Чтение онлайн

— Это не в его правилах, — отреагировал Грег.

— Я шучу. Тем не менее можно сказать, что вы погрузились по самую шею, причем на четвертой скорости!

— Да, в ванну с грейпфрутами.

На этом они попрощались. Теперь Грегуар должен был позвонить Биллу Дженкинсу. Последний уже не надеялся получить известия от молодого француза, когда в его номере отеля «George V» раздался телефонный звонок. Билл в это время завтракал на террасе. Прошедший день был полон испытаний для этого верного апостола «Mosampino», который неуклонно выполнял свою практически божественную миссию во имя ГМО, молока с гормональными добавками и других продуктов, являющихся следствием научного прогресса. Французский суд вынес довольно милостивый вердикт «косарям» ГМО, словно астериксы из Ларзака (вроде Жозе Бове) и должны были вершить правосудие в полях. А в трибунале Тулузы против филиала «Mosampino» было выдвинуто обвинение за ложную информацию о ядовитых инсектицидах, в то время как производитель гарантировал их стопроцентную безопасность для живых организмов. Короче, Билл Дженкинс понял, что Франция, страна свободы, всегда открытая для прогресса, сильно изменилась. Даже дружба уже не та, что была раньше, поскольку его старый приятель Грег больше не отвечает на звонки.

В таком вот угрюмом настроении он снял трубку.

— Грег, это ты? Черт побери! Что ты делаешь в Италии? Я не могу ждать тебя бесконечно!

— Успокойся, — произнес Грегуар, — сейчас я тебе все объясню. Я в Италии по работе. Это очень важная операция. Главное и решающее дело, первое на моей новой работе. Я не могу его провалить. Я должен отправиться в Андорру на неделю и…

— Андорра? Что это — Андорра?

— Маленькая страна между Францией и Испанией.

— Я могу к тебе приехать?

— Нет, поговорим по телефону. Что ты хотел мне сказать?

Грегуар почувствовал, что у Дженкинса скверное настроение, и постарался его развеселить.

— Если нужно, я подарю тебе новый мобильный видеотелефон, чтобы видеть, как ты мне улыбаешься. Ведь ты улыбаешься, не так ли?

— Прекрати, Грег, у меня проблемы. Не проходит и дня, чтобы то, во имя чего я работаю, не поливали грязью в газетах, на телевидении или провинциальных демонстрациях. Нас никто не понимает. Нужно все это остановить.

— Ты прав, но нужна информационная кампания, а это не ко мне.

— Я знаю. Но пока мы еще не дошли до этого. Мне нужно понять состояние духа французских крестьян, и я вспомнил, что твоя семья… ну, они все так же занимаются земледелием и разведением скота?

— Да, но я не понимаю, к чему ты клонишь.

— Если у тебя нет времени встретиться со мной, позволишь ли ты мне встретиться с твоими близкими, чтобы изложить им наши цели и узнать, что они думают по этому поводу? Ведь ничто не ценится выше непосредственного контакта. Мы, американцы, другие, мы прагматики. Если в нашей политике продвижения ГМО что-то хромает, уверен, такие профессионалы, как твой отец и братья, смогут указать, что и где.

— Короче, ты хочешь поехать к ним и провести опрос.

— Короче, да.

— Но на какую именно тему? — спросил француз.

— Я хочу поговорить с ними о том, что нас волнует, о ГМО, о соматотропине, повышающем производительность молока, о пестицидах…

Грегуар подумал несколько секунд. Дженкинс впервые казался ему таким подавленным и пессимистичным.

— Согласен, — ответил Грегуар.

— Согласен на что?

— Я должен позвонить отцу. Я расскажу ему о тебе и о том, что мы старые приятели, чтобы он принял тебя и общался открыто.

— Ты уверен, что он согласится? — спросил Дженкинс, еще не веря в удачу.

— Я же сказал тебе. Сколько времени ты хочешь там провести?

— Сколько понадобится. Два, три, четыре дня… Не знаю.

— Хорошо. Договорились. Я поговорю с ним и сразу же тебе перезвоню. Сожалею об этой новой задержке, но обещаю, что скоро приеду в Париж, и мы пойдем в ресторан, принадлежащий моим друзьям, где никто не будет надоедать тебе по поводу ГМО или чего-нибудь в этом роде!

— С удовольствием, — ответил Дженкинс. — Я на тебя рассчитываю.

Грегуар положил трубку с чувством выполненного долга. Он посмотрел на часы. Отец и братья вряд ли будут сейчас дома. Самый разгар утренних работ на ферме. Он подождет обеда.

Молодой человек окинул взглядом кабинет дона Мельчиорре, затем встал и принялся ходить назад и вперед, рассматривая фотографии на стенах. Он видел на них патрона группы «Verdi» в возрасте лет сорока, с ослепительной улыбкой и обнаженным торсом стоящего на яхте с маленькими девочками, среди которых он без труда узнал Орнеллу. Уже тогда у нее был выразительный взгляд, властный и притягивающий, практически вызывающий. На другой фотографии дону Мельчиорре было лет двадцать пять и он стоял перед первым складом зерна предприятия «Verdi». Пол века отделяло эту фотографию от сегодняшнего дня, тем не менее он оставался прежним — прямым, крепким, с высокомерным видом вельможи, с темным от загара лицом.

Грегуар был поглощен рассматриванием фотографий, когда в дверь постучали. Он отступил на шаг и крикнул: «Войдите!» Это мажордом принес почту. На одном из конвертов стояла печать «Bank of America». Грегуар дождался, когда слуга уйдет, бросив перед этим взгляд на письма. Он понял, что ему еще многое предстоит узнать о группе «Verdi» и ее основателе.

Дон Мельчиорре появился в замке к полудню. Он был в веселом расположении духа и насвистывал мелодию, в которой Грегуар, разбирайся он в творчестве Верди, узнал бы арию из увертюры к «Набукко».

— Вы сделали все, что хотели? — спросил патрон.

— Да, почти. Я договорился со своим шефом и еду с вами в Андорру.

— Очень хорошо. Вы предупредили Орнеллу?

— Нет, я ее не видел. Я провел здесь все утро. Мне осталось позвонить отцу, но я могу сделать это только во время обеда.

Дон Мельчиорре посмотрел на часы.

— В таком случае идемте со мной. Я хочу вам кое-что показать, пока у нас есть время.

Заинтригованный, Грегуар последовал за доном Мельчиорре в вестибюль.

— Это недалеко от дома, — сообщил ему итальянец. — Небольшая прогулка, полезная для здоровья.

На улице сияло солнце. Они пошли по дороге, идущей от южного крыла замка.

— Я покажу вам мой рай. Вы подумаете, что очутились на берегу Средиземного моря, — сообщил он с таким видом, будто доверял большой секрет.

Его «секретом» был сад с чудесными растениями, привезенными из разных уголков мира и создающими настоящую средиземноморскую атмосферу, несмотря на то что некоторые деревья были из Чили, Южной Африки и Тасмании.