Контроль
Шрифт:
Доктор Робертс в ответ на это улыбался и подписывал очередную справку на получение пособия.
Порой Тому казалось, что, в отличие от остальных врачей, доктор Робертс вовсе не считает его больным. Но в таком случае было совершенно непонятно, почему он делает вид, что согласен с поставленным Тому диагнозом?
Диктор в телевизоре продолжал вдохновенно выдавать банальные, давно уже набившие оскомину факты о Тунгусском метеорите. Речь его сопровождалась видеорядом, также не блещущим оригинальностью.
Том перевернул страницу лежавшей на коленке книги.
Новая глава называлась «Идеализм Ван Би в учении о глубочайшем».
С кухни доносился частый стук ножа по разделочной доске.
В выходные тетя Мэгги готовила на ужин что-нибудь необычное. Как правило, это был рецепт, который она в течение недели выбирала в многотомном издании «Кухни народов мира», занимавшем почетное место на одной из кухонных полок.
К самому процессу готовки тетя Мэгги подходила со всей основательностью и тщательностью, а потому и начинала заниматься этим важным и ответственным делом сразу после полудня.
Она в строжайшем секрете хранила название очередного воскресного блюда. А дядя Боб и Том изо всех сил пытались его разгадать.
Эта игра им никогда не надоедала.
Они внимательно следили за тем, что приносит тетя Мэгги из магазина, изучали содержимое холодильника, составляли список приправ, хранящихся в специальном ящичке. То и дело заглядывая на кухню вроде бы по каким-то своим делам, то один, то другой из них как бы невзначай пытался кинуть взор в пыхтящую на плите кастрюлю или сунуть нос в ковшик с томящимся в нем соусом.
Но всякий раз все их поползновения получали решительный отпор со стороны тети Мэгги, охранявшей свою кулинарную тайну, как бифитеры Тауэр. Что им было уготовано в воскресный вечер, дядя Боб с Томом узнавали не раньше, чем тетя Мэгги подавала блюдо на стол.
Угадать им не удалось ни разу.
Впрочем, и разочарованы они ни разу не были.
Бывали удивлены, но разочарованы – нет!
Пока тетя Мэгги священнодействовала на кухне, а Том читал и смотрел телевизор, дядя Боб трудился в садике на заднем дворе.
Это было его любимое занятие, которому он отдавал все свободное время.
И, надо сказать, результат был впечатляющий.
Соседи и друзья дяди Боба приводили своих знакомых для того, чтобы они могли полюбоваться садиком мистера Шепарда.
Дважды в дом Шепардов наведывался фотограф, чтобы запечатлеть особо выдающиеся уголки садика дяди Боба для «Ежегодного альманаха Британского общества садоводов-любителей». Что являлось большой честью для скромного бухгалтера небольшой фирмы, организующей пешие экскурсии по городу.
Все было как обычно.
Спокойно и неспешно утекающий из настоящего в прошлое воскресный день в семье Шепардов.
Том часто задумывался о том, что происходит с настоящим, когда оно оказывается в прошлом? Или же оно становится прошлым? И существует ли будущее, если в него невозможно заглянуть? Прошлое тоже нельзя увидеть, но мы его хотя бы помним. Его следы сохраняются в виде фотоснимков и видеозаписей. А будущее мы можем себе только вообразить. Да и то, как правило, оно оказывается совсем не таким.
Задавать вопросы, на которые не существовало ответов, было одним из любимых занятий Тома. Он задавал их себе самому, потому что опасался, что другие могут принять это за еще одно проявление болезни. Особо интересные вопросы, над которыми действительно стоило серьезно подумать, Том записывал в особую тетрадь.
А еще Том порой задумывался над тем, согласился бы он променять спокойную и размеренную жизнь в доме Шепардов на какую-нибудь другую?
Смог бы он стать, к примеру, пиратом? Или охотником на динозавров? Или космическим рейнджером?..
Разумеется, никто подобных предложений Тому не делал, так что вопросы, подобные этим, размещались в чисто теоретической плоскости.
Том вообще любил представлять себя кем-то из тех, про кого он читал. Герои кинофильмов для этого не годились – Тому трудно было представить себя на месте известного или не очень актера. А вот читая книгу, он запросто мог вообразить себя любым из ее персонажей. При желании он мог бы даже представить, что он древнекитайский мыслитель Ван Би, работающий над постижением смысла учения о глубочайшем.
Но в данный момент мысли его были о другом.
Пока тетя Мэгги на кухне колдовала над вечерним блюдом, а дядя Боб что-то вскапывал, пересаживал и обрезал в саду, можно было подняться в свою комнату и включить ноутбук.
Шансы, что его застукают, были ускользающе малы.
А значит, можно было рискнуть.
Конечно, если он попадется за этим занятием, его ожидает серьезный разговор с тетей Мэгги и дядей Бобом о том, что пользование интернетом налагает на человека особую ответственность, а Том, стоит ему только включить компьютер, сразу же терял над собой контроль.
На самом деле Том вовсе не терял над собой контроль. Он просто переходил в иную форму реальности, где законы обычного мира уже не действовали. И он уже был не Томом Шепардом, а кем-то совсем другим – пользователем с ником vikontbd.
Но объяснять это тете Мэгги и дяде Бобу, разумеется, было бесполезно. Тетя Мэгги до сих пор, когда ей требовалось узнать расписание автобуса до Лондона, тратила уйму времени, чтобы дозвониться на станцию, вместо того чтобы заглянуть в интернет. А дядя Боб не мог взять в толк, как можно с помощью компьютера покупать саженцы.