Чтение онлайн

Ну, впрочем, дальше. Наливай!

За часом час погоня длилась,

Безбрежной степью пыль клубилась,

Повсюду стрелы на скаку

Пускали в спину дураку,

Но наш дурак был сам не промах,

Он в город мчался, во хоромах

Его млада ждала княжна

Младенцем отяжелена,

Но видит Вышний – всё напрасно

И три стрелы – снаряд фугасный

На части сердце разнесли,

И пал с коня отец ребёнка,

Копыта лошади печёнку

Галопом носят по степи

Тут и хирургам не спасти.

Его спокойно схоронили

И хладный труп его зарыли

В тени могучего ствола,

И лишь медведи коалА

Листву у дерева поели,

И время отжив, поседели

Попадав наземь по зиме

К моим ногам, и стало мне

В душе не смутно, не жестоко,

А словно странная морока

Меня вскружила в тот же миг,

Я в воду глянул, и старик

Оттуда на меня воззрился,

Я на колени опустился

И испустил отчайнья крик.

Вот правда старой этой были Её аулами ещё – передают,

Но уж забыли

Народы севера её.

– Ну как? – гордо спросила кошка.

– Я вообще-то не спец в ямбах и хореях… – начал я заводить рака за камень.

 – Ну это мне можешь не рассказывать. Ты по существу говори.

 – А что по существу?

 – Нравится, не нравится.

 – Нравится… Только евреев-то зачем всунула?

 – А какая же русская классика без еврейского вопроса?

– Всё, что делается вокруг нас – нереально.

Собака оторвалась от монитора и обратилась в пространство.

– «Ложки не существует»? – уточнил я.

– Не, не в этом смысле. Реальность, как таковая, безусловно есть. Но наполнение этой реальности, причём, не физическое, а именно взаимодействия объектов внутри реальности – нереальны.

– Ничего не понял, – я замотал головой и, ища поддержку, посмотрел на кошку.

Та среагировала мгновенно:

– Меня не впутывайте в это. Сегодня футбол. Он – реален.

– Поясню, – сжалилась собака. – Всё, что мы делаем – бесполезно и никому не надо.

– Как-то слишком просто и потому примитивно.

– Всё подчиняется закону сохранения энергии, отсюда и простота.

– Ну и как к этому относятся человеческие реакции? Они же выше и сложнее обычных физических законов…

– Ерунду сказал.

– Я психологию имел в виду… – нашёлся я.

– Опять глупости несёшь… Данная область вообще не изучена, а все попытки это сделать заканчиваются тем, что ученые объясняют свои личные комплексы придуманными теориями, подгоняя факты под конкретную биологическую модель – эго.

– Интересная точка зрения…

– Ничего интересного! Обычное наблюдение. Вся беда в том, что теорию эволюции постоянно смешивают с моралью, совестью и прочими дополнительными дивайсами нервной системы примата.

– Жрать не дам, – на всякий случай припугнул я.

– Примат – это не оскорбление. Так же как и упоминание о национальной или расовой принадлежности.

– Ага, поди объясни это негру в Гарлеме.

– А я туда и не поеду. К тому же их такими болезненно-ограниченными делает их же собственная государственная машина. Быдлом удобнее управлять. Но тот, кто управляет…

Я перебил:

– Кто ими управляет? У них там сплошные уличные банды!

– Ну и что? Главари управляют гопниками, а сами сотрудничают с полицией и так далее до самого верха. Всё очень грамотно. Ты просто недослушал, важно – кто ими управляет!

– Но ведь, говорят, что они там тупые все!

– Ты больше слушай, что говорят… Америка правит миром, так кто же после этого тупой? Как у них говорят: «Если ты такой умный, то где твоя большая машина?». Пойми, ты, наконец, что управлять можно не только порядком, но и хаосом. И он, в свою очередь, таковым является только с определенной точки зрения. Какая-нибудь гипотетическая амеба, лишенная морали, наоборот, увидела бы в подобной системе абсолютное иерархическое совершенство. А если учесть, что западное общество выходит корнями из римской империи, то и методы, с помощью которых они будут добиваться доминирования, уже давно известны.

– А я думал, что порядок – это самое главное. Как у муравьев.

– Как у муравьев тоже неплохо.

– В президенты тебя надо.

– Не, не смогу.

– Почему?

– Либеральная общественность будет против. А я страсть как боюсь травли в демократической прессе.

– С чего бы это?

– А я не такая, как они. Я – за власть народа, а либеральная общественность – первый враг демократии. Сразу уточню – имеется в виду демократия в том значении, в котором она была когда-то придумана в Афинах. То есть средство, с помощью которого… а не цель, ради которой… Улавливаешь разницу? Люди очень часто грешат множественным толкованием одних и тех же слов. От этого и проблемы. Но вернёмся к частностям – все либералы считают, что их мнение, и это мнение меньшинства, прошу заметить, имеет больший вес, чем мнение народа, который почему-то и к явному неудовольствию либеральной общественности всегда является мнением большинства.

– Ну и в чем же тогда дело? Раз их всё равно меньшинство? Народ, уверен, будет за тебя!

– Программы у меня нет, тезисов апрельских. Да и опыта публичных выступлений тоже. Так что не искушай. Прошу, как человек человека. Тут уже кошка не выдержала:

– Вы сейчас договоритесь до зияющих высот. Давайте, лучше на более реальные темы – например, про скорейший ужин.

– А что у нас на ужин? – сразу же переключился я.

– У «нас»? – с издёвкой переспросили сразу обе.

– Да, у нас!

– Сосиски.

Тут раздался спасительный звонок в дверь.

Открываю. Стоит сосед – судя по выражению лица, размышляющий с чего бы начать беседу.

Вежливо здороваюсь и не менее вежливо жду начала диалога.

– Соль кончилась.

Я аж вздрогнул. Но спортсмен этого не заметил, так как внимательно разглядывал свои ботинки.

– У меня имеется запас. С некоторых пор.

– Такая ситуация – мясо почти готово, а тут вдруг соль. Я не могу без соли есть. Говорят, вроде, от стероидов тупится вкус. Хотя ничего подобного, сейчас химия чудеса делает. Вот из вас, – он критично окинул взглядом мою фигуру, – за год можно разрядника сделать.