Чтение онлайн

Проклятый штиль держал их на месте уже шесть дней. Ничто не предвещало его конца. Однако и Рапис, и лоцман чувствовали, что неприятности вот-вот закончатся. Никто из них не мог с точностью сказать, откуда у него такая уверенность.

— Если что-то изменится, дай мне знать.

— Так точно, капитан.

Капитан постоял еще немного и двинулся дальше. Вскоре он был уже в каюте на корме. Увидев своего первого помощника, он удивленно поднял брови. Эхаден сидел на столе, постукивая пальцами по деревянной крышке.

— Я тебя жду, — объяснил он.

— Не мог послать кого-нибудь?

— Мне сказали, что ты пошел на нос к матросам, — сказал Эхаден. — Не знаю уж зачем, но, видимо, у тебя там были какие-то дела.

— У тебя, похоже, тоже ко мне дело, — заметил капитан.

— Но не слишком срочное.

Рапис кивнул и, облокотившись о стол, начал разглядывать карту Западного Простора, на которой сидел офицер.

— Скажи мне, что за моряки здесь плавали, если островов вроде того, что у нас по левому борту, нет на картах? — помолчав, спросил он.

— Тебя это удивляет? А многие ли заходят так далеко на юго-восток от Гарры?

— Кто-то же все-таки там ходил, раз есть карты, пусть даже и неточные.

Эхаден пожал плечами.

Рапис задумчиво покачал головой:

— Эта погода меня с ума сведет. Раладан говорит, что ветер скоро будет, и я тоже так думаю. Самое время, мы здесь уже неделю торчим. Ты слышал когда-нибудь о чем-то подобном на Просторах?

— Просторы большие…

— Никто не знает, какие они, — оборвал его Рапис. — Я спрашиваю: ты слышал когда-нибудь о такой погоде? Вчера была штормовая волна!

— Я о многом не слышал. Например, о птицах, огромных как корабль. — Он вспомнил крылатых гигантов, которых они видели три дня назад.

Рапис молча смотрел на своего помощника.

— В последнее время нам с тобой никак не договориться, — наконец констатировал он. — Какое мне дело до больших птиц, Эхаден? Ну насрет такая в море, будет много брызг, и все. Я о погоде говорю. Я говорю, что сегодня она изменится. Я так считаю, а раз это подтверждает еще и Раладан, то можно быть почти уверенным. Ветер будет. Мы ложимся на курс. На какой курс? На обратный? — спросил он, не скрывая злости. — Теперь понятно? Тебе что, нужны такие вопросы, чтобы до тебя дошло, что я хочу из тебя вытянуть, говоря о погоде?

— Хочешь возвращаться?

— Хочу.

— По-моему, еще рано. Имперские эскадры наверняка все еще болтаются по морю.

— Или торчат на месте, как мы, — кивнул Рапис. — Может, благодаря этому мы и встретим парочку фрегатов. Великолепных фрегатов морской стражи, с желтыми, а может быть, и голубыми парусами…

— С ума сошел?

— Нет. Не сошел.

Эхаден открыл было рот, но капитан предостерегающе поднял руку:

— Ни слова, Эхаден. Хватит. Сколько нам еще скрываться? Что с нами случилось? Имперские корабли — подумай, ведь это просто смешно! Раньше, вместо того чтобы бежать от них, мы сожгли бы один-другой и проскользнули бы среди оставшихся для того только, чтобы наброситься на них с новыми силами… Бывало ведь так, бывало! Помнишь, как мы ходили на «Чайке»? Нас преследовал Дартанский Флот, и что с того? Мы сожгли два фрегата, а потом портовый район в Лла. Какая была слава, Эхаден, какая добыча! А теперь? Мы ведь уже не на старой «Чайке», отнюдь нет! Мы на «Морском Змее», плавучей крепости, крупнее любого корабля, когда-либо ходившего по морям Шерера! Но вот нам попались на глаза армектанские посудины, такие, что мы могли бы их протаранить, не опасаясь за целость форштевня! — Рапис постепенно приходил в ярость. — И что мы делаем? Разворачиваемся — и вместо того, чтобы идти на север, идем на юго-восток. Да еще как! Если бы не этот проклятый штиль, мы уже были бы невесть где!

— Успокойся, Рап.

— Успокойся? Послушай, я спокоен настолько, что мог бы нянчить имперских вояк! А ты говоришь — «успокойся»!

— Успокойся. Может быть, мы и в самом деле стали чересчур осторожны. Но не в этот раз. Мы не бежали от армектанских кораблей, ты и сам хорошо это знаешь. Это не были курьерские корабли — те ходят в одиночку. Это была разведывательная, а может быть, и пущенная нам вдогонку эскадра. Ты хорошо знаешь, что мы не могли бы их протаранить, ибо они слишком быстрые, самое большее — мы могли бы ждать, пока они разделятся и вызовут тяжелые эскадры. За ними шли армектанские фрегаты, это облава. Большой Флот Армекта, возможно, и гаррийский Главный Флот.

Рапис вздохнул:

— Именно это я и пытаюсь тебе объяснить. Мы на корабле, который может и должен противостоять облаве. Мы должны топить стражников, вместо того чтобы убегать от них. У нас всего достаточно. Достаточно пороха, достаточно стрел, а самое главное — достаточно людей. У нас их столько, сколько обычно на двух фрегатах. Это свеженабранная команда, они мечтают о грудах золота и драгоценностей, о схватке, сражении, слышишь? Сражении под командованием капитана Раписа, легендарного Демона, который взял их на «Морского Змея». А капитан сбежал, едва завидев имперский корабль. — Он покачал головой. — Как только будет хоть какой-то ветер, возвращаемся. Курс на Гарру. На Гарру, слышишь? Пусть даже без конца придется менять галс.

— На Гарру? С тем, что у нас в трюме?

— А что у нас там, Эхаден? Утром оставалось в живых сорок. Если мы сейчас пойдем в Бану, сколько мы довезем? И в каком состоянии? Придется наловить нового товара.

Эхаден задумался:

— Ладно, в конце концов, кораблем ты командуешь. — Он слез со стола. Какие будут распоряжения?

— Пока прикажи выдать по полкружки рома каждому. Вытащи из трюма женщин, некоторые еще шевелятся. Отдай их команде, все равно на выброс. Пусть народ позабавится до вечера, а потом за борт… У тебя ко мне какое-то дело? — вдруг вспомнил он.

— Уже нет, — ответил офицер. — Я думал о том течении, которое в прошлом году затащило нас аж до Кирлана. Может быть, это где-то здесь, сегодня утром мне казалось, что неподалеку от этого острова вода другого цвета и форма волн другая — ну ты знаешь, как это выглядит. Но раз мы идем на Гарру…

Рапис кивнул:

— Проверим, то ли это течение. Поговори с Раладаном. Куда бы мы ни шли, стоит выяснить, есть ли тут что-нибудь такое.

Эхаден кивнул и вышел, но почти сразу же вернулся в сопровождении вахтенного.

— Ну что там? — спросил Рапис.

— Ветер, господин! — ответил матрос. — С юго-запада!

На Гаррийском море им встретился корабль-призрак.

Матросы молча столпились вдоль бакборта. Уже остывший, дотла выгоревший остов медленно дрейфовал на северо-восток. На обожженной корме названия парусника было не прочитать — но все хорошо его знали… «Север». Перед их глазами были останки большого барка Алагеры. Сама она (узнать ее можно было по пурпурной одежде и развевавшимся на ветру золотистым волосам), повешенная за ноги, покачивалась на уцелевшем от огня бушприте.