Контрабанда без правил

Ryszard 'Cwirlej

Reczna robota

г. Катовице, пятница, 20 сентября 1985 года, 7:15

С утра шел дождь. Красный автобус № 297 притормозил, чтобы пропустить двигающийся навстречу зеленый «Фиат», а затем пересек проезжую часть и выехал на небольшую улицу, ведущую в новый микрорайон Охойец. Его передние колеса влетели в огромную лужу, забрызгивая тротуар грязной дождевой водой.

– Смотри, куда едешь, – возмутился Алойз Пёнтек, угрожая водителю автобуса кулаком. Вода намочила ботинки и штанины. Он быстро отряхнул грязь, но это не помогло, брюки намокли. В конце концов он махнул рукой и решил, что зайдет в магазин по другую сторону улицы Вальтера Янке и посидит на подоконнике над радиатором. Может, немного подсохнет, подумал он и быстро перешел дорогу.

Магазин, который местные с большой натяжкой называли универсамом, имел продолговатую форму и был одной из самых важных точек на карте микрорайона. Считалось, что он лучше снабжался продуктами. Однако для Алойза это не имело значения. Вопросы покупки мяса, колбасных изделий и овощей нисколько его не волновали. Об этом заботилась жена. Он интересовался универсамом, потому что здесь можно было раздобыть пиво «Тыске Гроне», иногда даже попадалось «Княжеское». Он очень любил пиво, особенно по утрам с похмелья.

Он подошел к двери универсама. Та открылась перед ним от толчка изнутри, и на улицу вышел одетый в потасканный плащ Герард Матусяк. Шестидесятилетний низкорослый мужчина, всего каких-то метр пятьдесят, радостно улыбнулся при виде Алойза:

– Алойз, друг, как дела?

Они поздоровались, обменявшись рукопожатием.

– Ну и вид у тебя, – Герард посмотрел на грязные и мокрые брюки друга.

– Да это тот баран на автобусе, – ответил Алойз, кивая головой в сторону улицы. – Мне надо выпить, чтоб он был здоров.

– Ясное дело, – согласился с ним друг. – Ездят и ни на кого не смотрят. А ты смотри сюда, – сказал он, быстро расстегивая плащ.

За пояс была заткнута бутылка плодово-ягодного вина. Алкоголь продавался с 13 часов, но у Герарда в универсаме были связи. Его знакомая работала в продуктовом отделе, и в экстренных случаях он мог рассчитывать на товар из-под прилавка. Сначала он хотел купить пиво, которое можно было продавать с самого утра. Но оказалось, что денег ему хватает только на чернила, так что нечего было долго рассуждать.

– Нормально, чернила тоже сойдут. Зайду еще купить пива, одной бутылки мало, – сказал Алойз и исчез за дверью магазина, оставив Герарда одного.

Спустя пять минут он вернулся. В руке он держал авоську, в которой было несколько бутылок «Тыске». Он всегда носил ее в кармане куртки на всякий случай, если ему вдруг понадобится что-нибудь купить. Сейчас авоська пригодилась, чтобы нести пиво.

– Давай сюда бутылку, если вылетит, будет жалко.

Мужчина бережно положил бутылку в авоську, и они вдвоем пошли по тротуару. Им не нужно было договариваться, куда пойти выпить. Метров пятьсот от этого места, ближе к центру Катовиц, был заросший кустарником глубокий овраг, который давно облюбовали местные алкоголики. Достаточно было спуститься вниз по протоптанной толпами любителей вина тропинке, чтобы попасть в скрытое от посторонних глаз место. Там можно было спокойно выпить, не опасаясь, что какой-нибудь милиционер прицепится к дегустаторам дешевого алкоголя.

Они прошли мимо высоток и небольшого рынка. Здесь было шумно с раннего утра. Длинная очередь женщин стояла перед киоском, где цыплята продавались без карточек. Вторая, еще больше, стояла перед мясным. Двое мужчин не обратили внимания на стоявших женщин. Они лишь ускорили шаг, как будто боялись, что встретят знакомую или соседку. Лучше не попадаться на глаза этим старым кошелкам, которые могут человека незаслуженно обговорить. Но они обратили внимание на противоположную сторону улицы. Там, в трехэтажном старом здании, был пивной бар «У Плюты». В это время он был еще закрыт, так как работал с девяти, а на тротуаре уже стояла небольшая группа любителей пива. Они вовсе не ждали, когда откроется бар. Здесь они скидывались на первое пиво, которое собирались выпить под универсамом; бар «У Плюты» был лишь местом собрания жаждущих всего микрорайона.

Алойз кивнул собравшимся мужчинам и прибавил скорость. Он был знаком с ними, но не слишком их уважал. Он не проводил время в компании этих синяков. Они принадлежали к худшей категории алкоголиков, у которых никогда не водились деньги. Двое или трое были местными, остальные – отбросами из рабочего общежития. Заработанные деньги они сразу пропивали, а потом, чтобы выпить, вынуждены были скидываться. Вот они совсем другое дело. У Алойза и Герарда были деньги. Правда, не очень много, но всегда. Они были шахтерами на пенсии, поэтому у них было, что пропить. Большую часть шахтерской пенсии они отдавали женам, остальное тратили на свои нужды, то есть ежедневное пиво и вино, а иногда на карточную игру «Скат».

Не оглядываясь больше на людей у бара, они спустились к оврагу и забрались в густые, желто-красные осенние заросли. Им пришлось пройти метров сто вглубь небольшой рощи. Перед ними была поляна, усыпанная втоптанными в землю металлическими крышками и пластиковыми пробками. Под деревом стояла деревянная скамейка, несколько лет назад кем-то перетащенная из сквера для большего комфорта выпивающих.

Они вздохнули с облегчением, потому что их излюбленное место было не занято. Сегодня они были здесь первыми, поэтому могли спокойно занять скамейку. Они уселись на влажные доски; масляная краска отслаивалась от них большими кусками. По крайней мере, не капало за шиворот, потому что кто-то из постоянных посетителей этого места натянул на ветках дерева прямо над скамейкой большой кусок пленки. Алойз поставил авоську посредине и достал из нее две бутылки пива. Он ловко снял крышки открывалкой на перочинном ноже с двенадцатью лезвиями, который всегда носил с собой. Он протянул бутылку другу, оба молча сделали по большому глотку.

Взгляд Герарда замер на странной точке вдали от них. Мужчина чуть не подавился пивом. Он быстро проглотил остатки жидкости и вскочил на ноги.

– Ты чего? – удивился Алойз.

– Посмотри туда! – крикнул Герард, махнув рукой в сторону зарослей перед ними.

Его друг посмотрел в указанном направлении.

Матусяк поставил наполовину пустую бутылку пива на скамейку и побежал вперед. Спустя пару секунд он был уже на месте. На земле лежало что-то черное, издалека выглядевшее, как большой тряпичный сверток.

– Господи, – выкрикнул выглядывающий из-за плеча Герарда Алойз Пёнтек, по-прежнему державший в руке бутылку «Тыске».

Прямо перед ними лежал связанный пожилой мужчина. Опухший посиневший язык высовывался изо рта, а затуманенные, вытаращенные и покрасневшие глаза как будто смотрели на двух алкоголиков с немым упреком.

Герард быстро перекрестился, а потом присел рядом с лежавшим мужчиной и одним движением сорвал с него черный железнодорожный плащ, которым тот был накрыт.

– Ужас! – Алойз почувствовал, как кровь отхлынула от лица.