Чтение онлайн

– Да, конечно же. Но сначала вы расскажете мне всё, что не вошло в историю болезни Говарда Харпера.

На сей раз ментальное воздействие оказалось на порядок сильнее.

Лесник ожидал ее у окна, глядя на панораму города и нетерпеливо барабаня пальцами по переплету. На стук каблуков Дианы он резко обернулся, сказал:

– Я уже в курсе, что американцы улетели вместе с Харпером... Мог бы узнать и раньше, если бы владел датским, слухи тут быстро распространяются. Ты что-нибудь сумела выяснить о его болезни?

– Самого интересного не смогла... Твоего допуска оказалось недостаточно, а когда я начала задавать вопросы, меня пригрозили сдать в полицию!

– Прямо так вот сразу и в кутузку – всего лишь за невинное научное любопытство?

– Именно так. Лечащий врач, суровая нордическая женщина, вполне серьезно собралась вызвать полицейских, если я сейчас же не покину помещение. Поскольку здешний охранник маячил у нее за спиной – с пушкой на поясе и переносным «тревожным пультом» на груди, я решила не доводить дело до скандала...

Лесник не поверил:

– Тихо-мирно ушла? Ничего не предприняв?

– Попыталась предпринять... Но у фру Вульфсен или стоит мощный гипноблок, противодействующий внушению, или достаточно редкая врожденная сопротивляемость.

– Волчья дочь, что ты хочешь... – не совсем точно перевел Лесник фамилию церберши в белом халате (вернее, в салатной униформе св. Брендана).

– Но хоть что-то про лейтенанта Харпера тебе все же удалось разузнать?

– Да. И даже пролистать его историю болезни. Крайне странный документ, надо сказать. Разнобой в результатах анализов и функциональной диагностики наводит на мысль, что вся история – фальшивка. Но если надергали кучу бумажек из карточек разных больных, чтобы задурить посторонним голову, – зачем тогда госпожа валькирия буквально выдрала папку у меня из рук?

– В чем именно выражается разнобой? – заинтересовался Лесник.

– Да просто не бывает так: моча как у восемнадцатилетнего юноши, не имеющего проблем со здоровьем, и при этом кровь глубокого старца, подверженного куче застарелых хворей... Есть и другие противоречия, не буду утомлять тебя медицинскими подробностями, поверь уж на слово – НЕ БЫВАЕТ.

– Отчего умерли семеро спутников лейтенанта?

– От моря – если назвать причину одним словом. От целого ряда наложившихся неблагоприятных факторов, воздействующих на жертвы кораблекрушений: холод, обезвоживание, голод, длительный стресс... Что тоже весьма странно, никак они не могли слишком долго болтаться на волнах в районе с весьма оживленным судоходством.

– Трупы американцы забрали с собой?

– Нет, их кремировали пять дней назад. Сразу после того, как начали проявлять активность штатовцы. Кстати, есть еще один интересный момент: американская форма Харпера – не совсем американская...

И Диана рассказала о наблюдениях и выводах юного любителя военной атрибутики.

Некоторое время Лесник задумчиво молчал. Наконец нагнулся, поднял сумку Дианы, закинул ее на плечо и направился к лифту.

– А сейчас нам надо... – начал было он, войдя в кабину.

– Тебе надо, Лесник, – перебила Диана. – Тебе. А мне надо позавтракать, принять душ и отоспаться. Забыл, что я всю ночь следила за чертовым складом Азиди?

– Ладно, езжай в гостиницу. Там на первом этаже есть неплохой рыбный ресторанчик, можешь заказать завтрак в номер. А я прокачусь в Оденсе, в гости к нашему аристократу. Попробую раздобыть еще немного информации... И если дом Валевски соответствует своему хозяину – то ты много потеряла, отказавшись составить мне компанию.

– Не проще ли для получения информации связаться с ним по электронной почте?

– Увы, старик не пользуется компьютерами. Принципиально. Как он сам выразился: «я привык получать информацию от живых людей; или от мертвых – через страницы старых книг». И мобильник с собой не носит. Единственная его уступка техническому прогрессу – радиотелефон в автомобиле. Обитает совсем в другом мире, понимаешь? Где нет юзеров и спамеров, флэш-мобов и он-лайнов, аккаунтов и... Ого...

Лифт спустился на первый этаж (именуемый, впрочем, датчанами этажом «А»), двери разъехались, – и Лесник сдержал изумленное восклицание, готовое сорваться с уст. И сделал вид, что первый раз видит человека, готового войти в кабину, – господина Теодора Валевски собственной персоной. Легок на помине...

Аристократ с учтивым полупоклоном посторонился, давая пройти Диане, скользнул равнодушным, не узнающим взглядом по лицу Лесника. В одиночестве вошел в лифт, двери закрылись. В окошечке замелькали цифры – и остановились на пятерке.

Па-а-анятно... До Валевски тоже дошла весть о находке траулера «Лизетт» и загадочном пациенте госпиталя. Вопрос в другом: старик отправился сюда, выполняя поручение Юзефа, решившего, что два источника информации лучше, чем один? Или визит связан с собственными изысканиями господина Теодора, касающимися кораблей-призраков? В любом случае, раз старик так конспирируется – афишировать знакомство не стоит...

– Похоже, мой визит в Оденсе ненадолго откладывается... – сообщил он Диане на автомобильной стоянке госпиталя.

Она машинально кивнула, рассматривая огромное мозаичное панно, призванное облагородить мрачную стену больничного морга – и вполне со своей задачей справлявшееся. На панно была изображена ладья достаточно древнего и утлого вида, плывущая куда-то по бурному морю. Среди пассажиров ископаемого плавсредства – бородатых, в старинных одеждах – выделялся один, украшенный сияющим нимбом.

– Ты знаешь, чем знаменит святой Брендан? – спросила Диана, имея в виду нимбоносца.

– Насколько я помню, это христианский аналог Синдбада-морехода. Плавал со спутниками по здешним морям, и встречались ему всевозможные чудеса и диковинки: чудо-юдо рыба-кит, заколдованные острова, корабли-призраки...

– Вот-вот... Тебе не кажется, что куда ни ткнись в этой истории – всё упирается в них? В корабли-призраки?

Ответить Лесник не успел. На парковочной площадке появилось новое действующее лицо – старший медбрат Юхан. Одернул курточку салатного цвета, недоброжелательно взглянул на Лесника и спросил-таки у Дианы: