Королевский тигр
Шрифт:
Украшений я тоже брала с собой по минимуму. Если вдруг выяснится, что мой будущий муж редкостный жмот, отец всегда сможет переслать мне пару сундучков с драгоценностями.
На семейном совете мы здраво рассудили, что я приеду, огляжусь и напишу, что мне действительно нужно.
Король Нефхарда мог себе позволить взять в жены любую женщину практически любой страны, но он достаточно долго предпочитал оставаться холостым, а теперь решил жениться на мне. И если честно, под налетом раздражения из-за несостоявшегося брака с тем, кто был роднее и привычнее, я скрывала не только радость за свою страну, но и вполне логичные опасения. Почему выбор пал на меня?!
Одно было ясно – вряд ли на решение повлияли богатства моей семьи.
– Только самое необходимое? – поинтересовался нефхардовец, когда я вышла из уборной и уселась у зеркала заплетать косу.
Мужчина уже был умыт, побрит, с явно по новой затянутым тугим хвостом, так же туго завязанной рубахой грязно-коричневого цвета, с воротом не посередине, а сбоку, рядом с плечом. Никогда такого раньше не видела.
Мне же еще предстояло самостоятельно надеть выбранный для путешествия наряд.
– Да. – Я очень гордилась, что сумела настолько сократить свои потребности.
– То есть вот эти два неподъемных даже для меня баула? Простите, леди…
Я даже не успела возразить, как содержимое одной из сумок оказалось прямо на кровати. А едва дернулась помешать очередному произволу, как меня тут же осадили:
– Одевайтесь быстрее, у нас мало времени.
Тяжело дыша от гнева, я продолжила заплетаться, краем глаза наблюдая, как часть моих вещей, аккуратно сложенная, кладется обратно в баул, а часть, тоже аккуратно сложенная, остается на кровати.
Первое время очень хотелось вмешаться, но потом я смирилась. Глупо спорить с намного более опытным путешественником. Судя по его сосредоточенному лицу, нефхардовец действительно выбирал, а не отшвыривал в сторону то, что ему просто не нравилось. Собранную лекарем аптечку он вообще переложил к себе в небольшую наплечную сумку, предварительно изучив ее состав и одобрительно покивав на каждый тюбик и баночку.
– Вам понадобятся высокие сапоги, а под платье лучше надеть штаны…
– Штаны-ы-ы? Откуда у меня штаны? – от возмущения я даже голос повысила.
– Уверен, в таком большом дворце найти мужские штаны на ваш рост не так уж сложно. – И опять эти смешливые искорки в янтаре. И улыбка, чуть ехидная, но все равно заразительная. Я бы даже улыбнулась в ответ, если бы не кипела внутри от злости, стараясь не выплеснуть ее на охранника.
– У меня есть панталоны, – перебрав в голове весь свой гардероб, вспомнила хоть что-то условно похожее.
– Ясно. Значит, купим, – понимающе хмыкнул мужчина. Наверное, прочел по моему лицу, что объявлять массовый розыск нежелательно.
Даже представлять не хочу, сколько сплетен разлетится по дворцу, если я попрошу срочно найти мне штаны… Еще не успела выйти замуж, а уже подверглась стольким унижениям. Мало того что придется несколько дней скакать верхом, так еще и в мужской одежде!
Глава 4
Когда в дверь моих покоев постучала пожилая фрейлина, заботливо присланная матерью, сборы и разборы уже были закончены. Предупредив сладко зевающую женщину, что все вещи, разложенные на кровати, надо собрать и приготовить к отправке в Нефхард, я спустилась на первый этаж. Само собой, в сопровождении своей тени и одного из лакеев, несущего облегченную версию самого необходимого. Вместо двух набитых под завязку баулов вышел один, наполненный лишь на треть.
На конюшне нас уже ждала оседланная пара. Молодой жеребец, судя по бурной радости при виде нефхардовца, приплывший вместе с ним и принадлежавший ему лично. И вроде бы спокойная с виду лошадка, тоже молоденькая. Рядом с ней стоял отец, старающийся выглядеть уверенно и бодро. Только всем, кто хорошо его знает, сразу было заметно, как сильно он переживает.
Еще бы! Мало того что единственный ребенок отправляется в путешествие в неизвестность, так еще и на непривычном и неприличном транспорте. И наличие охранника рядом слишком быстро пригодилось… а предательница оказалась из семьи, несколько поколений преданно служившей нашей.
– Ее ведь заставили? – с надеждой спросила я, сначала обняв и поцеловав отца, несмотря на присутствие посторонних. Вряд ли кто-то осудит проявление нежности между нами, ведь мы не скоро теперь увидимся.
– Ей заплатили, – с презрением процедил отец, отодвигая меня на расстояние вытянутых рук, чтобы было удобнее смотреть в глаза. – Заплатили за твою смерть!
Мне были понятны звучавшие в его голосе злость и недоумение. Я никогда не скупилась, одаривая любимых фрейлин по случаю самых незначительных событий в их жизни, а порой и просто так. К тому же у них были стабильные ежемесячные выплаты.
Причем наряды на дипломатические встречи оплачивались отдельно, тоже за счет королевской казны. Я предпочитала, чтобы меня сопровождала верная и надежная девушка, а не та, у которой хватило денег на дорогое платье. И вот самая верная и надежная продалась…
– Она что, бедствовала?!
Я прокручивала у себя в голове все наши разговоры, все, что она упоминала о своей семье, об их финансовом благополучии… Нет, ни слова о том, что кто-то тяжело болен или увлекся азартными играми. Ни малейшего упоминания о младенцах или о стариках, которым постоянно что-то нужно. Даже намека не смогла вспомнить, не то что прямой просьбы о ссуде или просто небольшой денежной помощи. Я бы обязательно выяснила, в чем дело, и помогла.
Отец притянул меня обратно к себе, поцеловал в лоб и со вздохом отпустил. Потом помог усесться на лошадь, молча, не высказывая осуждения. Наоборот, его взгляды на нефхардовца стали гораздо теплее. Да и тот соизволил поклониться при встрече, как подобает при виде короля.
– Она предала свою принцессу и свою страну. Ей нет оправдания! – на прощание отец все же ответил на мой вопрос. Немного своеобразно, но я его поняла. – Забудь о ней, малышка. И будь счастлива! – не сдержавшись, король все же повел себя как родитель, прощающийся с ребенком, а не как правитель, провожающий одну из своих подданных. Мне даже показалось, что в его глазах блеснули слезы.