Король
Шрифт:
Она не смогла полностью выпрямиться. Король подхватил ее на руки, отрывая от пола, словно она весила не больше голубки.
И после он пересек комнату, широко распахнул закрытую дверь и вышел в коридор: все собрались там, проход был заполнен аристократами и членами Братства Черного Кинжала... инстинктивно она уткнулась в шею Рофа.
Взращенная для угоды Короля, она привыкла чувствовать себя вещью, и все же, оказавшись наедине с мужчиной, эти чувства исчезли. Но сейчас, под взглядами посторонних, она снова вернулась к этой роли, опустившись до предмета, а не равноправного человека.
– Куда вы направляетесь? – спросил один из аристократов, когда Роф прошел мимо, не обращая на них внимание.
Роф не останавливался... но, очевидно, конкретно этот придворный настаивал на непозволительном.
Мужчина встал на их пути.
– Мой повелитель, по обычаям...
– С этой ночи она будет под моей заботой в моих покоях.
Удивление вспыхнуло на вытянутом лице.
– Мой повелитель, эта честь доступна только королеве, и даже если вы возьмете женщину, это будет неофициально, пока...
– Мы уже скреплены узами брака. Я сам провел церемонию. Отныне она принадлежит мне, а я – ей, и я уверен, на самом деле, ты не хочешь встать на пути связанного мужчины и его женщины... тем более, Короля с его королевой. Верно?
Раздался скрежет стиснутых челюстей, будто чей-то рот сначала широко распахнулся, а потом его проворно захлопнули.
Посмотрев за плечи Рофа, она увидела улыбки на лицах Братьев, словно воины одобряли проявление агрессии. Что до остальных в мантиях? На их лицах не было одобрения.
Бессилие.
Мольба.
Еле заметный гнев.
Они знали, кому принадлежала власть – определенно не им.
– Вас должны сопровождать, мой господин, – сказал один из Братьев. – Не ради соблюдения традиций, но из уважения ко времени. Даже в этой крепости Первой Семье подобающе иметь охрану.
Спустя мгновение Король кивнул.
– И то верно. Следуйте за мной, но... – он понизил голос, – не смейте дотронуться до нее и пальцем, иначе я оторву ту конечность, что коснулась ее тела..
Голос Брата выражал истинное уважение и некое расположение:
– Как пожелаете, мой господин. Братство, построиться!
Все кинжалы разом вынули из нагрудной кобуры, черные лезвия сияли в свете фонарей вдоль коридора. Когда Ана вцепилась пальцами в драгоценное облачение Короля, Братья издали боевой клич, вскидывая кинжалы высоко над головами.
С координацией, ставшей результатом многих часов, проведенных вместе, великие воины, все до единого опустились на колени, образуя круг, и вонзили острия кинжалов в половицы.
Склонив головы, они сказали одним голос что-то, что она не поняла.
Но обращались они к ней: они выказывали свою преданность ей, как своей королеве. Это должно было произойти в начале следующей ночи. Перед глимерой. Но ей по нраву сейчас и здесь, и когда они подняли взгляд, в их глаза сияло уважение... обращенное к ней.
– Я признательна вам, – услышал она свой голос. – И выражаю почтение нашему Королю.
В мгновение ока Ану и ее супруга окружили огромные воины, сейчас, когда принесенная клятва была принята, они взялись за дело. Окруженный по флангам, как это было, когда ее представляли Королю, Роф продолжил свой путь, полностью защищенный.
За плечом своего супруга, мимо стены из Братьев, Ана наблюдала, как собравшиеся придворные начали расходиться, удаляясь по коридору.
Советник с низко опущенными бровями шел во главе процессии, уперев руки в бедра,... он был крайне недоволен.
Дрожь охватила ее тело.
– Шш, – прошептал Роф ей на ухо. – Не волнуйся. Сегодня я буду нежен с тобой.
Ана вспыхнула, уткнувшись лицом в его широкую шею. Он собирался взять ее там, куда они направлялись, его священное тело войдет в нее, скрепляя таким образом брак.
Она шокировано обнаружила, что тоже желает этого. Прямо сейчас. Быстро, жестко...
И, тем не менее, когда они оказались наедине, устроившись на потрясающей кровати, укрытой шелком... она была благодарна, ведь Роф был терпеливым, нежным и щедрым, как и обещал.
Эта ночь стала первой в череде дней и ночей, когда ее хеллрен ни разу не подвел ее.
Глава 1
Манхэттен, Мясоразделочный квартал1,
Настоящее.
– Дай мне свои губы, – потребовал Роф.
Бэт откинула голову назад и шагнула в объятия своего супруга.
– Хочешь? Сам возьми.
Рык, вырвавшийся из массивной груди, напомнил ей, что ее мужчина не был простым «мужчиной». Он – последний чистокровный вампир на планете... и когда дело касалось ее и секса, он вполне мог вести себя как шаровой таран, сметая все на пути к ней.
Не в бестолковом псевдо-сексуальном стиле Майли Сайрус2... и, конечно, если Бэт хотела того же. Когда есть возможность быть с мачо с непробиваемой волей и сногсшибательной задницей, в шесть футов и девять дюймов ростом, одетым в черную кожу, у которого, кстати, бледно-зеленые глаза, сиявшие словно луна, и черные волосы длиной до вышеуказанного железобетонного зада?