Чтение онлайн

Призадумалась Аллочка. Неслыханное дело, чтобы патрон нисходил до личного общения с поставщиками. И ладно бы Дмитрий Львович пригласил к себе кого-нибудь из крупных партнеров, но Аллочкины друзья-фирмачи были не из таких. По большому счету, поставляемое ими оборудование было каплей в море, незаметной каплей в море оборота «Конторы». Почему же шеф вызвал этих парней лично, не поручив сделать это секретарше и не затребовав у Аллочки никаких данных по ним? Быть может, Аллочка принимала все слишком близко к сердцу, но в поведении патрона явственно проступали некоторые странности, на которые не стоило закрывать глаза, тем более человеку, чье «рыльце» изрядно вывалено «в пуху»...

Аллочке не пришлось долго гадать на кофейной гуще. Минут через пять Вера, нащебетавшись вдоволь и выпив свой чай, отправилась на свое рабочее место, а еще через минуту она впорхнула в зал и принятым в конторе жестом сообщила Аллочке, что той нужно срочно явиться к начальнику отдела.

Аллочка не мешкая явилась на зов.

Итальянцы уже отбыли. По лицу шефа Аллочка не смогла прочесть, чего стоит ожидать от разговора, но Дмитрий Львович не стал тянуть резину и приступил прямо к делу.

— Заходи, садись.

Он сидел, склонившись над лежащими перед ним бумагами. Это были два листка отпечатанного на принтере текста. Докладные записки: текст и цифры.

— Вот тут у меня лежит докладная... — Дмитрий Львович сам ответил на незаданный Аллочкой вопрос. — Очень интересная докладная. Знаешь о чем?

— Пока нет. — Аллочка на всякий случай улыбнулась.

— Тут два листочка. — Начальник отдела поднял листки так, что Аллочке осталась видна лишь девственно чистая тыльная сторона. — Первый извещает меня... Не догадываешься? О том, многоуважаемая моя, что, по данным наших маркетологов, мы закупаем некоторые группы оборудования слишком дорого. Слишком. Есть с десяток фирм, жаждущих продать нам то же самое барахло значительно дешевле. Что я должен думать, читая эти пламенные строки?

— Ну, пусть пришлют материалы по этим фирмам...

— Они пришлют. С них станется. Но пойдем дальше. — Дмитрий Львович отложил верхний листок в сторону. — Из второго листочка я узнаю, почем наши конкуренты продают такое оборудование в Москве в розницу. Й вырисовывается знаешь какая картина?

— Нет, — ответила Аллочка, не без трепета осознав, что говорит чистую правду: в последнее время ее эти данные не слишком интересовали. К чему? Все равно поставщик правдами и неправдами останется прежний.

— Получается, что мы в Италии платим за эту дребедень дороже, чем ее можно купить в том же «Негоцианте»! А продавать пытаемся, соответственно, втрое дороже, чем они. Что это, радость моя, за работа с рынком?!

— Но ведь покупают... — пробовала защищаться припертая к стене сотрудница.

— Покупают. А знаешь кто покупает? — Не рассчитывая услышать ответ, Дмитрий Львович ответил сам: — Покупают оптовики из регионов, которым мы даем бешеные скидки, которым некогда мотаться по Москве на своих «КамАЗах» и собирать с миру по нитке оборудование по разным фирмам! И знаешь, откуда я это узнал?

Аллочка пожала плечами.

— Да все отсюда же, добросовестная моя! — Шеф встряхнул докладной. — Из этого вот анализа господ маркетологов. Они, видишь ли, анализируют, вникают в суть процесса. А ты?

— Я не знаю, откуда у них такие данные...

— Это не главное. Гораздо важнее то печальное обстоятельство, что таких данных нет у тебя. — Дмитрий Львович отложил документы в сторону. — Из чего можно сделать вывод, что вы, мадемуазель, мягко говоря, не очень... успешно справляетесь со своими обязанностями. Прав я?

Аллочка недурно умела читать между строк. Речь шла не о ее подкупе, а о недостатках в работе. Причем именно о недостатках, которые можно было исправить, иначе формулировки и тон разговора были бы иными. К чему идет дело? Ее пожурят за промахи, может быть, лишат премии. Так черт с ней, с премией! Если так, то Аллочка дешево отделается.

— Правы, Дмитрий Львович, — сказала Аллочка покаянным голосом.

— Думаешь, прав? — с сомнением переспросил патрон. — А я вот сомневаюсь. Тут у меня еще завалялся твой отчет...

Аллочка вскинула глаза. В руках начальника отдела и впрямь был ее отчет. Точнее, ксерокопия с него. Сам-то отчет лежал на Аллочкином столе, и до этой минуты она наивно полагала, что эти таблички никому не интересны.

— Я полистал его маленько... — Патрон перевернул пару страниц, словно восстанавливая в памяти их содержание, и кинул на свою сотрудницу колючий взгляд, под которым та вновь ощутила себя препарированной бабочкой. — Липа все это.

Аллочка открыла было рот, но не нашлась, что сказать.

— Липа все, — повторил шеф. — А раз это липа, то сделана она не просто так. С умыслом сделана. С какой же целью? Кому эта туфта на пользу? Да нашим итальянским друзьям и на пользу! Если верить этому отчету, то лучше их нам не сыскать, хоть год скачи на дикой лошади Пржевальского по долинам и по взгорьям. Так с какой же стати русской девушке, «красавице, комсомолке, спортсменке», так полюбились какие-то макаронники, которых она видела первый раз в жизни? Любовь с первого взгляда? Очень по-шекспировски, по-итальянски то бишь. Но чтобы наша доморощенная лимитчица вот так с разбегу в омут головой...

Аллочка почувствовала, что во рту пересохло. На несколько секунд незримый смерч закрутился вокруг, пытаясь опрокинуть ее со стула в бездонный лог обморока; тело стало ватным.

Она попалась! Попалась!

Мгновенно нарисовались перед мысленным взором увешанные золотыми цепями дружки «майонезных магнатов». Она почти услышала их голоса, расписывающие все последствия измены хозяевам: пытки, счетчики, рабство, пропавшие без вести люди и неопознанные трупы...

Бежать!

Аллочка хотела вскочить, но ноги не послушались ее.