Чтение онлайн

Потом в углу из секций собрали блестящий бак с прокладками из различных пористых веществ. И ещё несколько конструкций, назначение которых Митька и Колька даже не могли предположить.

Наконец, кажется, всё было готово. И удовлетворённый Емельян торжественно произнёс:

– Ну, мужики, завтра начнем!

– А что?.. Что будем делать?
– робко спросил Колька.
– Нас за это в милицию не заберут?

Емельян переглянулся с Митькой, словно тот всё понимал. Хотя, по правде говоря, и Митьку раздирало любопытство, но он держал фасон крепился изо всех сил и, выслушивая указания студента, многозначительно кивал: дескать, ясно, соображаю, не лыком шит...

– Великое открытие будем делать, мужики, - задумчиво сказал Емельян.
– Айда во двор, душа простора требует...

Вышли из дома, уселись на завалинке. Студент облегчённо вздохнул:

– Господи, хорошо-то как...

Да, чего-чего, а простора здесь хватало. Солнце садилось за лесом.. Ало полыхал закат, окрашивая вершины сосен. Тревожно щебетал соловей ночная птица. А с поля, некошеного, дикого, доносил ветер пряные ароматы трав.

– Слушайте, мужики. Излагаю основную гипотезу.
– Емельян бросил пламенный взор на своих сподвижников. При этом Колька съёжился от жути, а Митька, наоборот, - вытянулся, как струнка, тронь умелой рукой - зазвучит, заиграет, запоёт.

– Живая материя!..
– трепетно сказал Фролов.
– Она - самый смелый, самый уникальный опыт, поставленный природой. Только наблюдай, анализируй, думай... Английский ботаник Роберт Броун поместил в каплю воды цветочную пыльцу и увидел под микроскопом её хаотическое движение. Что это? Чем горячее вода, тем интенсивнее дёргались мелкие частички... Броун не смог объяснить это явление. Но он обратил на него внимание, и другие поняли...

– Тепловое движение молекул, - вспомнив физику, воскликнул Митька.

– Точно!
– подтвердил Емельян.
– Отсюда термодинамика... Паровые котлы... Прогресс... Цивилизация...
– Фролов вскочил, обвёл аудиторию торжествующим взглядом и решительно произнёс: - Случай второй. Итальянский биолог Гальвани. Препарирует лягушку, а рядом случайно его приятель возится с электрической машиной. Знаете, у вас в школе такие есть: два круга вертятся, и на них скапливается статический заряд?

Ребята дружно кивнули: баловались они с такой, точно...

– Так вот, вспыхнула искра. Гальвани в это время, повторяю - случайно прикоснулся скальпелем к нерву лягушки. И тут же она, словно живая, подпрыгнула...

Мальчики смотрели на Емельяна, широко раскрыв глаза.

– Так впервые проявили себя электромагнитные волны, - рубанув рукой воздух, пояснил студент.
– А это - радио, телевидение, электроника... Теперь подходим к главному...

Митька и Колька даже привстали.

– Сидеть!
– рявкнул Емельян. Друзья так и рухнули на завалинку.

– Вопрос на засыпон...
– ледяным тоном сказал студент.
– Почему деревья растут вверх?

Хлопцы переглянулись.

– Вроде... к солнцу...
– попытался ответить Митька.

– Мудро!
– похвалил Фролов.
– Усложняем эксперимент... Семечко сажаем в горшок, оно прорастает. В тёмной комнате на пол ставим источник света и над ним переворачиваем горшок... Куда пойдёт растение?

– Вниз!
– брякнул Колька.

– Нет, коллега, - убеждённо произнёс Емельян.
– Оно опять будет расти вверх. Изогнётся и потянется к потолку.

Митька был потрясён этим фактом.

– Почему?
– простонал он.

– Зри в корень!
– многозначительно ответил студент и чётко сформулировал: - Дерево своеобразно воспринимает тяготение. Я думаю, корни концентрируют гравитоны - элементарные частицы поля тяготения. Если мы выделим из них кристаллы неведомых нам микроэлементов, то сможем создать уникальные летательные аппараты. Они будут двигаться по тому же принципу, что и проводник с током в магнитном поле... Поэтому задача номер один: мне нужен корень "медвежьей дудки". У неё из трав самый мощный стебель...

– Так "медвежья дудка" только в Матюхинском бору растёт, - с ужасом прошептал Колька.

– Вот туда завтра утром и пойдём...

4.

Они приближались к зелёной глыбе леса. Впереди шествовал Емельян. За ним, еле шевеля ногами, - Колька. Замыкал группу Митька, который буквально подталкивал приятеля в спину.

Наконец они подошли к старой, заросшей тропинке, уходящей в глубь бора.

– По ней леспромхозовцы ходили, - пояснил Митька.

– Вперёд!
– окликнул молодой учёный.

– Нет, я не пойду! Боюсь!
– неожиданно заявил Колька.

– Ты что?
– пристыдил Митька.
– В науке нет широкой столбовой дороги! Правильно я говорю, шеф?

– Точно!
– одобрил Фролов.
– Если трусишь, ступай назад.

– Один?
– У Кольки округлились глаза.

– Как хочешь. Выбирай... Или с нами, или возвращайся.

– Ладно, - Колька тяжело вздохнул.
– Лучше гуртом. Вроде не так... Он не успел договорить. С высокой сосны соскочила ведьма на помеле и с диким хохотом, описав круг, умчалась в чащу, скользя над вершинами деревьев.

– Так...
– сказал Фролов после глубокой, обморочной паузы.
– Ну и что это было?

– Может, филин, - неуверенно начал Митька.
– Они здесь, в заповеднике, такие вымахали.

Емельян посмотрел на него с какой-то жалкой улыбкой и вдруг понял, что Колька исчез.

– Где?
– заплетающимся языком спросил он.

Митька огляделся по сторонам.

– Наверное, назад сиганул. Он с перепугу быстро бегает.

– Другого объяснения всё равно пока нет, - сказал Емельян и с опаской глянул в лес.
– Ну ладно, пошли...

Как только они вступили на тропинку, появилось странное ощущение, будто из-за деревьев кто-то за ними наблюдает. По телу побежали мурашки, казалось, тысячи мелких иголочек впились в руки и ноги.

– Емельян, - жалобно прошептал Митька.
– Жуть-то какая. Чуешь?

– Чую, чую, - дрогнувшим голосом ответил студент. Всё равно нужно идти. Кольку выручать.

– Думаешь, он в беду попал?

– Не знаю. Но что-то здесь нечисто. Какая-то тайна прячется в этом лесу.

– Ну, дела!
– У Митьки от озноба тряслись плечи и дробно стучали зубы.