Тут же ему в бок ткнулся совершенно вымотанный Самуэль. На судне Ушаама было тихо. Моряки и охранники спрятались в трюмы, очевидно, боясь лишний раз попадаться на глаза руимской страже. И самого Ушаама видно не было. Старшина городской стражи, покачивая пышным султаном, деловито и привычно ощупывал угрюмо-настороженных рабов. Наиболее на вид сильных и здоровых направлял направо – под охрану, состоящую из пятерых стражников, для пущей убедительности обнаживших мечи. Прочих пинками откидывал налево, где стражников было всего трое.

«И рабы пошли в счет выкупа», – невнимательно подумал Берт.

– Хозяин! – тонко позвал Самуэль. – Пойдемте быстрее на корабль, хозяин! А то трап поднимают. Как бы без нас не уплыли.

Берт встал. Трап действительно поднимали.

– Погодите! – крикнул он, пытаясь ухватиться за нижний край сбитых вместе досок.

Над бортом внезапно появилась красная борода Ушаама.

– Куда собрались?! – захохотал он. – Мы как договаривались? Только пристанем к Руиму, вы поступаете в полное мое распоряжение! Так или не так? Слушай первый и единственный мой приказ: не рыпаться!