Королевство
Шрифт:
Оказалось, что Люция с интересом рассматривала мою татуировку щита с изображением двух змей, обвивающих меч.
— Это татуировка.
— Я слышала про татуировки. Один из рыцарей отца рассказывал, что их наносят себе горцы, чтобы показать статус в племени. Это то же самое?
— Нет, это совсем другое. Мой статус ни в каком из племён она не показывает. Но это особенная татуировка, сделанная алхимическими красками. Очень маловероятно, что кто-то сможет такую повторить. Она для того, чтобы доказать в определённых обстоятельствах, что я — это я, а не какой-то самозванец.
«Хотя, это как посмотреть… Ведь в Культе у меня именно из-за статуса татуировка отличается от остальных. Мы хоть и не племя, но сходство всё же есть с местными горцами».
Чтобы при тусклом освещении парилки среди окружающего пара было лучше видно татуировку, я влил в неё немного маны, из-за чего та начала светиться. У моей жены аж глаза засияли от восторга при виде светящейся на коже картинки.
Люция долго любовалась картиной на моей груди. Рассматривала чешуйки на шкуре змей, сам меч и страшный череп, глазницы которого горели огнём. А когда она налюбовалась…
— Ладно, с этой штукой разобралась. — Девушка посмотрела ниже. — Теперь нужно разобраться, что делать с этой штукой.
Перед тем как двинуться назад в Эммар я направил курьера с письмом для герцога Карла Санрия. В письме я попросил его прибыть в столицу как можно скорее.
Учитывая время подготовки к пути столь важной особы, а также время поездки на карете с юга до столицы, Карл прибудет в Эммар где-то через две недели. Я планировал его встретить там лично.
— Это измена короне, Денис! Это возмутительно! Как ты, вообще, можешь мне подобное предлагать?
— Карл, послушай меня внимательно. ОЧЕНЬ внимательно послушай. — после небольшой паузы продолжил вдалбливать свои мысли в почти опустевшую голову принца, который, на свою беду, считал меня другом. — Посмотри, что твой брат сделал со страной?! Просто оглянись! Чтобы попасть в Эммар, не кому-то там, а тебе, бывшему принцу, а нынче герцогу королевства, носящему монаршею фамилию, и едущему с гербом государства на карете, пришлось отправить стражников отбиваться от оголодавших селян, окруживших город.
— Это всё виноваты те психи, про которых говорят в народе. Они уничтожили урожаи.
— А твой брат это допустил! Он недальновиден и невезуч. Слухи про проклятого короля возникли не на пустом месте. Мы ведь с тобой говорили, Карл, что сами боги не хотят, чтобы он занял этот престол. Отсюда и все эти проблемы! Сядь на трон и наведи, наконец-то, в стране порядок!
— Я не могу. Я не должен так поступать! Традиции нашей семьи и нашей страны поддерживались почти тысячу лет. За эту тысячу лет не было в семье Санрия такого, чтобы брат предал брата.
— Карл, если ты любишь эту страну, если ты заботишься о наследии своих предков, если ты хоть немного дорожишь народом, то ты должен это сделать! Это твоя обязанность, защитить то, что защищали твои предки, создавшие и впоследствии сохранившие это государство для своих потомков. Это — не предательство, а здравый смысл и забота о следующих поколениях семьи Санрия!
— Фред корону не отдаст!
— Отдаст, Карл. Отдаст!
Вдалбливать в дубовую головушку Карла пришлось долго. Он упорно сопротивлялся, не желая идти против брата, но у меня была поддержка в лице его жены, Агнии.
Ещё более года назад, когда Агния поняла, что с мужем творится полная неразбериха и он о своей благоверной забыл от слова совсем, девушка отследила места, которые посещал муж, в результате чего пришла ко мне.
К подобной встрече я был готов, ведь не могла же жена совершенно не замечать того, что твориться с мужем, а значит рано или поздно должна была явиться для выяснения отношений.
Был организован приём и для этой леди. Правда, там обошлось без разврата, но не без разных удовольствий в виде бань, массажей и прочих небольших радостей. Прошло всё без применения фирменного «коктейля», но это оказалось и не нужно.
Один раз была организована моя беседа с Карлом в присутствии его супруги. Девушка и половины не понимала из того, о чём шла речь, но зацепилась за одну мысль, скользившую сквозь наш разговор — Принц Карл должен стать королём!
Всё остальное стало для неё неважно. Вот тут, как говорится, Остапа понесло. Агния сама начала искать со мной встречи и выяснять подробности, что и как нужно делать. Она хотела помочь в нашем нелёгком деле всем, что было в её силах. И всё ради того, чтобы стать королевой. Мысль о занятии положения первой женщины государства, а её будущим детям получении статуса принцев и принцесс вскружила Агнии голову.
«Обработку» и последующие контакты с единственной женой Карла я тогда доверил Эрике. Всё-таки будет конфуз, если узнают, что супруга принца периодически встречается со мной. А так, она периодически встречалась с Эрикой — никаких вопросов и подозрений, мало ли о чём молодые девушки могут сплетничать.
Вот так, клюя мозги Карлу с двух сторон, мы с Агнией убедили его решиться на эту авантюру.
С того разговора началась бурная деятельность среди населения.
Голод, как говорится, не тётка, а дядька. Злой суровый дядька, способный поставить на колени кого угодно, ведь трудно шагать с гордо поднятой головой, когда пустой живот заставляет тебя сгибаться пополам.
Из Азура в Санрию постепенно начала завозиться гуманитарная помощь. Гуманитарная помощь представляла собой продовольствие, а также самые дешёвые, но всё-таки нужные для тяжелобольных зелья, бинты и прочую необходимую мелочь, которую я копил последние два года.
Помощь стала раздаваться в нескольких местах: на юге страны, на севере, на границе с Визалиром, то есть непосредственно с моим графством, а также вблизи Эммара, где это было наиболее всего востребовано.