Чтение онлайн

Ее колени подогнулись, и она стала медленно падать, но, прежде чем тело с глухим стуком ударилось об пол, Сайонджи уже увела женщину назад к Колесу.

С грохотом раскрылось окно, и в спальню прыгнули еще двое, одетые в черное. Увидев меня, они с криком бросились вперед. Оба были вооружены короткими рапирами. Отбив своим мечом выпад первого нападавшего, я подставил плечо, и он, наткнувшись на него, налетел на своего дружка. От удара убийцы на мгновение потеряли равновесие, и я воспользовался этим, пронзив первому грудь.

У меня за спиной с треском вылетела сорванная дверь, и я понял, что обречен. Но времени у меня было только на то, чтобы разобраться со вторым убийцей. Он умер, получив удар клинком между глаз, а я, высвободив свой меч, обернулся, чтобы встретить новую угрозу. Поздно, слишком поздно...

В дверях стоял Карьян, а у него за спиной виднелись с десяток слуг, вооруженных чем попало, начиная от бронзовых канделябров до абордажной сабли, которую я никогда раньше не видел у себя дома.

– Товиети, мать их, – крикнул Карьян.

– Сколько их? – спросил я, стараясь успокоиться.

– А черт их разберет, – задыхаясь, выдавил Карьян. – Поднимаясь по лестнице сюда, сэр, мы убили человек пять-шесть. Понятия не имею, сколько еще осталось.

– Срочно идем в оружейную комнату, – решил я. – Во-первых, там найдется достаточно хорошего оружия. К тому же все окна забраны толстыми решетками, и это помещение будет легко оборонять.

Схватив со стены кольцо с ключами, я выбежал в коридор. Там валялись четыре трупа, а у лестницы стояли Эриван и еще один слуга. Сзади послышались крики, и я понял, что новые нападавшие влезли в окно спальни.

– Идите одни, – приказал я Карьяну. – Здесь я сам разберусь.

– Я останусь вместе с вами, – предложил Эриван. Карьян начал было возражать, но я крикнул:

– Чего стоишь, живо в оружейную комнату! Встречаемся там!

Кивнув, мой верный ординарец во главе отряда слуг побежал к лестнице.

Мы остались вдвоем с Эриваном. Мажордом вооружился старинным мечом, взятым из коллекции оружия, развешанного на стенах главной залы.

– Теперь посмотрим, кто кого, – сказал я.

– Посмотрим, – подхватил Эриван, и я удивился, услышав в его голосе ликование.

Мне показалось это очень странным для человека, начисто лишенного кровожадности профессионального воина. Заглянув в спальню, чтобы узнать, со сколькими Товиети нам придется иметь дело, я увидел, что комната пуста. Только до меня дошло, что я снова столкнулся с проявлением магии, как у меня на шее затянулся желтый шелковый шнурок, и я ощутил над ухом жаркое дыхание Эривана.

Лучший способ удушить человека, находящегося настороже, – воспользоваться тонкой леской или стальной проволокой. Такая удавка или переломит шейные позвонки, или перережет гортань; жертва мгновенно потеряет сознание и быстро умрет. Но Товиети обожают свой священный шнурок толщиной с палец, убивающий медленно. Они с наслаждением смотрят, как смерть неторопливо расправляется со своей добычей.

Я был сильный и тренированный и ожидал нападения. Эривану следовало бы туго затянуть петлю у меня на шее, а затем, повернувшись ко мне спиной, перекинуть шнурок себе через плечо, отрывая меня от земли, как поднимает мешок муки грузчик.

Мой кулак молотом вонзился Эривану в пах. Предатель-мажордом попытался было вскрикнуть, но воздух стремительно, как ураган за окном, покинул его легкие. Я развернулся. Не желая воспользоваться мечом, я схватил Эривана за горло и начал трясти его, как трясет крысу терьер. Мне хотелось убить его голыми руками, загрызть его. Я снова и снова колотил его по ребрам и по животу.

Отшатнувшись от меня, Эриван отпрянул к балюстраде. Он был крупного телосложения, почти такой же большой, как я, но я без труда схватил его за пояс и волосы и перегнул через перила. На мгновение лицо Эривана оказалось рядом с моим; я увидел округлившиеся от ужаса глаза. Сломав изменнику спину, словно это была тростинка, я швырнул его вниз, и обмякшее тело покатилось по лестнице, будто тряпичная кукла, выброшенная ребенком.

Схватив меч, я побежал вниз по лестнице, ища Карьяна. Теперь, во всеоружии, мы могли сворой гончих охотиться за Товиети, травить их до смерти. С улицы донеслись крики, слова команд, топот ног. По-видимому, Товиети догадались, что дичь ускользнула от них. Теперь настала их очередь умирать.

Мы не заставили фанатиков долго ждать. Потребовалось несколько мгновений, чтобы раздать оружие и разделить на отряды слуг-мужчин и большое количество женщин, разъяренных вторжением в их жилище.

Не успели мы выбежать во двор, как на дороге появился несшийся во весь опор эскадрон всадников, закаленных в боях воинов из личной охраны императора. Подъехав ко мне, капитан доложил, что эскадрон готов выполнять любые мои приказания.

В течение часа к нам на подмогу прибыли несколько отрядов стражников Кутулу в форме. Дворец и прилегающие к нему территории были полностью оцеплены.

Затем мы начали методично обходить комнату за комнатой, строение за строением. Мои приказания были просты: перебить нападавших всех до одного. Возможно, мне следовало бы распорядиться взять несколько человек живыми, но я был взбешен не меньше своих слуг тем, что негодяи посмели вторгнуться в мой дом. К тому же почему-то я не сомневался, что предводителями были женщина, едва меня не убившая, и изменник Эриван.

Мы обнаружили лишь четырех Товиети, прятавшихся в глухих чуланах, – одну женщину и троих мужчин. Они были сразу же убиты, и их тела вытащили во двор, к трупам тех, кто погиб во время первого столкновения.

Никто из нас не чувствовал холодных порывов ветра и струй дождя, хлеставшего в лицо.

С рассветом буря утихла. Наступил серый, сырой, унылый день. На плитах двора лежало четырнадцать трупов. Тела девятнадцати моих людей с почестями уложили на столы в главной зале. Мои слуги погибли, защищая меня – и, по большому счету, защищая Нумантию. Их смерть была не менее геройской, чем смерть солдат на поле брани. Я дал себе слово принести щедрую жертву Сайонджи, богам Никеи, личным богам и божкам погибших. Оставалось надеяться, что богиня Разрушения и Созидания в следующей жизни сполна вознаградит их за этот подвиг.