Чтение онлайн

— Наверное, надо маме с папой сказать, как думаешь? — cпросил нетерпеливо Рон.

— Лучше пока не надо. Не кричи йес, пока не перепрыгнешь, — блеснула народной мудростью Грейнджер. — Сделаем дело, потом будем гулять. И переедем, наконец, из этого убожества в приличное жилье!

— Эй, это мой дом, вообще-то! — обиделся за родное гнездо Уизли.

— Ты просто не жил в нормальных домах, Рональд Уизли, — прошипела Гермиона, которой жутко надоели недовольное лицо свекрови и вареная и пареная брюссельская капуста.

* * *

На следующее утро, облачившись в наглаженные мамой парадные мантии и нацепив заработанные потом и кровью ордена, молодежь тайком смылась в Косой переулок, аппарировав прямо к зданию Министерства.

Кингсли Шеклбот занимал маленький, тесный и пыльный кабинетик в самом конце коридора. Вопреки всему, победителям Волдеморта не выделили сразу шикарных апартаментов, потому что чиновников в магмире было не так-то просто подвинуть с насиженных мест. Почти все отмазались от сотрудничества с Пожирателями бессовестно наложенным Империусом. Кинсгли ругался и грозился после назначения на пост Министра произвести глобальную чистку в Министерстве и вытурить на пенсию всех работников, кому стукнуло сто лет, а то они будут сидеть в креслах, пока не покроются мхом. Нет бы освободить дорогу молодежи! Уж они бы развернулись, они бы навели шороху во всех службах и отделах! Честолюбивые мечты Шеклбота прервал приход воодушевленных и возбужденных соратников по революции.

— Чем обязан столь неожиданному и приятному визиту, господа? — примеряя на себя роль Руководителя, светски приветствовал вышеозначенную молодежь и.о. Министра. — Как учеба, как успехи в личной жизни, здоровье, домочадцы, родственники, друзья и приятели? Как там наш Избранный поживает?

— Cпасибо, дорогой Кингсли, все отлично и прекрасно! У Гарри с Джинни тоже все в порядке, вроде бы они ни в чем не нуждаются и вполне счастливы, — бодро отрапортовала Гермиона. Рон пробормотал что-то вроде «Еще бы они нуждались...», но его никто не услышал.

— А что вас лично привело ко мне? Какие-то проблемы? — снова уткнувшись в свои бумаги, спросил Шеклбот. — Вы не стесняйтесь, выкладывайте, я же должен знать чаяния простого народа... для этого я и работаю, для блага общества, так сказать...

— У нас очень хорошее предложение! — глаза Гермионы засветились, как у приснопамятных домовиков, чьими проблемами она собиралась заняться сразу же после того, как Кингсли назначат Министром. Уж ей-то он, наверное, найдет местечко в Министерстве — его предки ведь и сами столетиями были в таком же положении, что и несчастные домовики, а после того, как она освободит этих несчастных созданий, можно подумать и о руководстве Отделом по регулированию магических популяций малых народцев. Круть!

— Понимаете, Кингсли, сейчас в стране не совсем нормальное положение, ну, собственно, как после любой войны. Общество в упадке, граждане дезориентированы и напуганы, цены лезут вверх с каждым днем, инфляция, и средств на поправление экономики, как мы могли убедиться, нет и не будет. Казна Министерства Магии пуста, — рапортовала Гермиона.

— А откуда ты-то знаешь про пустую казну, тьфу, кассу? — недоуменно спросил Кингсли, который об этом почему-то не знал. Кассир Министерства на его настойчивые расспросы неразборчиво бубнил что-то под нос и стремительно убегал. Он мотивировал это тем, что Шеклбот не имеет права знать о балансе денежных средств, как лицо официально не допущенное. Кингсли возмущался — победа была за ними, значит, он право имеет. Кассир бубнил, что самопровозглашенные лица доступа к счетам не имеют, хоть сто раз победи Сами-Знаете-Кого. Он лично признает Министра лишь после выборов, присяги и инаугурации, так сказать. Сам ему лично ключи от сейфов принесет на блюдечке с голубой каемкой. И вообще, что тут делает аврор, Шеклботу место там, где он работает, в Аврорате!

