Чтение онлайн

Что можно было сказать о самой Дарье Михайловне?

Она определённо была очень красивой девушкой, но с годами её красоте ещё только предстоит расцвести. Её супруг, кто бы он ни был, получит прекрасную жену, которой можно гордиться уже самой по себе, даже не вспоминая о титуле.

Обо всём остальном придётся судить уже после более тесного знакомства.

Отступив от меня, наследница престола тут же перевела взгляд на зал, и я повернулся к императрице.

— Служу Отечеству, ваше императорское величество, — поклонился я.

Екатерина Юрьевна благосклонно кивнула. И так как я использовал официальную форму обращения, разводить тёплые разговоры, как с Калашниковым, она не стала.

— Скажи мне, чего ты желаешь, Иван Владимирович?

— Я целитель из рода целителей, ваше императорское величество, — спокойно произнёс я, не сводя взгляда с лица правительницы. — И я хочу стать лучше, чтобы суметь помочь большему числу людей. Прошу вас посодействовать моему поступлению на службу в корпус целителей при вашем императорском величестве.

— Государыня! — недовольным тоном выкрикнул Ларионов из толпы придворных. — Это никуда не годится! Зачем нам такой молодой мальчишка? Анастасия Александровна, безусловно, старший врач и достойна своего звания настоящего целителя, но корпус не место для тех, кто только встал на этот путь.

Екатерина Юрьевна вскинула брови и, подперев подбородок кулаком, посмотрела в сторону главного целителя страны с улыбкой.

— Правда? — с неприкрытой издёвкой уточнила она. — А мне вот доложили, что сегодня утром этот молодой человек исцелил самого себя, восстановившись после выстрела из снайперской винтовки.

Илья Григорьевич хмыкнул.

— Это ещё нужно проверить, сам он это сделал, или ему помогли.

— Вот и проверишь, — ответила государыня таким тоном, чтобы возражать у Ларионова желания не возникло. — С понедельника в твой корпус заступает твой новый личный ученик, Корсаков Иван Владимирович. И я проверю, как у этого дарования идёт обучение. Не вздумай, как других, скинуть на своих подчинённых, Илюшенька.

Целитель скрипнул зубами — отчётливо и громко. Это слышали, пожалуй, все. Однако с моего места было не видно, как присутствующие к этому относятся. Я же оставался совершенно спокоен и ничуть не расстроился бы, даже если бы мне отказали.

О том, что Ларионов — светило целительства, знали все. И что привилегий в связи с этим статусом у него побольше, чем у иных Долгоруковых, тоже. Так что сейчас, почуяв, что Илья Григорьевич может нарваться на укорот, у многих наверняка руки зачешутся на ситуации нажиться.

— Благодарю, ваше императорское величество, — поклонился я и отшагнул назад.

Вместе с так и промолчавшей всё время матушкой мы отошли на своё место. Катя тут же схватила меня за руку, но говорить ничего не стала, лишь стрельнула глазами в сторону Ларионова. Мой будущий наставник ей, очевидно, не понравился.

Дальше большой приём продолжался. Государыня вызывала по одному отличившихся, раздавая награды и поощрения. Затем настала череда просьб и жалоб, которые либо решались на месте, либо кому-то из придворных поручали разобраться и доложить. К моменту, когда дошло до наказаний, прошло уже порядка двух часов. Что только не обсудили — и экономику, и снабжение армии, и открытие нового научного института. Я всё слушал краем уха — меня оно не касалось, и разбираться в этом не тянуло.

Хватило прошлой жизни, чтобы бороться с бумажками, так что кресла в высоких кабинетах меня не манили. Слава целителя как-то прельщала меня гораздо больше, чем возможность на интригах притулить свой зад повыше.

Сестра совсем извелась от ожидания, хотя и старалась держать себя в руках. Матушка окончательно успокоилась и выбросила из головы приватный разговор с императрицей. Теперь Корсакова старшая посматривала на окружающих, дожидаясь конца мероприятия.

Но как бы там ни было, добрались и до последней фазы большого приёма.

— Итак, вернёмся к вопросу о теракте, — объявила её императорское величество и указала рукой на куратора жандармерии. — Виктор Павлович, что удалось выяснить?

Великий князь кивнул и, вновь вооружившись планшетом, на этот раз другим, заговорил:

— В числе нападавших опознали человека Шепелева, — объявил он. — Однако следствие установило, что приказа он не отдавал.

— Погоди-ка, — велела государыня. — Что за человек?

— Как выяснилось, глава рода Шепелевых держал у себя на жалованье головореза, ваше императорское величество. Этот исполнитель неоднократно совершал преступления к выгоде своего господина. По многим зависшим у жандармерии и полиции делам показания террориста пролили свет. Собственно, именно в силу старых приказов исполнитель и не усомнился в том, что и это дело ему поручил глава рода.

По толпе присутствующих прошелестел короткий шёпот.

Конечно, никто не святой, и я уверен, как минимум у половины имеются такие прикормленные исполнители щекотливых делишек. Однако одно дело — когда все об этом знают, но не попадаются. И совсем другое, когда он попался.

Тут уже не так важно, заказывал ли Шепелев атаку на гимназистов. Сейчас, как и предсказывал Андрей Васильевич, с главы рода спросят по полной программе. Возможно, что и до казни дело дойдёт. В любом случае нейросеть теперь вряд ли выйдет в конце года.

— Я так понимаю, речь о наёмном убийце? — уточнила Екатерина Юрьевна.

— Да, государыня.

— Вот, значит, как свои дела ведут Шепелевы? Что ж, исполнителя выжать до донышка и казнить по совокупности преступлений. Шепелева — допросить по всем делам, — начала отдавать распоряжения императрица, после чего махнула рукой в сторону группы придворных. — Казначейству провести полный аудит всех активов рода. Все выявленные нестыковки и нарушения — ко мне на стол. Срок на исполнение — три дня. Кажется, люди забыли, чья здесь власть? Так я напомню.