Конвойник
Шрифт:
– Подлец! Сволочь! Да как ты только посмел это сделать со мной!!!
– О чём ты?!
Агнесса застыла на лестнице, уперев в руки бока и сверкая разъярёнными глазами:
– Ты знаешь, о чём! Я беременна!!!
Он улыбнулся:– И что? Я рад этому. Честно. Очень рад.
– А меня ты спросил?
Парень прошёл к дивану, стоящему возле камина, сбросил на него куртку, оставшись в рубашке:
– Спрашиваю.
– Так вот! Никогда! Я, в конце концов, дочь Христова! И давал обет!!!
Макс спокойно сел, вытянул ноги, пристально взглянул на по-прежнему стоящей на лестнице Агнессу, затем протянул к ней руки:
– Иди сюда, малышка.
Та медленно, нехотя двинулась к нему, так же медленно приблизилась, и возмущённо пискнула, когда его руки сгребли её и заключили в объятия, опустив к себе на колени. Он погладил её по пышным волосам цвета ночи:
– Я рад, что у нас будет ребёнок. Честно. Это лучший подарок для меня, который ты могла сделать…
Она жалобно прошептала:– Но я же монахиня… И давала обет безбрачия и бездетности…
– А это входит в твой контракт?
Агнесса попыталась отстраниться, уперевшись в его грудь кулачками, но тщетно – парень был куда сильней.
– О чём ты?! Не пойму…
– Ну, как же, госпожа прокуратор…
Она мгновенно извернулась, рванувшись, но куда там – тщетно. Захват был надёжным, как та не билась, всё оказалось бесполезным. Парень выкрутил ей руки за спину, заставив уткнуться носом в себя, и в отчаянии та ухватила зубами, рванула… Но не обращая внимания на острую боль, Макс успел набросить на её запястья силовые наручники. Только потом нажал на подчелюстные нервные узлы, заставив разжать рот, и неожиданно бережно снял с колен и усадил девушку на диван. Затем поднялся, потёр укушенное место.
– Больно. У тебя хорошие зубы. До крови цапнула.
Агнесса вскочила, словно ужаленная, попыталась его пнуть, и вновь упала на место от лёгкого толчка.
– Посиди и успокойся. А заодно – подумай.
По красивому лицу поплыли пятна. Наконец она глухо процедила:– Давно ты знаешь обо мне?
Молча кивнул. Потом пояснил:– Ещё от старого Николаса. Но я не думал, что ты осмелишься убить подругу.
Её лицо хищно исказилось:– У таких, как я, нет подруг и друзей! Только объекты!
Снова кивок, и спокойный голос:– Да. Объекты разработки. Ещё вы славитесь не только своей безжалостностью, но и хитростью. По крайней мере, я не слышал ни про одну вашу операцию, которая бы была неудачна.
– Ты…
Её голос стал напоминать шипение змеи, но Макс махнул рукой:– Успокойся. Тебе вредно волноваться. Ребёнок родится нервным.
Она снова попыталась вскочить, но упёршийся в лоб палец заставил остаться на месте. Ольсен сел рядом, прижал к себе, улыбнулся, словно ничего не было, повторил:
– Ты знаешь, я так рад, что у меня будет ребёнок…
Услышанное настолько выбило прокураторшу из колеи, что та на миг застыла:
– Что ты несёшь?!
– А что? У нас с тобой будет ребёнок. Разве это плохо?
– Ты… Ты серьёзно?! И хочешь, чтобы я родила тебе его? Именно – я?
– А чем ты отличаешься от других женщин? У тебя что, что-то не так? Три груди? Или пять ног?
Отстранился, шутливо окинул её взглядом, уныло пожаловался:– Ничего такого не вижу. Вроде всё как у других.
Вдруг мгновенным движением запустил ей руку под юбку. Агнесса от неожиданности ахнула, потом резко свела колени, но он опередил, выдернув руку назад:
– И тут точно так же. Так почему ты не сможешь стать матерью моего ребёнка?
И тут прокураторша взорвалась:– Ты совсем идиот, или прикидываешься?! Мы же враги!
Его руки вновь прижали девушку к себе.– Роди мне ребёнка. И я пощажу тебя. Обещаю. А ты должна знать, что Максим Ольсен всегда держит своё слово…
На этот раз Агнесса не стала вырываться. Притихла.– Ты не можешь подать сигнал своим. У тебя нет возможности вернуться обратно без моего согласия. Нет способа передать узнанное. И самое главное – координаты нашей базы тебе неизвестны. Единственное – ты знаешь примерное местоположение. Но Вселенная безгранична. И искать нас можно века без всякой надежды на успех. Если же ты будешь примерной женой, которая, тем более, станет матерью моих детей, то ты будешь жить.
Агнесса горько усмехнулась:– Ты надеешься, что сможешь отсидеться неизвестно где? Сделать меня деторождающей машиной, которая станет послушно вынашивать тебе одного ублюдка за другим и ублажать твоё эго всё остальное время?
Он отрицательно покачал головой:– Не настолько я низко пал. Хватит нам и одного малыша.
– А потом?
И вновь Ольсен смог удивить Агнессу, шутливо коснувшись её носика:– Посмотрим на твоё поведение…
Воцарилось молчание, прерванное ей:– Значит, если я рожу тебе ребёнка, то ты оставишь мне жизнь?
– Совершенно верно.
– И неважно кого, мальчика или девочку?
– Совершенно. Главное, что теперь появится наследник. Или наследница. Но!
Он поднял в воздух указательный палец:– Ты не должна вредить ему. Никаким образом. Просто выноси и роди.
– А потом?