В общем, Кингсли очень был обижен на противного, придирчивого и несговорчивого финансиста.

— Я знаю, потому что после войн всегда так! — безапелляционно заявила Грейнджер. — Речь не о том, а как сделать так, чтобы поднять экономику в магобществе. Для этого нужно предпринять жесткие меры. А в частности, изъять денежные средства, которые являются сейчас балластом и практически не участвуют в движении денежных потоков из-за того, что навязанными правилами гринготтских гоблинов никто не может войти в сейфы, следовательно, там даже процентов не накапливается! — Гермиона сыпала всеми знаниями, которые почерпнула из нескольких походов с родителями в магловский банк за кредитом на автомашину. Там она, будучи девочкой, и дожидаясь родителей, сидевших в кабинете управляющего, со скуки изучила несколько красочных рекламных проспектов с щедрыми обещаниями увеличить благосостояние граждан, положивших деньги на бессрочный депозит.

— Ах, вот ты о чем... Ну, это не так просто. Гоблины крайне несговорчивый народец и могут не отдать деньги Пожирателей просто из вредности, — засмеялся Кингсли.

— Так надо заставить их. Издайте указ, что ли, о конфискации средств государственных преступников, которые хотели совершить переворот. Обычно таких как раз и карают конфискацией всего движимого и недвижимого!

— Мне тоже приходила в голову эта мысль. Потому что я в Британию приехал из страны, в которой как раз такая ситуация и происходила. И деньги, изъятые у свергнутой элиты, существенно помогли поднять экономику... А мы с родителями получили дотацию, как пострадавшие от действий тоталитарного режима и смогли быстренько уехать за границу, — поделился своей печальной историей Шеклбот.

— А вы, Кингсли, разве не чистокровный британский маг? — удивленно встрял Рон.

— Да нет, откуда? Я маглорожденный, — хмыкнул негр. — К тому же, я черный. Расовая дискриминация, сегрегация, ку-клукс-клан...А, ты, Уизли, небось, не понимаешь, о чем я.

Ну, ничего, теперь наше время, мы покажем этим богатеньким ублюдкам, что бедняки и негры тоже могут хорошо жить! Вот что мы сделаем. Визенгамот я ставить в известность не хочу, потому что прекрасно знаю, что стадо этих престарелых маразматиков будет вопить, что своими действиями мы подрываем устои магического общества и его ценности, поэтому бери завтра нашего национального Героя и приходите сразу к Гринготтсу, к девяти часам утра. Я тоже подойду, и мы гоблинам предъявим свои требования.

— А если они не согласятся? — cпросила Гермиона.

— Согласятся. Теперь власть в наших руках, если что, мы ведь можем и других банкиров пригласить, лепреконов, например. У них с гоблинами конкуренция. Или вот гномы тоже занимаются ссуживанием денег в кредит. Да денежное место никогда пусто не бывает, и незаменимых у нас тоже нет, — вовсю рассуждал со знанием дела об экономике и финансах аврор-силовик Шеклбот. — В крайнем случае, можно и силой деньги забрать, на основании постановлений суда, после приговора.

— Тогда завтра! — и воодушевленные теплым приемом будущие молодожены радостно покинули кабинет будущего же министра.

* * *

Гарри, которому Гермиона и Рон выложили потрясающую новость, воспринял ее вяло. Ему ничего уже не хотелось, а тут опять идти куда-то, воевать за деньги. Да и соваться к гоблинам после того, как они разнесли банк, ему было страшновато. Гоблины смолчали и претензий ему не предъявили, но он все равно чувствовал себя не в своей тарелке. Тем более, что Кричер, вернувшийся на Гриммо, скрипучим голосом напророчил ему, что маленький народец очень злопамятен и обид не забывает. Но прошло вот уже полгода со дня победы, а все было тихо и мирно. Гарри решил, что его заслуги перед обществом все же перевесили тот беспредел с грабежом и нарушенными обещаниями насчет меча Годрика Гриффиндора, поэтому нехотя согласился на уговоры друзей пойти завтра вместе с ними на конфискацию.