Контрабанда
Шрифт:
– Уверен, ты прекрасно справишься, – он кивнул и обнажил зубы в сдержанной улыбке. – Не зря ведь сам Хорос выбрал и привел сюда именно тебя. Да – и я хотел бы, чтобы ты никому не рассказывал о нашем с тобой разговоре.
За сервером было жарко и шумно. К тому же прямо напротив головы располагался вентилятор, охлаждающий процессоры в соседнем блоке – дуло прямо в физиономию. Волосы у Гильзы развевались, как от ветра на гавайском пляже. Да он и представлял себя где-нибудь далеко-далеко, на берегу ласкового моря. Только не мог вспомнить – видел ли он раньше такое небо, такой пляж. И отчего-то перед глазами стоял большой десантный корабль, врезавшийся в песок…
– Не бойся, Гильза, здесь тебя не найдут! – раздался бодрый высокий голос.
– Ага, мы тебя так упрятали, что и сами бы не нашли, – вторил гнусавый басок. – Никто ведь не знает, что этот сервер – всего лишь пустая коробка.
– Точно! Все стремится к миниатюризации. Если мы уберем эти здоровенные ящики – здесь ничего не останется, и все решат, что мы здесь нафиг не нужны. А это не так.
– Мы еще как нужны!
– Особенно себе самим! Хе-хе!
Айтишники. Лохматый и смешливый – Вася, с рыжей бородкой и вечно задумчивым взглядом – Игорек.
Один – программист, другой – сисадмин. Правда, до сих пор так и не удалось запомнить, кто из них кто. Какая разница – ребята общительные, отзывчивые и склонные к авантюрам. Другие бы не стали прикрывать скрывающегося от начальства курьера, тем более в корпусе старого сервера.
– Кстати, ты от кого прячешься? – спросил Вася.
– Ото всех, – глухо отозвался из укрытия Гильза.
– Бывает, – заметил Игорек. – На меня тоже иногда накатывает депрессняк, так и хочется куда-нибудь сбежать.
– Лучше всего – в Турцию, – заметил Вася. – Говорят, цены нормальные.
– А ты там был?
– Не, я чисто теоретически…
– Ах, теоретически… Тогда ладно. Ну что, в «контру»?
– Давай, коль не шутишь!
Серверная наполнилась грохотом: приятели принялись биться в «Контр-страйк» по локальной сети.
Визит к инквизитору стал последней каплей в клубке пережитого за последние дни. За тонкой металлической стенкой было тепло и – спокойно. Гильза надеялся, что про него забудут – хотя бы на время.
Но не тут то было.
Перекрывая шум компьютерной битвы, раздались чьи-то голоса. Стрельба, взрывы и стоны умирающих прекратились, и стал слышен знакомый голос. Он, без сомнения принадлежал Сан Санычу:
– … А я вам говорю, что мой детектор не врет! В серверной есть кто-то третий!
– Да что вы такое говорите, Сан Саныч? – с фальшивым удивлением воскликнул Вася. – Откуда здесь какой-то третий?
– Право слово, уважаемый, где у нас поместиться еще кому-то? – рассудительно добавил Игорек.
– А вот мы сейчас посмотрим! – пообещал Сан Саныч. – Никто еще не говорил, что мои приборы врут!
– Но, согласитесь, ошибки случаются и у великих мастеров! – льстиво произнес Вася.
– А на прибор могут действовать всякие там магнитные поля, флюктуации разные… – предложил вариант Игорек.
– М-да? – протянул голос Чигура. – А вот мы сейчас посмотрим. Ну-ка, пропусти…
По металлу над головой постучали.
– Давай, выходи уж, флюктуация…
Сан Саныч осмотрел взъерошенного, запутавшегося в проводах курьера, кинул презрительный взгляд на айтишников, постучав ногтем по массивному прибору, отдаленно напоминающему компас, и с видом победителя удалился. За ним вышел Чигур.
Гильза понуро остановился в дверях, оглянулся и слабо улыбнулся айтишникам. Те только развели руками: мол, сделали все, что могли.
– Спасибо… – буркнул Гильза и отправился вслед за регистратором.
Тот выгнал из комнаты отдыха скучающую бухгалтерию и закрыл дверь. На всякий случай даже подпер ее креслом. Гильза со скорбным видом сидел за столиком, прямо напротив Чигура. Неуловимая Зина суетилась у стойки, заваривая чай, нарезая сыр, раскладывая по тарелкам пирожные.
– Ты чего это вздумал прятаться? – поинтересовался Владимир Иванович, делая громче висящий на кронштейне телевизор. Конспирация не ахти какая, но лучше, чем ничего.
– Не знаю, – пожал плечами Гильза. – Надоело все. Всюду я виноват. Одним я мешаю, другие думают обо мне непонятно что…
– Другие – это инквизитор? – подхватил Чигур.
– Ну, да, он.
– А ну-ка, давай в подробностях, – потребовал регистратор.
Этого Гильза и боялся: начнутся расспросы, придется снова что-то говорить, и он опять наверняка малость, да напутает. А ведь инквизитор строго-настрого запретил рассказывать, о чем они говорили. Гильза мучился, раздираемый противоречиями. С одной стороны, отец Пемброук проявил к нему неслыханное внимание – как никто в земном Ордене. Даже сам Хорос не оказывал ему такого доверия. С другой стороны, было стыдно что бы то ни было утаивать от Владимира Ивановича.
– Так о чем вы говорили? – спросил Чигур, поудобнее устраиваясь на стуле.
– О чем говорили? – промямлил курьер. – Да ни о чем, в общем…
– Что-то вы очень долго говорили об этом «ни о чем», – вставила Зина, продолжая нарезать тортик. Слух у нее был прекрасный, а любопытство – просто немереное.
– Ну? – нахмурился регистратор. – Не тяни!
Гильза тоскливо посмотрел на дверь. С Чигуром не стоило ссориться. Разве что, передать ему только часть беседы?
– О здоровье меня спрашивал, – сказал Гильза. – Как мне работается…
– Очень любезно с его стороны. Дальше.
– Ну… Спрашивал, как я попал в Линию…
– Интересно… Про Хороса спрашивал?
– Да нет вроде, – протянул Гильза.
И покраснел.
– Значит, спрашивал, – удовлетворенно заключил регистратор. – А что именно спрашивал?
Курьер заерзал на стуле.
– Так, дорогой… – медленно произнес Чигур, в такт словам постукивая ногтем по столешнице. – Я, конечно, понимаю, что тебя запугали, пригрозили, приказали молчать…
– Никто меня не запугивал! – вспыхнул Гильза. – Даже наоборот! Зря вы так плохо о нем думаете!