Чтение онлайн

Зоя Петровна вообще никогда не заботилась о ближних.

И сейчас, катя перед собой «ароматную» тележку, целиком забитую «деликатесами» из соседнего мусорного бака, она по дороге что-то прихлебывала из пивной банки.

Старушки во дворе рассказывали, что раньше, лет пять-семь назад, была у Зои Петровны и работа, и даже какой-никакой, но муж, и своя квартира, где-то здесь поблизости в нашем районе. Но в одночасье, подписав злополучный договор с черными риелторами, это потом выяснилось, что они черные, Зоя оказалась на улице. Горько запила, муж исчез в неизвестном направлении с оставшимися от продажи хоть какими-то, но деньгами. А Зоя продолжала пить… И радоваться простым мелочам, таким как полный мусорный бак или сердобольные соседи, иногда подкармливающие ее…

Сейчас Зоя Петровна радовалась не только полной тележке и банке пива, которую кто-то недопил и оставил на скамейке, но еще чему-то приятному и веселому.

Я мельком взглянула на бомжиху, и чуть ли с размаху не свалилась с тротуара.

В мусорной тележке, кроме пакетов известного супермаркета «Восьмерочка», практически на самом дне виднелась яркая и эксклюзивная сумочка от «Дольче и Габбана», та самая серая с золотыми полосками, с которой, скорее всего, видел Дятлову таксист Ашот.

Ошибиться было трудно. Хоть сумка и была грязная и помятая, но хорошая фирменная вещь потому и фирменная, что даже в таких условиях разительно отличается от дешевки. Видя такой диссонанс: вонючая бомжиха и дорогая фирменная «габана», я не смогла сдержать стона изумления.

Зоя Петровна сразу же увидела мой взгляд, нацеленный на сумочку.

– Моя!! Она моя!! Не отдам!!! – заверещала Зоя на всю улицу.

Эх, женщин не исправить. Даже бомжиха не может расстаться с красивым модным аксессуаром.

– Зоя, привет. Как дела? Откуда у тебя эта сумочка?

– Сумочка моя! Только моя! Никому не отдам, – как заведенная повторяла дама без определенного места жительства.

– Твоя, хорошо, твоя. А откуда она у тебя? Я тоже такую хочу, – попыталась достучаться до ее спившегося разума я.

– Где взяла, там уже нет, – ухмыльнулась она. – Если такую же хочешь – купи.

– Хорошо, я куплю. Сколько за нее хочешь? – спросила я.

– Мммм… – Зоя принялась раздумывать. Было даже слышно, как в ее голове крутятся заржавевшие от долгого неиспользования шестеренки. – Она стоит пятьсот рублей. Вот, и ни копейки меньше.

Наверное, для Зои пятьсот рублей – это запредельная сумма. Знала бы она, сколько на самом деле стоит это изделие итальянских дизайнеров.

– Хорошо, – я, не торгуясь, достала из кошелька купюру в пятьсот рублей и протянула изумленной бомжихе.

Она пожевала губами. Наверное, поняла, что продешевила. С меня можно было слупить и побольше.

– Я дам тебе еще полтинник, если расскажешь, где сумку нашла.

Глаза у нее вспыхнули, но она без особого желания достала из тележки сумку.

– Где, как где? Вчера вечером вон в баке, когда еще эти, как их там, с телевидения приезжали, я в баке ее… ну, это самое… Она там лежала… Сложенная, скомканная, в пакете обычном из магазина лежала… Я не воровала, ей-богу, вот там в баке лежала…

– Что-нибудь еще там было, кроме сумки? – спросила я.

– Было, конечно, было. Там в этом баке всегда много чего бывает. Вот коробка шпротов, почти полная, хлеб полбуханки кто-то выкинул – богачи какие, – принялась перечислять свои находки Зоя Петровна. – Много чего. Еще там ботинки были, но тебе не отдам – самой нужны.

Она показала на ноги, на которых красовались мужские ботинки – а-ля «скороход-землепроход», причем размера этак сорок пятого, было видно, что они явно просят каши.

– Нет, спасибо. Такого добра не надо. Сумки достаточно, – с улыбкой ответила я.

Схватив мой полтинник, оглядываясь по сторонам, Зоя поспешила своей дорогой. Видно, боялась, что я передумаю и заберу свои деньги.

Потом, воровато оглядывая, она обернулась ко мне и сказала:

– Ты, я вижу, баба хорошая. Будь осторожна в нашем дворе – у нас тут черт самый настоящий завелся! – проникновенным шепотом сообщила мне Зоя Петровна.

Признаюсь, от такой информация я сперва даже опешила.

– Черт? Какой черт? – мне показалось, что я ослышалась.

– Обычный такой черт! С рогами и копытами! Я его сама вчера вечером у пятого подъезда видела. А потом он юрк в ихний подвал и сидит там, глаза красные светятся!!

Я ухмыльнулась. После бутылки беленькой, или даже, может быть, лосьонов для протирки труб, или что она там употребляет, и не то еще привидится.

Зоя Петровна поджала губы, видимо, обидевшись.

– Да трезвая я вчера была. Вот те крест, трезвая. Как тебя сейчас, видела, вот этими самыми глазами. Глаза – во, зубы – во, страшный, черт настоящий!! Эх, не верите вы мне никто, а скоро всем конец света наступит, вспомните вы тогда меня. Поздно будет! – принялась пророчить Зоя.

Она побрела дальше, бормоча себе под нос какие-то проклятия.

А я осталась и принялась рассматривать приобретенную покупку. Так, что мы имеем в итоге…

Сумка дорожная итальянская производства фирмы «Дольче и Габбана» – 1 штука. Очень грязная, что неудивительно, очень мятая, что вполне объяснимо, и очень пустая, точнее, абсолютно пустая.

Эх, не успела у Зои уточнить, было ли внутри что-либо. Хотя, если бы в ней что-то было, она мне сообщила бы. Значит, примем как факт, что сумка эта принадлежала Таисии, таксист обратил внимание, что она была легкая. Значит, было в ней мало вещей. Один-два комплекта одежды плюс еще что-то.

Кто и когда выкинул сумку в мусорный бак?

Убийца? Парень в белых кроссовках?

Но, когда он выбегал из подъезда, у него в руках ничего не было. По крайней мере, так сообщила свидетельница-пенсионерка. Хотя она ничего такого не сказала.

Мятая, скомканная сумка могла и под мышкой вполне поместиться.

Но все равно это хорошая улика.

Я с предосторожностями опустила сумку в белый пластиковый пакет, который постоянно ношу с собой. Кстати, Зоя тоже нашла эту сумку в пакете. Странно, почему ее в пакет завернули?