Чтение онлайн

Тепло разливается по моему телу, пульсируя между бёдер.

Я вся горю, представляя его губы на моих, его руки, сжимающие мои бёдра. Я скольжу ладонью по бедру, представляя, что это его рука. Мне больно. И мне нужно, чтобы это прекратилось, мне нужно…

Кто-то стучит в дверь, и я резко вздыхаю. Я знаю, даже не открывая, что это Каллум.

Пылая от стыда, соскальзываю с кровати и крадучись пересекаю комнату. Приоткрываю дверь, а сердце колотится.

Глаза Каллума снова человеческие. Выражение лица мягкое, даже раскаивающееся. Он весь мокрый, а его рубашка и штаны липнут к телу. Как всегда, от него исходит тепло.

— Можно войти? — спрашивает он.

Глава тридцать шестая

Отступаю на шаг, пропуская Каллума в свои покои.

Он тихо закрывает за собой дверь и поворачивается ко мне. От него исходит аромат свежего воздуха, а его волосы взъерошенные и влажные. Интересно, был ли он в озере, хотя за моим окном непроглядная ночь.

На его лице серьезное выражение, а взгляд какой-то потерянный. Даже нервный.

Каллум проводит рукой по затылку и тяжело выдыхает.

— Мне так жаль, — его голос грубый. — То, как я вёл себя раньше… Я… Я хочу, чтобы ты знала, я никогда не причиню тебе вреда. Никогда.

Он пристально всматривается в меня, и в глазах немая мольба поверить ему.

Он стоит так близко, что я могла бы коснуться его. Богиня, как я этого хочу. Но никто из нас не двигается. Его руки крепко прижаты к бокам, мышцы предплечий напряжены, словно он изо всех сил старается показать, что способен вести себя как джентльмен.

Но какая-то постыдная часть меня не хочет, чтобы он так себя вел.

— Я знаю, — шепчу я.

Воздух становится тёплым и густым. Душным. Мне нужно как-то снять напряжение, пока оно не раздавило меня.

— Ты получил весть от своего короля?

— Да. Ему нужна моя помощь. Придётся выехать в ближайшие пару дней, чтобы встретиться с ним.

Напряжение нарастает. И я сглатываю.

Замечаю, как лунный свет отражается от его кожи.

— Несколько поздновато для плаванья, не находишь?

Он кратко усмехается.

— Да. Немного. Просто была избыточная энергия, от которой нужно было избавиться.

Я вспоминаю чувство, что трещало под моей кожей весь вечер. Вспоминаю, о том, что собиралась сделать, прежде чем он постучал в дверь.

— И это помогло?

Его челюсть напрягается.

— Не особо.

— И вот ты вернулся.

— Не могу держаться в стороне.

В его голосе звучит что-то настолько обнажённое, что у меня сводит живот.

— Я хотел показать тебе… — Он осторожно кладет руку мне на щеку. — Я хотел показать, что могу быть нежным.

И снова ощущение, словно я проглотила ветра Северных земель. Они бушуют во мне, бушуют в моей груди, требуя быть выпущенными.

Но я заставляю себя сохранять спокойствие, не показывать ту бурю, что нарастает внутри.

Несмотря на то, как жажду этого освобождения.

Хотя мне хочется кричать, кусаться и сорвать что-нибудь. С него. Хочу, чтобы буря, которая нарастала в течение нескольких дней, или возможно, с тех пор как Каллум впервые ступил в мою спальню, во время осады, и перекинул меня через плечо, наконец-то разразилась. И по дыханию Каллума я понимаю, что он тоже сдерживается. Я видела, что он держит себя в клетке — это так отличается от бури, нарастающей в моей груди, но столь же дико. Я прикасаюсь к его груди, чувствую, как колотится его сердце. Интересно, зашевелится ли зверь внутри.

— Тогда покажи мне, — говорю я.

Он приподнимает брови, улыбаясь.

Прикасается к моей щеке. Касается губами моих губ. Верный своему слову, он нежен и сдержан.

Но его поцелуй пробуждает во мне что-то жестокое.

— Я давно мечтал об этом, принцесса…

Впиваюсь пальцами в его рубашку и притягиваю обратно.

Замечаю вспышку удивления в его глазах, прежде чем наши губы снова сталкиваются.

Его рука скользит в мои волосы, он запрокидывает мою голову. Его язык раздвигает мои губы, и низкий стон вырывается из его горла, вибрируя в моем естестве, пока он пробует меня на вкус. Его запах древесного дыма и гор заполняет мой нос, я горю и тону в нем одновременно.

У меня вырывается тихий всхлип.

— Блядь. — Его голос звучит грубо и хрипло на моих губах.

Каллум хватает меня за бедра, притягивает ближе, и я прижимаюсь к нему, отчаянно пытаясь облегчить нарастающую боль.

Он углубляет поцелуй, прижимая меня к стене и просовывает бедро между моих ног. Я резко вздыхаю от вспышки наслаждения, пронзающей меня.

Цепляюсь за него крепче, костяшки пальцев впиваются в твердые мышцы под его рубашкой. Его язык движется в горячих, глубоких движениях по моему, и на вкус он как чистое тепло. И все, о чем я могу думать, это о большем.

Мои чувства обостряются от всего: от хватки его пальцев на моих бедрах, от того, как его щетина царапает мой подбородок, и от его твердости. Влажный жар разливается по моей сердцевине.

Так вот каково это быть волком? Так остро воспринимая каждое ощущение.

Это ошеломляет. И все же этого недостаточно.

Я двигаюсь на его бедре и стону от возникающего трения. Низкий рык вибрирует в его груди, и его хватка на моих бедрах становится крепче.

Замираю. Я зашла слишком далеко. Потеряла контроль. Мне нужно успокоиться. Мне нужно…

Но его поцелуй становится нежнее. Настойчивее. Словно он уговаривает меня.

— Не останавливайся.

Он оставляет на моей шее дорожку поцелуев, заставляя меня всхлипывать, а затем прикусывает зубами мочку уха.

— Я справлюсь. Не останавливайся.

Я вижу волка в его глазах.

Его губы снова на моих, поцелуй глубокий и требовательный. Боль между ног нарастает, и я больше не могу себя сдерживать. Вращаю бедрами, прижимаясь к нему, сильнее, быстрее. Дыхание сбивается. Я чувствую отчаяние. Дикость. Животную ярость.