Чтение онлайн

– Он подтвердит это под присягой?

– Он уже дал показания перед королевским судьей, - сказал Лендер.
– И у меня есть их копия. Местами они весьма уклончивы, и знай я, что мне придется выступать в вашу защиту, я был бы более дотошным, чем королевский судья.

– А вы не могли бы допросить его еще раз?
– спросил Ру.

– Нет, если только его не обяжут королевским приказом, - ответил Лендер, - и я не думаю, что король согласится на это.

– Почему?
– спросил Ру, не совсем понимая смысла сказанного.
– Разве король не хочет справедливости?

Лендер улыбнулся снисходительной улыбкой, словно учитель, которому одаренный, но мало знающий ученик задал вопрос с очевидным ответом.

– Наш король больше, чем другие, хочет справедливости; полагаю, это как-то связано с тем, что в молодости он некоторое время жил в Великом Кеше. Но кроме того, он заинтересован еще и в том, чтобы нельзя было запросто убивать его дворян и при этом не попадать на виселицу. Справедливость справедливости рознь.

Эрик вздохнул.

– И мы убили Стефана.

Понизив голос, Лендер спросил:

– Ты искал его с убийством в душе?

Эрик долго молчал.

– Да, я думаю, да. Я знал, что должен защитить Розалину - но не могу сказать, что я шел туда, только чтобы ее защитить.

Лендер взглянул на Ру. Тот согласно кивнул, и стряпчий тяжело вздохнул.

– Если это так, то я сомневаюсь, что есть на свете сила, способная спасти вас от этого, - он указал через окно на виселицу.

Эрик кивнул, и Лендер ушел, не сказав более ничего.

Существо зашевелилось.

Женщина терпеливо ждала, пока те, кто ухаживал за спящим чудовищем, не отойдут в сторону - туда, где у темных стен огромного зала их ждали другие, уже выполнившие свою работу. Впрочем, она не обращала на них внимания, она разглядывала пробуждающееся существо. Смертные назвали бы его прародительницей всех драконов; даже в столь просторном зале создание это выглядело ошеломляюще огромным. Масляные лампы вдоль стен едва мерцали, но ни дракониха, ни женщина, ждущая ее пробуждения, не нуждались в освещении, чтобы передвигаться во мраке. В воздухе ощущался слабый пряный аромат: возможно, особенность самого масла, а может, специальная добавка - женщина не знала точно.

Наконец дракониха открыла глаза величиной с окна дворца, моргнула, потянулась и, опустив голову, зевнула, обнажив зубы размером с флашеры, огромные двуручные ятаганы, какие издавна были в ходу в Великом Кеше. А что касается шкуры - именно из-за нее зал был освещен так слабо, потому что состояла она из драгоценных камней, вплавленных в чешую некогда золотистого цвета. Яркое освещение приводило к буйству ослепительных зайчиков по всему залу и, хотя дракониха обладала могуществом, далеко выходящим за пределы человеческого понимания, она обнаружила, что непрерывная пляска цветных отражений вызывает у нее сильнейшую головную боль.

Женщине и раньше доводилось встречать драконов, хотя и не вполне таких, как это существо, - но тем не менее она вынуждена была признать, что это существо выглядит весьма впечатляюще. До сих пор они "разговаривали" друг с другом, используя магию, и это была их первая встреча во плоти. И все же, несмотря на все попытки в течение полувека скрывать существование этого создания, в разных местах королевства уже возникли легенды о "гигантском бриллиантовом драконе".

Впрочем, женщине было хорошо известно, что это не настоящий дракон. Душа его погибла во время великой битвы, завершившейся в этом зале почти пятьдесят лет назад, и тело, в котором некогда заключался разум Райаты, дочери Руага - возможно, величайшего из всех золотых драконов, - теперь занимало сознание столь же чуждое, сколь и древнее: Аальский Оракул.

Существо заговорило - и от его голоса содрогнулись стены:

– Приветствую тебя, Миранда. Как поживаешь?

– Неплохо, - ответила Миранда.
– Дорога от статуи в Малакз Кросс сбивает с толку.

– Так было задумано. Лишь обладающие даром способны пройти ее, и я пожелала, чтобы даже им, каким бы даром они ни обладали, не было известно точное местоположение этого зала.

Миранда кивком выразила согласие:

– Я понимаю. А как поживаешь ты?

– Время подходит. Жар утомляет меня, и с каждым днем я сплю все больше и больше. Скоро я усну долгим сном, предшествующим рождению, а потом закончу этот период существования.

– Да, время подходит. Долго ли еще сможем мы пользоваться твоими советами?

– Уже сейчас будущее для меня неясно и туманно, а моя дочь будет лишена дара в течение первых двадцати лет своей жизни. Так что скоро на пять лет моего предродового сна и двадцать лет ее младенчества вы вновь станете такими, какими были до того, как я пришла в этот мир. Но это не все.

– Что еще?

– Я не вижу многого из того, что я должна была бы видеть; это означает, что грядущие события затрагивают мое собственное будущее, а никому из сущих, даже мне, не дано знать своей собственной судьбы.

Аальский Оракул считался старейшим существом во вселенной; он был древним уже в то время, когда валхеру, восстав, бросили вызов богам, и разразилась Война Хаоса. Подумав об этом, Миранда взглянула на помост позади оракула и, вызвав особое зрение, увидела жизнь, пульсирующую в камне зеленоватым мерцанием. Полюбовавшись им, она спросила:

– Они снова шевелятся?

– Они всегда шевелятся, - сказал Оракул.
– Сейчас - больше, чем обычно. И каким-то образом они все еще влияют на тех снаружи, кто восприимчив к их призывам.

"Они" были валхеру, древние существа, известные большинству обитателей этого мира как Повелители Драконов. Связанные силой, превышающей их собственные возможности, они были заточены в камне. Из камня торчал золотой меч с рукояткой слоновой кости. Та, которую звали Мирандой, знала, что когда полвека назад в верхнем городе, Сетаноне, бушевала великая битва, в этом зале происходило не менее гибельное сражение. Удивительное существо, получеловек-полувалхеру, по имени Томас, наследник мантии и силы Ашен-Шугара, Правителя Орлиных Пределов, сражался с бестелесной тварью, принявшей облик его родственника Даркен-Карена, Предводителя Тигров. Одновременно с этим Пуг из Стардока, чародей двух миров, а с ним - Черный Маркое, непревзойденный кудесник, с помощью двух Великих цуранцев, магов из мира, именуемого Келеваном, прилагали все силы, чтобы закрыть разрыв между двумя вселенными. А Райата сражалась с Господином Ужаса, существом из чужого мира, способным выпить жизнь одним прикосновением.