Чтение онлайн

Как скоро выяснилось, третий уровень оказался не последним. Метров через двадцать пять широкий коридор оканчивался просторной лестничной площадкой, за которой раздваивался. Одна его часть еще метров шесть тянулась по прямой, затем уводила влево, а другая пологой галтелью спускалась вправо вниз, изгибалась под 180 градусов и ныряла под площадку. Малой указал на галтель.

Рама сразу ощутил наклон поверхности. Потянуло вперед, шаг сделался широким. От напряжения начали подрагивать руки, а ствол постепенно клонился к полу. Рама ощутил, что сердце бьется уже где-то под горлом. Палец как нерв замер на спусковом крючке и был готов в любой момент нажать. Какая только хрень не лезла в голову, одна мрачнее другой. Вспомнился звук, который он не забудет, даже когда настанет время помирать. Случилось это года четыре назад еще до того, как попал к «фазерботам». Ходил в звене Герыча. Забрели как-то на целлюлозный завод, что за путями. Перцу, которого сопровождали, край надо было попасть в пожарное депо. Насколько Рама понял, был он вовсе не ученым, а «ко?мерсом», коему почить в патоке обрыдло. «Жизни хочу настоящей ощутить, – говорил он, – которая там и водится, где бок о бок со смертью трется. Заодно пороху нюхну, себя испытаю».

Шел он картой какого-то сталкера с птичьей кличкой, сразу и не вспомнишь. И не за трофеями вовсе, а по «историческим местам», может, брехал, скользким был тип до определенного момента. Уже на обратном пути захотел на крышу целлюлозного цеха подняться. Так сказать, широким взглядом узреть.

Обходили огромный станок с бумажной бухтой тонн на десять. С края рулон изодрал какой-то мутант.

Герыч шел первым за ним Рама, следом «ко?мерс», потом Флойд и замыкал Целик. За каким бесом этот вроде бы неглупый мужик, который прошел полный инструктаж, которому всю дорогу втемяшивали – след в след, кинулся за распределительный щит? Увидел, что-то ценное? Испугался?

Прежде чем разорвать, «мясорубка» его хорошенько отжала. Звук при этом был такой, словно скручивают тугой кожаный бурдюк. Трещит, скрипит комерс, стонет натужно, будто сопротивляется аномальной силе. А потом бабах – разлетелись клочки по закоулочкам. Заглянули за щит и ничего, кроме кровавых ошметков там не увидели.

И вот звук этот сыромятный, нет-нет, да и всплывет в памяти. Пустит мороз по коже, заставит по новой представить, как мужик пыжится, а она его все равно крутит, не спеша, как удав добычу. И что больше за душу берет, Рама не определился: то ли натужный стон, то ли кожаный скрип.

«А Сверчок? Нет, только не так, – говорил себе Рама, делая очередной шаг, – лучше быстро и сразу». Почему-то он больше убивался по беззащитному парню, которого пустил на заклание, чем по матерому наемнику Чилиму, который знал на что шел и под всем подписался. Рама жалел Сверчка, чувствовал вину перед ним и всерьез подумывал, если после своих желаний еще останется запас, обязательно попросит за его, а потом за Чилима.

Сзади слышались шаги, равномерное тихое подвывание сервоприводов, шорохи одежд. «Надо бы растянуться, опасно так в куче. Ну да ладно, почти на месте».

По галтели спустились на четвертый уровень. Здесь света не было вовсе. Пришлось включить ПНВ. Ссэр последовал примеру Рамы. По стенам шнырял одинокий луч фонаря Малого.

Короткий коридор в десять шагов, две двери справа, одна слева, закончился. За ним распахнулось большое пространство, заставленное по большей части с левой стороны громоздкими установками. Некоторые были повреждены взрывом. Как догадался Рама, это и был реактор. Из-за раскуроченного металла проливалось тусклое свечение.

– Пришли, – в наушниках послышался усталый голос Ссэра.

– Стойте! Спешить не надо! – сказал Малой, – есть одна проблемка.

– В каком смысле? – Рама обернулся к научнику.

Тот суетился вокруг профессора.

– Эй, Малой, – не отставал спецназовец, – что за проблемка?

– Полтергейст, – продолжая заниматься своими делами, не сразу ответил Малой. Он помогал Валерию Степановичу сесть на край платформы и спустить ноги. Затем осторожно снял один из алюминиевых контейнеров, поставил на пол. Снова вернулся к транспортеру. Приподнял крышку небольшого ящика, закрепленного у правого борта, произвел какие-то манипуляции, после чего последовательно соединил все контейнеры между собой гибкими шинами через утопленные в корпусах и защищенные сдвижными консолями штекеры. Затем помог профессору встать и развернуться. Продолжал его поддерживать, когда тот трясущимися руками взялся за пульт управления и задвигал стики.

Через несколько секунд, часто переступая на механических ногах, груженый мул развернулся по направлению к реактору. Из внутреннего кармана куртки Малой извлек еще один пульт, только намного проще, чем у профессора – с красной кнопкой и с защищенным откидным колпачком переключателем.

Хотя расстояние было приличное, примерно пятьдесят метров, тусклого света хватало, чтобы подкрасить белым напряженную фигуру Малого, его заострившееся, сильно осунувшееся лицо, скрюченного профессора, руки с пультами, алюминиевые контейнеры, транспортер.

Несколько секунд они стояли неподвижно, как статуи и смотрели на белое свечение, затем скрюченный палец двинул стик. Мул взвизгнул приводами и по прямой направился к центру зала.

– Там же научное оборудование, – неуверенно проговорил Рама, начиная догадываться, что возможно, в алюминиевых ящиках нечто другое, к примеру, генератор излучения, способного нейтрализовать мутанта. Насколько он был осведомлен, полтергейст слеп и глух, ориентируется лишь на электромагнитные импульсы с поля, которое «расстилает» вокруг себя.

Раме не ответили. Профессор и Малой продолжали напряженно смотреть на транспортер. Мул перемещался, не спеша, и безостановочно. Это сработало. Яркая вспышка слева у стены среди громоздких шкафов и установок озарила помещение, раздался треск разрядов, следом сотни мелких и десятки крупных молний заполнили пространство, а затем устремились к машине. Они окутали ее, жалили и кусали, как пчелы шершня. Тем не менее механический ходок продолжал движение. Более того, он повернулся и бодрой рысцой направился к эпицентру.

От яркого света забрало затянуло черной пленкой. Рама отключил ПНВ. Раньше ему не приходилось встречать такие толстые, разветвленные молний, которые напоминали длинные суставчатые пальцы. Он представить не мог, как добраться до ШАРА, не уничтожив это препятствие, и как уничтожить, тоже не знал. Они всегда обходили «полтергейст» стороной и даже не пытались связываться.

Транспортер миновал половину зала и вдруг остановился. С левого борта потянулся нехороший черный дымок. Профессор испугался, это было видно по его рукам. Большие пальцы нервно задвигали стики, другие давили кнопки, но ничего не происходило.