Корну
Шрифт:
– Тертианер?
– Ага, третий класс, только из училища. А ты?
– То же самое.
Парень собрался еще что-то спросить, но дверь за спиной снова скрипнула. В кабинет вошел Бек и остановился в дверном проеме. Из-за его плеча, приподнявшись на цыпочки и вытянув шею, выглянул Рагоза. Он выразительно посмотрел на Романа и, указав на Бека, скорчил сочувственную физиономию – ну, мол, держись.
– Всем привет, – бесцветным голосом произнес Бек. – Роман – ко мне. – Бек мотнул головой, показав в коридор, и, не дожидаясь ответа, развернулся и вышел.
Рагоза уступил ему дорогу в дверях и юркнул внутрь кабинета. Роман немного помялся и пошел вслед за Беком.
– Ух тебе щас будет, – подбодрил его Рагоза, когда он проходил мимо.
В коридоре Бек стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. Когда подошел Роман, он не обернулся. И заговорил не сразу.
– О твоих подвигах мы уже информированы. Из Твердинска нам отчет прислали. Твой должен быть готов к завтрашнему дню.
– Уже готов. – Роман залез в карман и вытащил сложенный лист немнущейся бумаги. Лист под воздействием тепла рук тут же принял правильную форму.
Бек все так же, не поворачиваясь, протянул руку и взял отчет.
– Почерк отвратительный… Руки дрожали?
– Я в вертолете, чтоб время не терять… Трясло очень.
– Понятно… Смотри, если сканер не сможет распознать, заставлю напечатать. – Он помолчал. – Кстати, твердинские тебе очень благодарны. Не так часто удается найти такое скопление диких упырей. Лежбище крупное. Но я, как ты понимаешь, от восторга не лопаюсь. Ты знаешь, что мы никогда не выезжаем на сомнительные адреса поодиночке?
– Знаю, но…
– Никаких «но». – Бек наконец повернулся и посмотрел ему в глаза. – Это правило. Одно из немногих, которые действительно стоит выполнять. Если у местного комиссара не было людей, ты обязан был клещом в него вцепиться и хоть в раскладушке у него в кабинете жить, но добыть себе прикрытие. Комиссар, кстати, тоже хорош… слышал бы ты, что ему наш Пальфи по телефону высказал…
Бек замолчал, подождал, пока по коридору пройдут двое полицейских.
– Комиссар здесь ни при чем. – Роман опустил голову. – Он предлагал переждать, я сам поехал…
Бек вздохнул.
– Я тебе сейчас могу сказать много непечатных слов, половину из которых ты раньше и не слышал… Но это все хорошо на базаре. Тебе там, в лежбище, страшно было?
– Да в общем… Еще как! – неожиданно для себя признался Роман.
– Так вот, запомни хорошенько это чувство. Будем считать, прививку от геройства ты получил. И считай, свой лимит удачи ты на десять лет вперед вычерпал. Судьба редко делает такие подарки дважды. Все, пошли к остальным. Работать надо. Пока ты отсутствовал, мы тоже кое-что накопали.
Бек повернулся и пошел к комнате детективов. Роман с облегчением вздохнул и пошел за ним.
– Так что, значит, не было никакой Патриции Наволод? – Новичок по фамилии Лагач вопросительно посмотрел на Романа. Его уже ввели в курс дела. Все четверо сидели в комнате детективов.
– Была, – ответил Роман. – Была Патриция Кулота. Но она пропала в начале войны и скорее всего никакого Наволода в глаза не видела. И замуж за него никак выйти не могла. Все подделка. Кому-то понадобилась мертвая душа, не снятая с учета.
– Ara… A почему она до сих пор числится живой?
– Родственников у нее не было, фирма, где она работала, перестала существовать за время войны, так что о пропаже никто не заявил. А жила она в районе, который после войны попал в желтую зону. Сейчас, может, красный уже… В желтых зонах государство не распространяет на живущих гарантии безопасности, но ведь и налогов не собирает. Поэтому ее никто не хватился. При расселении дома должны были проверить, но… почему-то не проверили. И все, вуаля! По документам живет женщина, разыскивает мужа, сообщайте по номеру такому-то в случае надобности.
– Да, дела, – хмыкнул Лагач.
– Кстати, насчет благолепных старичка со старушкой, о которых ты рассказал. – Рагоза вопросительно посмотрел на Романа. – А не могли они тебе лапши на уши навешать? Ты ведь их больше не как собеседник, а как обед интересовал.
– Не, не думаю. – Роман покачал головой – Они у меня сначала вызнали, один ли я приехал. Я сдуру и ляпнул… А про Патрицию им смысла врать не было, им ведь все равно было, что болтать, чтобы я бдительность потерял. И потом, ну даже если они соврали в чем. Даже если Патриция вовсе не пропала, а они сами ее тихонько приморили, это ничего не меняет. Мы с местными по адресам потом проверили – квартира действительно принадлежит Патриции Кулоте – от матери досталась. А старички-одуванчики, до того как их самих упырь засосал, были в соседней квартире прописаны. Видимо, когда девушка пропала, они в более удобное жилье перебрались. Они когда сказали, что соседи ее, я, дурак, подумал, что по квартире. А оказалось, по лестничной площадке. В любом случае, Патриции нет, и все справки о браке и поиске – липа.
– Ну ты хоть квартиру потом осмотрел поподробнее? – спросил Рагоза. – Может, нашлась бы еще какая зацепка.
– Нечего там потом было смотреть. – Роман покривился. – Я как местным про лежбище сообщил, они к операции армию привлекли. Там от дома-то мало что осталось…
В разговор вступил Бек:
– Ну хорошо, Роман. Пока ты отсутствовал, мы здесь тоже не в носу ковырялись. Вот, смотри…
Роман развернул лист бумаги, который дал ему Бек. Лист был заполнен пронумерованными именами и фамилиями.
– Что это?
– Я отправил запрос в аналитический отдел. – Бек передал отпечатанные копии листа также Рагозе и новенькому, Лагачу. – Всю информацию, которая нам была известна об убитом. Тамошние ребята помогли нам отобрать нужные параметры: возраст, социальное и семейное положение, место проживания, известные нам связанные с покойным места, адреса, телефоны и прочее. Далее был сделан запрос по базам, используя эти данные, как критерии поиска и отбора. Результат у тебя в руках.
– По какому признаку подобрались эти люди? – спросил со своего места Лагач.