Чтение онлайн

– Повторяем приказ! Всем выйти из самолета! – опять прозвучало к диспитянам.

Донс бессильно посмотрел на специального агента. Тот сдвинул плечами.

– Вперед пойдут Дан и Сэм, – указал Гард на двух охранников, – мы же с президентом – предпоследними, а ты Дек, – обратился он к другому охраннику, – прикроешь всех.

– Думаю, оружие нужно скрыть и быть наготове, – прибавил Донс.

Еще раз осмотревшись через иллюминаторы и окна кабины пилотов и удостоверившись, что, кроме загадочного металлического куба, который въехал в светлое отверстие проема в стене помещения и через который к ним обращались, возле самолета нет никого, диспитяне открыли выходной люк лайнера и спустили предохранительный трап. Члены команды по очереди друг за другом стали выходить из самолета. Выходя, они прятались под крыло лайнера и обеспокоено оглядывались. В помещении не было никого.

– Побросайте оружие позади трапа! – опять донесся к ним новый приказ из странного аппарата.

Спрятав по пистолету, все другое оружие охранники Донса сложили в кучу под самолетом. Но хитрость не удалась.

– Сканирование показывает на наличие оружия, – прозвучало из металлического предмета. – Приказываем еще раз, не вынуждайте нас применять силу, сложите все оружие!

Гард с вопросом в глазах посмотрел на президента. Донс молчал. Но, быстро поразмыслив, дал согласие.

– Выполняйте, – сказал он, – ничего не поделаешь.

Агент и охранники разоружились полностью.

– Пройдите в открытый проем! – прозвучало в помещении.

Диспитяне вышли в главный коридор космического модуля. Перед ними котился на роликах уже известный металлический куб. Пленные поняли, что это был робот, через который с ними общались, и который указывал им направление движения.

– Идите за мной. Идите за мной, – раздавалось к ним изнутри предмета.

Пройдя с десяток метров коридором, диспитяне увидели вход в еще одно помещение и проследовали туда за роботом, который двигался впереди них. В результате они попали в просторный отсек, в середине которого в три ряда выстроились элегантные сидения кресел.

– Займите места в сидениях! – продолжали поступать приказы.

Президент и его команда покорились.

Самолет президента Донса пусто и одиноко возвышался посреди оставленного первого помещения.

Пока диспитяне оглядывались на новом месте, через дополнительный боковой проход в помещение с самолетом вошел Накоб с двумя своими помощниками. Все трое двинулись к лайнеру.

– Люблю устаревшую технику! У нас такой пользовались с тысячу лет назад, – оглядев самолет, сказал один из нагдазийцев и похлопал по металлической обшивке машины ладонью.

– Спроси, может шеф тебе его подарит, – шутливо бросил ему Накоб.

Все трое, смеясь, поднялись в середину лайнера.

Пройдя сквозь все салоны самолета и пооткрывав дверцы всех шкафов, обшарив ниши на борту машины, они наконец нашли, что искали. Накоб вздрогнул от удовольствия. Перед ним был пульт личной связи президента Донса со всеми стратегическими военными объектами Ойлогии, в том числе с ракетными базами.

– Наконец! Еще немного времени и усилий и мы – обладатели планеты! – с безудержной жаждой власти и господства, с недобрыми огоньками в глазах воскликнул он.

Двое его подручных захохотали.

– Разберемся, что здесь к чему, – склонившись над клавиатурой и монитором пульта связи, прошептал Накоб и сосредоточенно принялся осматривать оборудование.

В это время, умостившись в удобных, но неприветливых сидениях нового помещения, пленные шепотом обсуждали свое положение. Все остро чувствовали неизвестную опасность.

Только что все собравшиеся диспитяне более-менее опомнились, как с обеих сторон помещения появилось несколько вооруженных пришельцев. Подходя к каждому из диспитян, они пристегивали их металлическими браслетами к перилам сидений так, что встать уже было невозможно.

– Так будет надежнее, а также спокойнее и вам и мне. – Услышали пленные голос позади себя.

Обойдя ряды, перед ними появился сам Каднор во всей своей страшной красоте. Огромный, крепкий и со стальным взглядом, он навел на собравшихся непреодолимый ужас и безнадежность.

– Рад приветствовать вас на борту нашего космического корабля! – насмехаясь, сказал он присутствующим. Его голос также был обезображен устройством переводчика, что был закреплен у него на шее, и от этого придавал ему еще большей жестокости и ужасности.

– Я, капитан Каднор, вожак нагдазийцев, теперь стал и вашим повелителем! – продолжал он.

Собравшись с духом, президент Донс прервал его речь.

– А я – президент Ойлогии, самого могучего государства на планете Диспа, требую освобождения меня и моих подчиненных, извинения и объяснений относительно всех последних событий. Что вам нужно от меня и моего народа?

– Не надрывайся! – оборвал Донса Каднор и, смеясь, вернулся к группе своих солдат. Потом, окинув взглядом присутствующих и указывая пальцем на Донса, насмешливо сказал: – Он президент!?

– Ты презерватив! – продолжал вожак нападающих. – Для тебя, по-видимому, будет интересно узнать, что во Вселенной есть и более могучие чем ты и твоя страна. Поэтому закрой свой ротик и выполняй, что тебе будут приказывать, если не хочешь, чтобы тебя и твою самую могучую на планете страну не перетерли в пыль.

Двери в помещение отворились, и к Каднору быстро подошел один из нагдазийцев, который был вместе с Накобом внутри самолета диспитян. Сообщив вожаку о находке и работоспособном состоянии оборудования для управления запуском ракет, он однако заметил, что для полного владения ситуацией не хватает кодов доступа к непосредственным командным действиям из найденного пульта связи.

– Накоб проанализировал возможные варианты, – пересказал он Каднору результаты их работы. – Чтобы войти в систему с пульта необходимо, чтобы совпали параметры ладони и роговицы глаза с заложенными в программу в качестве пароля.

– Несомненно, это его параметры. – Сказал Каднор, коварно усмехаясь и указывая на Донса. – Отцепите его и проведите на борт самолета.

Двое нагдазийцев ухватили Донса и, отцепив от кресла, в котором он сидел, повели к помещению с лайнером.

Донс попробовал упираться, и его еще жестче схватили за руки, а один из нагдазийцев пнул его в спину, показав жестом, что будет еще хуже, если тот не оставит свои попытки противиться.