Чтение онлайн

Перечитав написанное, он удовлетворённо кивнул.

Выглядит так, будто автор текста, несмотря на любовь к сенсациям, помнит о ляпе, допущенном в прошлом номере, и дует теперь на воду, сдерживает себя на каждом шагу, чтобы опять не попасть впросак.

Отчасти это верно, чего уж там.

Но главное всё же — задурить оппонентам голову. Пусть они думают, что он — как тот пёс, который тявкает громко, а укусить не может.

Пока что — так, а дальше посмотрим.

Он дописывал последний абзац, когда с причала вернулась Катя.

— Бесполезно, шеф, — сказала она, разведя руками. — Нет, репортаж-то будет — с техниками я поговорила, с носильщиками, даже с одним пилотом. Но по нашему делу — полный голяк, как вы выражаетесь. Никакие странные личности в последнее время не прибывали. Ну или не запомнились просто. Обидно, честное слово…

— Да, — согласился он. — Хотя я губу особо и не раскатывал. Скорее уж удивился бы, если бы вам там сразу признались — ага, прилетал тут намедни крендель в тёмных очках, привёз чемодан с наличкой и лазерную двустволку…

— Ну и зачем вы тогда меня посылали?

— На всякий случай. Поймите, Катя, я сам толком не представляю, что нам надо искать и где, поэтому действую почти наугад. Да ещё и пытаюсь эти поиски совместить с рутинной журналистской работой, за которую нам платят зарплату. У вас есть идеи лучше? Давайте, предлагайте, я выслушаю.

— Ладно, ладно, я поняла. Просто иногда чувство, что вы меня тут воспринимаете, как какую-то стажёрку сопливую…

— Вы мне лучше вот что скажите — с руководством порта договорились, чтобы я мог взять интервью?

— Да, ждут вас завтра, к половине десятого.

— Спасибо. На сегодня заканчиваем.

Ночью дождь наконец иссяк, а утром вернулось солнце. Иван заказал такси и без приключений добрался на воздушный вокзал. Тамошний начальник — сравнительно молодой, в щегольском костюме — принял его в своём кабинете, из окон которого была видна причальная мачта:

— Польщён таким вниманием прессы. «Вестник» о нас и раньше писал, но вы, насколько я понял, решили подойти более основательно?

— Да, планирую несколько репортажей подряд. Для меня это — сплошная экзотика. В моём мире дирижабли давно уже не летают — пассажирские, я имею в виду. Только технические есть кое-где.

— У ваших самолётов серьёзное преимущество — скорость.

— Это само собой. Зато у дирижаблей — такая, знаете, солидность и основательность. Смотришь на них — и нет ощущения, что жизнь от тебя уносится. То есть прогресс присутствует, но не размазывает тебя по асфальту, как муравья.

— Любопытно. Это общепринятая точка зрения в вашем мире?

— Нет, скорее уж исключение. Большинство там привыкло к высокому темпу жизни, особенно молодёжь, но есть и зануды вроде меня.

Начальник порта понимающе усмехнулся. Иван перешёл к конкретике:

— Ну и, помимо прочего, для интервью есть особый повод — недавние события в городе. К вам и полиция обращалась…

— Да, обращалась, но мы помочь не смогли, увы. Местные жители, о которых нас спрашивали, билетов не покупали.

— Это я уже понял. А среди прибывающих были необычные пассажиры? Может, пилоты или стюарды вам что-нибудь докладывали?

— Нет, ничего такого. Всё идёт привычным порядком.

— Угу… А нельзя ли посмотреть списки прибывших?

— Прошу прощения, Иван Егорович, но это было бы против правил.

— Да-да, конечно. Тогда, пожалуйста, расскажите, как дела обстоят вообще? Объёмы перевозок растут или уменьшаются? Какая динамика?

— Если вкратце, то ситуация такова…

Из здания Иван вышел спустя приблизительно полчаса. Постоял у входа, разглядывая подсыхающую площадку. Та, в отсутствие дирижаблей, выглядела несколько сиротливо. В небе над мачтой туда-сюда носились грачи — серо-чёрные подвижные кляксы на синем фоне.

Итак, что дал разговор?

Если в городе и назревает афера, то внешней движухой она пока не сопровождается. Пассажиропоток, по крайней мере, не изменился. Для полной картины, впрочем, надо ещё узнать, насколько загружен фуникулёр, но…

С каждым днём крепнет ощущение, что опасность для Верхневейска, буде она действительно существует, идёт не из другого города или другой губернии.

Она идёт из другого мира.

Иван поёжился, несмотря на солнечное тепло, и вернулся в машину.

— В редакцию, будьте добры.

Полтора дня, оставшиеся до выхода номера, промелькнули быстро и новостей, по сути, не принесли. «Призрак» перестал проявлять активность. Никто не пугал Ивана взглядами из тёмных углов, ночные кошмары не повторялись. Люди больше не исчезали.

Жизнь шла своим чередом.

Свежий номер сдали по расписанию — на этот раз без серьёзных ляпов.

Началась новая неделя. Иван ходил на работу, правил чужие тексты, писал свои — и готовился к очередной подлянке со стороны неведомых оппонентов. Ждал, прикидывал варианты, пытался строить прогнозы.

Но ничего не происходило.

Ожидание начинало всерьёз нервировать.

Выпустив следующий номер газеты, он всю субботу маялся дома. Чувствовал — если так будет продолжаться, то можно слететь с катушек. Требовалось отвлечься, пожить как все нормальные люди. Да и весна звала всё нахальнее — сияло солнце, орали птицы, просверкивала зелень на клумбах.

Самое время было кое с кем повидаться.

После завтрака в воскресенье он пешком пересёк полгорода. Нужный адрес вспомнился без труда: Тенистая, тридцать семь. Особнячок с черепичной крышей, ветвистые деревья вокруг — ещё не зацветшие, но уже облитые солнцем, набухающие новыми соками.

Иван постучал. Резная дверь приоткрылась — наружу шмыгнула пёстрая кошка, а следом выглянула девица с веснушками. Та самая, с которой он познакомился в первый день пребывания в этом мире.

— Доброе утро, Ася.